Читать книгу - "Банкир - Лесли Уоллер"

– Хэлло?

– Джерри, позови маму к телефону.

– А это и есть мама. В чем дело, дорогой?

– О, это ты, Эдис.– Палмер на мгновение замолк и провел языком по губам.– Я звоню из клуба.

– Я знаю, ты там с Лэйном.

– Откуда ты?.. Ах да. Ну, ладно.

– Дело затянулось?

– Хуже,– ответил Палмер, уклоняясь от ответа, чтобы не лгать.– Мне еще предстоит позже встреча с Бернсом.

– Когда это позже?

Палмер пожал плечами.– Еще точно не знаю когда,– сказал он, снова избегая прямой лжи, но не намереваясь сказать правду.– У нас что-нибудь намечалось на сегодня?

– Ничего,– ответила Эдис, пожалуй, слишком уж радостным тоном.

– Неужели ничего?

– Я только хотела накормить пораньше детей, чтобы мы с тобой пообедали вдвоем.

Палмер хмуро уставился на стену у него перед глазами: – Никаких званых вечеров, премьер? Никаких приемов? – спросил он.

– Нет.

Односложный ответ Эдис прозвучал резковато. С необычайной ясностью, которой он буквально наслаждался в этот момент, Палмер понял, что оскорбил ее.

– О боже, мне так жаль,– простонал он.– Единственный вечер вдвоем за все это время. И я должен испортить его.

– Мне тоже очень жаль, дорогой,– уже мягче ответила Эдис.– Ну ничего, я думаю, мы сможем выкроить для себя такой вечер в другой раз,– добавила она, переходя на свой обычный деловитый тон, который заставил Палмера усомниться, что его приход домой что-нибудь изменил бы в ее раз навсегда установленном домашнем распорядке.

– Я приму горячую ванну и лягу пораньше спать,– добавила Эдис.

– Да, пожалуй, ты права,– согласился Палмер.– Я не могу точно сказать, в котором часу вернусь домой.

– Постарайся хорошо провести время, дорогой.

– Спасибо. Значит, ложись спать, не дожидаясь меня.

– Хорошо. Спокойной ночи,– сказала Эдис.

Разговор был окончен, Палмер повесил трубку. И, лишь возвращаясь с бокалом в руке к дивану, он вспомнил, как ему хотелось пожелать спокойной ночи детям.

Палмер уселся и аккуратно поставил бокал на самую середину стоявшего перед ним низкого журнального столика. А тот, другой Палмер, стоявший в стороне и наблюдавший за этой сценой, спрашивал: так ли уж хотелось Палмеру, сидящему за столиком, пожелать детям спокойной ночи? Достаточно ли сильно его желание для того, чтобы, например, вернуться сейчас к телефону и снова позвонить? Но в это мгновение способность самопознания померкла. Палмер что-то нечленораздельно пробурчал, а может быть, просто откашлялся, но так громко, что спугнул своего зорко наблюдавшего двойника. Воссоединившись в единое целое, Палмер стал убеждать себя в том, что нет никакого смысла копаться в собственной душе и ворочать камни, которым лучше бы спокойно лежать на месте.

Как бы то ни было, но одного он достиг: Эдис приняла за него решение относительно нынешнего вечера. Она, сама того не зная, сделала выбор уже тем, что не проявила никакого беспокойства, тем, что приняла во внимание значение Бернса для благополучия семьи, и еще тем, что позволила мужу произвести священное разграничение между домом и работой, за которое так ратовал Бэркхардт. Короче говоря, она оказалась вполне здравомыслящей и понимающей супругой.

Озадаченный неожиданно возникшим перед ним ироническим аспектом этой ситуации, Палмер встал, демонстративно игнорируя стоявший перед ним почти не тронутый бокал виски. Медленно идя к лифту, он раздумывал, как ему провести несколько часов, которые оставались до встречи с Бернсом, и удивлялся своей решимости не заходить домой.

Он мог бы остаться здесь, в клубе, пообедать, затем просмотреть журналы или даже немного вздремнуть до назначенного часа. Дверь лифта открылась, и Палмер вошел в кабину.

– Мистер Палмер, вам вниз?

– Да,– ответил он.

На улице было еще светло, но уже заметно похолодало. Палмер прошел несколько кварталов вверх по Парк-авеню и некоторое время наблюдал за сплетающимися, гудящими потоками уличного движения в районе Сороковой улицы, где туннель близко подходил к развороту у вокзала Гранд Сентрал-Терминал. Дойдя до Сорок второй улицы, он повернул на запад и вышел на Пятую авеню. Остановившись перед входом в библиотеку, Палмер подумал, что хорошо бы посидеть на скамейке в Брайант-парке, полюбоваться надвигающимися на город сумерками. Однако решил, что сейчас, пожалуй, слишком холодно, и пошел дальше, сознавая при этом, что избранное им направление приведет его прямо к банку. Он не принадлежал к числу людей, которые без веской на то причины возвращаются по вечерам на службу или работают по ночам. Многие поступают так, и число этих людей все возрастает, думал Палмер, продолжая свой путь в северном направлении по Пятой авеню. Некоторые делают это для того, чтобы произвести соответствующее впечатление на начальство. Другие вынуждены идти на это, чтобы справиться с внеочередной работой. Некоторые просто не укладываются в установленное время и вынуждены восполнять качество количеством. А кое-кому, размышлял Палмер, просто некуда деваться после работы.

Он остановился у стекло-бетонной стены банка и заглянул внутрь, в опустевший светлый вестибюль. Здесь, в недрах этого здания, находилось то место, которое он занял, пройдя все этапы пути к намеченной цели – стать банкиром. Но прошло уже несколько месяцев, а он все еще не приступил к своим функциям банкира.

Он решил подняться наверх в свой кабинет и взглянуть на скульптурную группу детей. Поскольку ему не пришлось повидаться с ними самими, убеждал он себя, можно хотя бы полюбоваться их изображением. Это будет своего рода искуплением за то, что он не пошел домой и даже не поговорил с ними по телефону. К тому же это изумительно легкий способ искупить свою вину, решил он, отпирая дверь бокового входа.

Палмер услышал, как щелкнул автоматический замок закрывшейся за ним входной двери, и на мгновение очутился в стеклянной клетке, между дверью на улицу и внутренней дверью. От этой двери ни у кого в банке не было ключа. Однако сторож все не появлялся, и Палмер забеспокоился, не отказала ли система электрической сигнализации, оповещающая охрану о том, что кто-то открыл дверь. Но тут же стал успокаивать себя тем, что ему, собственно, некуда торопиться.

В это мгновение из-за высокой конторки выглянула голова сторожа: он внимательно оглядел Палмера прежде, чем вышел из своей засады. Потом улыбнулся широкой приветливой улыбкой, застегивая на ходу кобуру револьвера у пояса, и поспешил открыть дверь.

– Мистер Палмер, сэр, решил работать на полторы ставки, да? – пошутил он.

– Полдня тут, полдня там,– пробормотал в ответ Палмер, стараясь подделаться под его шутливый тон.

Взмах руки в сторону очеловеченных кнопок лифта – и створки его раздвинулись. Войдя в кабину, Палмер нажал на кнопку «ВЭ».

– …и еще…– донесся до него голос сторожа.