Читать книгу - "Люблю, но не тебя! - Чо Гюми"

вскоре заметил Джини. Она вместе с девочками расположилась у входа в спортзал и тоже возилась с палаткой.

Учителя ходили между рядами и помогали детям. Те группы, что справились раньше, уже рассаживались и начинали обсуждение. Группа Пэкхо тоже собралась кружком, но все были слишком взволнованны, поэтому разговор быстро превратился в обычную болтовню.

Пэкхо то и дело бросал взгляды в сторону палатки Джини. Сначала ему показалось, что у них всё ещё не закончено, но потом он понял: палатку уже поставили и теперь украшали. Девочки обмотали её разноцветными гирляндами и повесили надпись LOVE из букв. Это было не совсем в его вкусе, но выглядело довольно впечатляюще.

После командного обсуждения до ужина дали около тридцати минут свободного времени. Кто-то ходил по залу, фотографируясь, кто-то тренировался бросать мяч в кольцо. Несколько ребят включили музыку и репетировали танцы – это были члены танцевального кружка, и двигались они так здорово, что вокруг постоянно слышались восхищённые возгласы.

Пэкхо встал и огляделся, ища Джини. Она как раз снова вешала украшение, которое упало с палатки. Остальные девочки обсуждали с учителем, как подключить гирлянды. Джини осталась одна – и Пэкхо сразу понял: момент настал. Сжимая в руках плюшевого щенка, он направился к ней.

Джини подняла голову, заметив его. На лице мелькнуло удивление.

– Джини…

Он даже имя произнёс вслух, и она удивилась ещё сильнее:

– А… Пэкхо? Ты тоже записался в лагерь?

– Да…

Между ними повисла пауза. Все слова, которые он столько раз репетировал в голове, вдруг куда-то исчезли.

Джини посмотрела на игрушку в его руках. Сквозь прозрачную упаковку сразу было понятно, что это плюшевый щенок.

– Ой, какой милый…

Она улыбнулась, и Пэкхо почувствовал, как внутри становится чуть легче. Он так долго готовился к этому моменту, поэтому нельзя было отступать. Он протянул ей игрушку:

– Это тебе.

– Просто так? – спросила она, широко раскрыв глаза, в которых будто появилась сотня вопросов.

– Ты же любишь собак.

– Ну… да. Но почему вдруг сейчас? – сказала Джини, принимая подарок.

«Сейчас. Вот сейчас нужно сказать!» – кричал он про себя.

– Я… то есть…

Ни одна фраза так и не нашлась. Он беспомощно замялся – и в этот момент со стороны баскетбольного кольца раздался грохот. Несколько ребят, балуясь, начали отнимать друг у друга мяч и в итоге с силой пнули его. Мяч полетел прямо туда, где стояла Джини.

Пэкхо не раздумывал ни секунды. Он рванулся вперёд, но мяч оказался чуть дальше, чем он мог дотянуться.

БАМ!

Пэкхо с грохотом заскользил по полу спортзала и растянулся на нём. Мяч полетел вовсе не в палатку Джини, а в соседнюю – от удара её повело в сторону, и она опасно накренилась. Джини испуганно смотрела на Пэкхо, лежавшего прямо у её ног.

Ребята из палатки, принявшей на себя неожиданный удар, разом вскочили и загалдели:

– Кто это был?!

– Я видел, кто пнул! Выходи!

– Учитель! Разберитесь с ними!

Это были дети из третьего класса – и без того шумные. Кто именно ударил по мячу, никто толком не знал, но ясно было одно: кому-то сейчас точно достанется. Над залом разнёсся строгий голос учителя:

– Кто пнул мяч? Все ко мне, к сцене!

Ребята, игравшие с баскетбольным мячом, один за другим потянулись к подиуму. Тем временем третьеклассники, ворча и возмущаясь, принялись выпрямлять перекосившуюся палатку.

Пэкхо, всё ещё лежавший перед Джини, с трудом поднялся. При падении он сильно ударился коленом о пол. Джини тут же подошла ближе и наклонилась, чтобы посмотреть.

– Пэкхо, ты в порядке?

Ему было и больно, и стыдно одновременно – так, что он не смог выдавить ни слова. Зато окружающие, наблюдавшие за сценой, не сдержали смеха.

– Ты вообще что сейчас сделал?

– Мяч летел совсем в другую сторону!

– Эй, не смейтесь… ему же, наверное, больно… – добавил кто-то и тут же хихикнул.

От этого смеха Пэкхо хотелось провалиться сквозь землю. Джини посмотрела на него с тревогой:

– У учителя точно есть мазь от ушибов.

– Да нет, всё нормально…

– Ничего не нормально. Ты же сильно ударился.

Вместе с Джини Пэкхо подошёл к палатке учителя, и тот обработал ушиб. Джини внимательно следила за его движениями, а потом вдруг встретилась взглядом с Пэкхо и слегка улыбнулась. На её щеке на мгновение появилась ямочка – и тут же исчезла. Для Пэкхо этот короткий миг оказался неожиданно тёплым и радостным.

Похоже, Джини всё ещё не давало покоя то, что он уже второй раз подряд бросался под мяч.

– Пэкхо, ты какой-то странный. Тогда, на вышибалах, и сейчас тоже…

– Ты же боишься мячей, – тихо сказал он.

Глаза Джини тут же округлились.

– Откуда ты знаешь?

– Как откуда? Ты сама рассказывала. Говорила, что на вышибалах до последнего остаёшься, потому что до смерти боишься мяча и только и делаешь, что уворачиваешься.

– Да… но я правда говорила это тебе?

Она смотрела на него так, будто увидела привидение. В этот момент Пэкхо понял, что проговорился. Тот разговор был ещё до таймера признаний – значит, в её памяти его не должно было остаться.

– Ну… мы же в прошлом году в одном классе учились. Наверное, я просто случайно услышал…

Джини выглядела не до конца уверенной, но всё же кивнула, будто решила не зацикливаться.

– Значит, и тогда, на вышибалах, ты тоже поэтому подставился под мяч?

Пэкхо спокойно кивнул. Джини медленно покачала головой:

– Если честно, я всё время сомневалась. Думала, может, ты просто неудачно оступился. Или специально полез ради шутки. А если нет, то… – Она замолчала, не договорив. Тогда Пэкхо сказал прямо:

– Я просто не хотел, чтобы мяч в тебя попал. Даже сам не понял, как это сделал. Тот парень, который тогда бросал, у нас в классе лучший. Его броски очень больно ловить.

Джини снова посмотрела на его колено.

– Но вот так… до такой степени…

Пэкхо бросил взгляд на ссадину.

– Я не могу спокойно смотреть, когда тебе причиняют боль. Поэтому сегодня тело само дёрнулось…

Говоря это, Пэкхо чувствовал, как лицо заливает жар. Но он не лгал – говорил ровно то, что чувствовал. Джини молча смотрела на него. В этот момент гирлянды на палатке вдруг зажглись мягким светом и осветили их лица. Казалось, маленькие огоньки вспыхнули и в их глазах.

Когда лагерь закончился и Пэкхо вернулся домой, он вдруг понял, что таймера признаний в рюкзаке