Читать книгу - "День независимости - Ричард Форд"

Двое патрульных полицейских по-прежнему охраняют свою машину, стоящую с включенными фарами в самой середке парковки. Сквозь ее заднее окно я различаю сначала одну белую физиономию, потом вторую; юношеские лица склонены вперед – это означает, что оба в наручниках. Юноши молчат и, по-моему, наблюдают за патрульными. Тот, которого я вижу яснее, вроде бы улыбается в ответ указавшему на него мистеру Тэнксу.

Глядя на эти лица, я чувствую, как у меня что-то нервно подрагивает внутри, словно в животе закрутился вентилятор. И гадаю, не сулит ли это нового содрогания, но нет, обходится без него.

– А как узнали, что это их рук дело?

– Да они удрать попытались, вот так и узнали, – уверенно отвечает мистер Тэнкс. – Я как раз выезжал на седьмое. И вижу – полицейская машина шпарит на скорости миль в сто. Милях в двух отсюда их взяли. Разложили обоих по капоту, мордами вниз. Всего за пять минут управились. Мне об этом патрульный рассказал.

Мистер Тэнкс вздыхает снова, угрожающе. От него, водителя грузовика, приятно попахивает кожей сидений и упаковочным уплотнителем, в который завертывают хрупкие вещи.

– Бриджпорт, – бормочет он, выговаривая «порт» как «пот». – Убийство, оно и есть убийство.

– Откуда эти люди? – спрашиваю я.

– Из Юты, по-моему. – И немного помолчав, добавляет: – Лодочку с собой взяли.

В этот же миг из двери выходят двое санитаров в красных рубашках, вынося в ночь складные металлические носилки. К носилкам привязан длинный черный пластиковый мешок вроде тех, в каких перевозят клюшки для гольфа, этот кажется комковатым, потому что в нем лежит труп. А еще миг спустя коренастый, толстошеий белый мужчина в белой рубашке с короткими рукавами, при галстуке и пистолете, со свисающим на шнурке с шеи полицейским жетоном, выводит из двери блондинку в легком, расшитом синими цветами платье, придерживая ее, как арестованную, за плечо. Они быстро идут к патрульной машине, один из патрульщиков открывает заднюю дверцу и начинает вытаскивать наружу юношу, того, что улыбался недавно. Однако детектив на ходу говорит что-то, патрульщик отступает в сторону, оставив юнца в машине, второй снимает с пояса фонарик.

Детектив подводит блондинку к открытой дверце. У нее очень легкая поступь. Патрульщик светит фонариком в лицо сидящего у дверцы юнца. Я вижу бледную, как у привидения, кожу, которая выглядит влажной даже с моего места, волосы на висках сбриты, но сзади свисают. Он смотрит прямо в горящий фонарик с таким выражением, словно готов выставить напоказ все, что о нем следует знать.

Женщина бросает на него короткий взгляд и сразу отводит глаза в сторону. Юнец произносит несколько слов – я вижу, как шевелятся его губы, – и женщина тоже что-то говорит, обращаясь к детективу. Затем оба поворачиваются и быстро направляются к двери домика. Патрульщик сразу же захлопывает дверцу машины, садится вместе с напарником на передние сиденья. Громко взвывает сирена, включается голубая мигалка, и машина – «краун-вик», такая же, как у меня, – медленно проезжает несколько ярдов, а потом двигатель ее взревывает, колеса начинают вращаться быстрее, и она вылетает на 7-е и уносится на север, сирена ее еще слышна, но самой машины уже не видно.

– А вы докуда добраться пытаетесь? – хрипловато осведомляется мистер Тэнкс. Он аккуратно разворачивает упаковку с двумя пластинками мятной жевательной резинки и отправляет обе в свой большой рот. Кейс по-прежнему зажат у него под мышкой.

– В Дип-Ривер, – отвечаю я, почти онемевший от этого зрелища. – Заберу там сына.

Дрожь в животе стихла.

Стоявшие на 7-м зеваки начинают расползаться. Машина «неотложки» – задние дверцы уже закрыты, свет внутри погас – осторожно отъезжает задом от мотельной двери и неторопливо устремляется вслед за патрульщиками – в Данбер, я полагаю; ее мигалки, серебристая и красная, вспыхивают, но сирена молчит.

– А оттуда куда? – Он сминает обертку жвачки и начинает мощно работать челюстями. Я замечаю на его безымянном пальце толстое золотое кольцо с бриллиантом, вещь, которую крупный человек может придумать сам для себя или получить за победу в «Супер Боул».

– В «Баскетбольный зал славы». – Я дружелюбно смотрю на него. – Были там когда-нибудь?

– Не-а, – покачав головой, отвечает он. Воздух, который он выдыхает, сильно пахнет сладкой мятой. Волосы у мистера Тэнкса короткие, густые, черные, но растут почему-то не по всей голове. Кое-где виднеются островки поблескивающей кожи, отчего он выглядит старше своих лет – по моим, то есть, предположениям. Скорее всего, мы с ним ровесники. – А чем занимаетесь?

Слова «СВОБОДНЫЕ НОМЕРА» безмолвно гаснут, а следом и «МОТЕЛЬ», зато вспыхивает, погуживая, «НЕТ». Клерк опускает в конторе жалюзи, смыкает их планки и почти сразу за этим выключает свет.

Я понимаю, что мы с мистером Тэнксом не то чтобы общаемся, мы просто засвидетельствовали ненадолго опасную природу жизни как таковой и неопределенность нашего присутствия в ней. Другой причины стоять здесь бок о бок у нас нет.

– Недвижимостью, – отвечаю я, – в Хаддаме, Нью-Джерси. Это примерно в двух с половиной часах отсюда.

– Город богачей, – говорит мистер Тэнкс, продолжая усердно жевать резинку.

– Кое-какие богатые люди там имеются, – соглашаюсь я. – Но есть и такие, что просто торгует недвижимостью. А вы где живете?

– Разведен, – отвечает мистер Тэнкс. – А живу, можно сказать, вон в той колымаге. – Он обращает полуночное лицо к своему грузовику.

На боку огромного фургона мистера Тэнкса изображен лихой зеленый корабль «Мейфлауэр», прорезающий лихие желтые волны. Едва ли не самая патриотичная картинка, какую я видел в окрестностях Риджфилда. Я представляю, как мистер Тэнкс, облаченный (по непонятной причине) в красную шелковую пижаму, забирается в свой высокотехнологичный спальный отсек, подсоединяет наушники к CD-плееру с диском Эла Хиблера, листает «Плейбой» или «Смитсониан», жует «сэндвич гурмана», купленный на дороге и разогретый в мини-микроволновке. Возможно, Маркэмам стоит подумать о таком фургоне вместо пригородов.

– В нем, наверное, неплохо, – говорю я.

– Надоедает такая жизнь. Да и тесновато там, – говорит мистер Тэнкс. Весу в нем фунтов 290, я полагаю. – А у меня собственный дом есть, в Альгамбре.

– Там ваша жена живет?

– Не-а, – крякает мистер Тэнкс. – Там моя мебель стоит. Как соскучусь, навещаю ее.

У все еще освещенного домика, в котором произошло убийство, полицейские, чьи стетсоны сдвинуты теперь на затылки, закрывают дверцы «субурбана» и, негромко переговариваясь, заходят в домик. Мы с мистером Тэнксом – последние из наблюдателей. Времени сейчас, я думаю, около трех. Меня так и тянет лечь в постель и уснуть, но я не хочу оставлять мистера Тэнкса в одиночестве.

– Позвольте мне вам вопрос задать. – Мистер Тэнкс по-прежнему прижимает к себе могучей рукой кейс и сосредоточенно жует резинку. – Раз уж вы недвижимостью занялись.