Читать книгу - "Нежданный гость - Анна Коркеакиви"

В воздухе пахло весной, и этот легкий, вселяющий надежду запах особенно остро ощущался после влажной духоты магазина. Апрель в Париже — время влюбленных в Городе огней, когда прекращается серая зимняя морось, воздух наполняется ароматом крохотных зеленых листочков платана и каштанов и глициния пускает молодые побеги на фасадах старых домов и чугунных решетках. Три года в Париже, в окружении искусства и любимых языков, стали настоящим подарком судьбы. Куда бы ни перевели Эдварда, жаль будет уезжать, даже если пост посла в каком-нибудь менее значимом месте станет трамплином для получения высшей должности здесь, в Париже. А именно так и случится, если все пойдет хорошо. Эдвард со временем станет британским послом в Париже. Все к тому идет.

Клэр вдохнула весенний воздух и сделала несколько шагов вперед.

Какой-то мужчина остановился прямо перед ней, преградив путь, и попытался всунуть ей в руку сложенный листок бумаги.

— Мадам, — низким гортанным голосом произнес он по-английски с сильным акцентом.

Она едва сдержала возглас удивления, успев прикрыть рот рукой.

Он наклонился поближе, расставив ноги и локти на ширину плеч. Стоял уверенно и твердо, поза казалась привычной и хорошо отработанной. Его не сдвинуть — и не обойти.

Стараясь не встречаться с мужчиной глазами, она окинула его быстрым оценивающим взглядом: темноволосый, с сероватым цветом лица без румянца — похоже, албанец; недавно побрился, но черные волоски вот-вот снова вылезут на щеках и подбородке. Одет в блестящую кожаную куртку, слишком теплую для такого яркого весеннего дня и слишком дешевую для этой модной улицы; дыхание тяжелое. Отчетливый запах пота. Она сделала едва заметный шаг влево. Он сделал такой же шаг вправо, словно исполняя сложное па-де-де, в котором они почти не изменили положения, однако он дал понять, что ей его не обойти.

Он был меньше ее ростом, но шире в плечах и угрожающе крепко сложен. Она через его плечо взглянула вдоль улицы. Какая-то парочка переходит дорогу, направляясь в их сторону: молодые, в отглаженных джинсах и дорогих мокасинах, увлеченные беседой. Студенты-политологи из расположенной неподалеку Grand Ecole^[28]. Что-то быстро говорят, но ничего не слышно. Один остановился и закурил сигарету. Дошли до тротуара, повернули налево, направились к бульвару Распай и через минуту исчезли из виду.

— Мадам, — повторил незнакомец и вновь попытался всунуть ей в руку листок.

Она знает, что на нем написано: «Не кричите». Или: «Не пытайтесь бежать». На противоположной стороне улицы одно из зданий в лесах. Она внимательно осмотрела их металлическую паутину, но рабочие, должно быть, обедают или бастуют. Она еще раз оглядела безлюдную улицу.

Что там за последние недели Штаты натворили в Албании? А может, он вовсе не албанец, может, он из Ирака? Что положено говорить в подобных случаях?

Хотя… мысленным взором Клэр увидела себя со стороны, будто глазами воркующих на крыше голубей. Или, вернее, глазами озлобленного террориста, поджидающего в машине неподалеку. Она не выглядит американкой. Скорее ее можно принять за британку. Туфли без каблука, бежевые шерстяные брюки, а сверху трикотажная двойка, джемпер и кардиган в кремовых тонах. Плотный шелковый шарф. Высокая. Никакой косметики. Никакого лака на волосах.

Правда… он ведь может точно знать, кто она. Наверное, шел за ней все это время. Выходя из дворика резиденции, она не оглянулась и не посмотрела по сторонам. Американская жена высокопоставленного британского дипломата. Замечательная двойная мишень для террориста, к тому же дети — отпрыски обеих наций. Какое счастье, что вместо нее здесь в эту минуту не стоит Джейми! Эдвард правильно сделал, отослав его отсюда.

Клэр привычным жестом подняла левую руку к волосам, но тут же опустила ее и прижала к боку. Ни к чему сверкать бриллиантами.

— Я… э-э-э… — пробормотала она.