Читать книгу - "Микроурбанизм. Город в деталях - Ольга Бредникова"

К свадьбам можно относиться по-разному, но не замечать их в жизни города практически невозможно. Существует идея о том, что урбанизация сделала празднование свадеб и других семейных праздников более приватным. И все потому, что связи человека с микросообществом, первичной группой перестали быть столь значимыми, как в доиндустриальных обществах, чтобы выносить празднования на публику, тем самым демонстрируя свою лояльность, приверженность сообществу, роду, семье[203]. Полагаю, этот тезис мог бы оспорить любой житель современного российского мегаполиса, для которого свадьба, вышедшая за пределы коммунитарных пространств (квартиры, дома, двора), является привычным элементом городского ландшафта. Зрелище свадьбы, знакомое многим горожанам с детства, неизменно привлекает внимание прохожих на улицах. Стоит появиться в поле зрения украшенному и гудящему свадебному авто, а тем более – новобрачным, прохожие останавливаются поглазеть на них, оценивают размер и цвет лимузина, облик и платье невесты и костюм жениха, некоторые их даже фотографируют.

Как писал Мишель де Серто, “город постепенно берет на себя все функции и свойства, прежде разбросанные и распределенные среди множества различных субъектов – групп, сообществ и индивидов”[204]. Так город становится сценой и для семейных праздников и ритуалов. Свадебный ритуал как перформативное событие[205]также нуждается в городской сцене как некоем “физическом месте для представления и средствах, гарантирующих донесение перформанса до аудитории”[206]. Зрителями теперь становятся не только люди, образующие ближайшее окружение, но и различные “другие”[207].

В современных российских городах свадебный ритуал начал формироваться в 1960-х годах, когда “историки и социальные работники придумывали и внедряли в советский быт новые семейные и общегосударственные ритуалы”, включая “посвящения в… новобрачные”. С этой целью вместо скучной бюрократической процедуры изобреталась торжественная праздничная церемония, ставшая теперь канонической. В 1970 – 1980-е годы “народная” свадьба приобрела свои классические атрибуты: золотые обручальные кольца, красную ковровую дорожку, шампанское и марш Мендельсона в ЗАГСе и, конечно же, престижные ма-шины: “Волга” и особый советский шик – черная “Чайка”. Начиная с 1970-х годов общепринятой практикой стало посещение молодоженами после ЗАГСа различных городских мест[208]. Эти места – “свои” в каждом из российских городов и деревень: храмы, скульптурные памятники, набережные, мосты и просто красивые ландшафты. Так современная свадебная практика создает свою особую топографию современного города – “маршрут счастья”[209].

Итак, свадебный перформанс – это не спектакль одного места, а скорее передвижное представление. Перемещаясь по городу, кое-где выборочно останавливаясь, свадебная процессия временно обживает и присваивает часть городского ландшафта, отчасти изменяет его своим появлением. В определенной степени свадебные гулянья сродни обычной прогулке, которая, по наблюдениям Алана Блума, укрепляет связь города с его жителями (публикой)[210]. Прогулка позволяет пешеходу становиться заметным и видимым самому себе в отражении других, на контрасте с ними[211], а также на фоне мегаполиса, так как жители устанавливают наличие города по проложенным путям и выстраивают вокруг них представления о знакомом городе[212]. В этой связи прогулка по городу становится одним из самых значимых для пары этапов свадебного ритуала, так как делает молодоженов видимыми для города и горожан и позволяет им запечатлеть свою связь с городом как местом совместной жизни.

“Город, – пишет антрополог Джо Верганст, – это участник прогулки. Ее телесный опыт четко встроен в окружающую среду, которая меняется с каждым шагом гуляющего и познается через хождение как таковое”[213]. То есть прогулка позволяет увидеть разный город и получить целую гамму опытов и впечатлений за достаточно короткое время. “В городе, – добавляет Верганст, – практики прогулок переплетены с историями городского планирования и архитектуры. Прогулка может как сопротивляться этим структурам, так и подчиняться им, следовать как традициям и репертуарам телесных практик, так и структурам города”[214]. Следовательно, любое гулянье разворачивается в социологических координатах структур (архитектуры) города/улицы и практик гуляющих: их привычек, действий, целей, ресурсов и ограничений. Улица и движение по ней, ритм и сложность маршрута могут быть различными, в зависимости от того, в какой ситуации находится гуляющий. В таком случае прогулка с детской коляской по оживленной улице[215], уединенная прогулка влюбленных, народное гулянье на городском празднике, одиночная прогулка выходного дня или, например, свадебная прогулка представляют собой самостоятельные объекты исследования, так как они по-разному потребляют и создают городское пространство.