Читать книгу - "За Завесой - Сюзанна Валенти"

кусок за куском пожирала все доброе, цеплялась за грехи их сущности, а остальное оставляла гнить.

— Во имя звезд, — ахнула Мерисса, пятясь ко мне. — Что это?

— Здравствуй, отец, — промурлыкало чудовище Лайонелу.

Драконы встали перед своим королем, теснее сомкнув ряды, и принялись разглядывать нового жуткого гостя.

Гвендалин зарычала, подтверждая, что по-прежнему владеет собой. Пальцы Лэнса сильнее сжали ее мех. Если начнется бой, они будут готовы, но их шансы приводили меня в ужас.

— Я назвала его Тарикс, — проворковала Лавиния и провела кончиками пальцев по челюсти нового сына. — На древнем языке это означает «принц». Разве он не совершенен? Подойди ближе, папочка. Поздоровайся с сыном.

Лайонел вскинул голову и осторожно оглядел чудовище, хотя в его взгляде мелькнул интерес.

— На вид весьма могущественный экземпляр, — заметил он, одобрительно рассматривая каждый дюйм тела Тарикса.

Я тоже заметил между ними сходство. Невозможное соединение их крови, упакованное в тело и готовое сражаться за них.

— Но рожден ли он Драконом? — скептически добавил Лайонел.

— В нем семя отца, — с гордостью ответила Лавиния. — Он такой же чистокровный, как ты, мой король, и наделен всеми четырьмя Стихиями. Но признаю, его также благословили даром теней.

— Это изменит судьбу, — в ужасе сказала Мерисса. — Ни Габриэль, ни один живой Провидец не способны увидеть это существо. Для повстанцев он будет совершенно непредсказуем.

— Возможно, он не так силен, — с надеждой сказал я. — Наши дочери способны справиться с любым чудовищем.

— Покажи мне, — потребовал Лайонел.

Лавиния коротко кивнула Тариксу и заставила Лэнса с Гвендалин отступить, освобождая ему место.

Тарикс стоял совершенно неподвижно. Драконы-стражи напряглись, окружая Лайонела и ожидая нападения. Но его не последовало.

Вместо этого Тарикс по-кошачьи прыгнул вперед и так внезапно обратился, что даже я решил, будто он атакует.

Из тела вырвался Дракон. Матово-обсидиановая чешуя словно высасывала из зала весь свет, и кроме огромных размеров и напряженно поднятых крыльев почти ничего нельзя было разглядеть. Внутри Дракона четыре проклятые души закричали громче, завывая в бездну, из которой никто не возвращался.

Стражи плотнее сомкнулись вокруг Лайонела. В воздухе замерцала магия, когда они воздвигли щиты.

— О боже, — ахнула Милдред Канопус.

Отвратительная женщина обмахнула себя рукой, словно представление ее взволновало.

Тарикс откинул голову и взревел так громко, что дворец содрогнулся. Слуги и стражники закричали от ужаса. Но страшнее рева были тени, которые хлынули из смертоносной пасти и понеслись во все стороны яростными ударами.

— Достаточно, сладенький, — промурлыкала Лавиния, подскочила к огромному зверю и провела рукой по его боку.

Тарикс затих и вернулся в облик фэйри, если его вообще можно было так назвать. Ведь с того места, где стоял я, по-прежнему были видны заточенные в нем души, хотя собственной у Тарикса не существовало.

— Великолепно, — выдохнул Лайонел и шагнул вперед.

Стражи расступились, пропуская его.

— Он будет исполнять мои приказы?

— Он безоговорочно повинуется каждому твоему капризу, мой король, — пообещала Лавиния. — Испытай его.

— Сломай Вампиру три ребра, — приказал Лайонел.

Гвендалин взревела, когда Тарикс двинулся к Лэнсу.

— Не сопротивляйся, когда он станет ломать тебе ребра, питомец, — легкомысленно приказала Лавиния.

Лэнс напрягся, готовясь к нападению чудовища.

— Это будет частью твоей пытки.

Мы с Лэнсом одновременно зарычали. Гвендалин развернулась и встала между ним и Тариксом.

Жуткое создание присело к полу, шмыгнуло под ней и снова поднялось. Прежде чем Гвендалин успела его схватить, Лавиния набросила теневой поводок ей на шею и отдернула назад.

— Убери от нее свои грязные тени! — крикнула Мерисса Теневой Принцессе.

Я снова попытался направить силу во дворец, заставить его помочь, сделать хоть что-нибудь, чтобы защитить пару моей дочери. Но дворец не откликнулся. Возможно, я уже растратил слишком много сил. Или он понимал, что эту битву не выиграть.

Тарикс неторопливо вторгся в личное пространство Лэнса, протянул руки и стиснул его бока. Темные глаза загорелись восторгом. Он ломал ребра одно за другим, а я бросился на него, пытаясь оттащить от мужчины, который так долго стойко держался рядом с моей дочерью и уже слишком много вынес от рук этих ублюдков.

— Отойди от него! — рявкнул я.

Завеса потянула меня, твердо приказывая нам с Мериссой уйти. Мы и так провели здесь слишком много времени, и звезды обратили на нас внимание.

— Нет, — прорычала Мерисса, цепляясь за меня.

Мы вдвоем боролись, чтобы остаться с дочерью.

Лэнс сотворил в руке ледяной клинок и с ревом неповиновения вогнал его в висок чудовища. Я потрясенно ахнул. Тарикс с грохотом рухнул на пол, из раны хлынула черноватая кровь.

— Ха! — восторженно воскликнула Мерисса.

Мы обменялись облегченными улыбками.

Я посмотрел на мертвого зверя и задумался, смогут ли заточенные в нем души вырваться и пересечь Завесу. Может, сюда доберется хотя бы жалкий обрывок его собственного существования. Но все оставалось неподвижным. Возможно, ни одна душа не сохранилась достаточно целой, чтобы совершить путь за Завесу.

— Кто снял с тебя наручники?! — завизжала Лавиния. — Сейчас же подойди и больше не произноси ни одного заклинания, иначе сегодня я отрежу пальцы на руках и ногах твоей хорошенькой Веги.

Лэнс двинулся к ней, мрачно и вызывающе глядя на Лавинию. Завеса потянула нас сильнее.

— Еще немного, — потребовала Мерисса.

Она смотрела на Гвендалин с тоской, которую я чувствовал до глубины души.

Меня затопил ужас. Тарикс дернулся, а затем зашевелился. Смерть каким-то образом пощадила его. Он медленно пришел в себя, резким движением выдернул ледяной клинок из виска, бросил на пол и поднялся.

— Он не фэйри. Он сама смерть, — сдавленно произнес я.

Завеса обвилась вокруг нас еще плотнее. На этот раз выбора не осталось. Преграда утащила нас в потустороннюю даль, где мы больше не видели любимую дочь. Но при первой возможности мы снова помчимся в Зал Знаний, чтобы наблюдать за ней и Роксаньей.

Ужас от присутствия Тарикса по-прежнему отдавался во мне тяжелыми ударами. Я не сомневался, что это существо