Читать книгу - "Я вылечу тебя - Джиджи Стикс"

— Покажи нам ее фотографию, — рычит Ксеро напряженным голосом.

Секундой позже Тайлер показывает фотографию красивой блондинки с волосами, собранными в шиньон. Она улыбается в камеру, но эти холодные глаза невозможно не узнать. Воспоминания обрушиваются на меня, как цунами, заставляя щипать глаза. При виде Шарлотты меня охватывает ужас, который никогда не покидал меня, даже когда я не помнила о ее жестокости.

— Это она, — выдыхаю я. — Инструктор, которая всегда хвалила Долли, а не меня. Няня, которая преследовала меня в кошмарах и пыталась свести с ума. Сука, убившая моего младшего брата.

Пока я тяжело дышу, Ксеро обнимает меня за плечи.

— Мы ее достанем. Она заплатит за все, что сделала с тобой и твоей семьей.

Я смотрю в пустоту, погрузившись в череду адских кошмаров. Где-то на периферии моего сознания Тайлер спрашивает, что делать дальше. Ксеро требует предоставить больше информации о Шарлотте и ее агентстве по усыновлению.

Слова доносятся до меня как сквозь туман, но меня поглощает жгучее желание отомстить.

67. КСЕРО

Как только мы находим решение проблемы с ванной, появляется чудовище из детства Аметист и мешает нам продвигаться дальше.

Она замирает, ее глаза стекленеют. Я кладу руку ей на плечо, и она выходит из ступора, гневно вскрикнув. Ее ярость наполняет комнату, потрескивая, как оголенный провод. Она пылает в ее зеленых глазах, сияя ярче, чем в ту ночь, когда она напала на меня во сне.

— Аметист? — Я хватаю ее за плечи, тревога сжимает мне грудь, но она с неожиданной силой отталкивает меня.

Сжав кулаки, она ходит взад-вперед, и с каждым ее шагом в воздухе сгущается едва сдерживаемая ярость.

— Эта сучка еще жива, — шипит она, и в ее голосе сквозит яд. — Я хочу пойти к ней домой и разорвать ее на куски.

Боль скручивается в моем животе, как свернувшаяся кольцами змея, каждое движение сжимает мне грудь. Я бы отдал весь мир за своего маленького призрака, но Шарлотта — ценная зацепка.

— Аметист, — тихо бормочу я. — Мы не можем торопиться. Она знает, где находится объект.

Она останавливается, ее безумный взгляд прикован к моему, в нем пылают ярость, отчаяние и скорбь.

— Она убила моего младшего брата, — кричит она. — Прямо передо мной.

Чувство вины терзает мою совесть за то, что я поставил миссию выше ее немедленной мести. Я не могу позволить этому отвлечь нас от цели. Подойдя ближе, я чувствую накал ее эмоций и беру ее за руки.

— Ты помнишь лечебную школу-интернат «Три судьбы»? В этом учреждении до сих пор могут находиться дети, которых готовят к тому, чтобы они стали убийцами.

Она моргает, смахивая слезы, и смотрит на меня блестящими глазами. Тяжело дыша полураскрытыми губами, она шепчет:

— Что?

— Мы должны спасти этих девочек, — говорю я.

Ей требуется мгновение, чтобы осознать мои слова, прежде чем ее непокорность превращается в опустошение. Она прижимается к моей груди, ее тело сотрясается от рыданий.

— Ты, должно быть, ненавидишь меня за то, что я такая эгоистичная.

Я обнимаю ее за спину и прижимаю так крепко, что ее боль отдается в моем сердце.

— Я никогда не смогу тебя возненавидеть, — я подчеркиваю свои слова поцелуем в висок. — Ты храбрая, стойкая и самая сильная женщина из всех, кого я знаю.

Мы стоим в тишине, наши сердца бьются в унисон. Мне хочется заверить ее, что мы одолеем наших врагов одного за другим, но обещаниям не всегда можно верить. Шарлотта уже близко, но если мы схватим ее сейчас, это может насторожить тех, кто ее сдал. Я не могу рисковать отцом и инструкторами, которые перевозят детей в другое место.

— Дай мне три дня, — шепчу я, уткнувшись в ее влажные кудри. — Три дня, чтобы проследить за ней. Если она не приведет нас к базе, мы нагрянем к ней домой.

Аметист отстраняется и смотрит на меня влажными глазами.

— Обещаешь?

— Клянусь. Дай мне отдать приказ Тайлеру.

Она кивает.

Вернувшись к компьютеру, я отправляю ряд инструкций. Тайлер выудит всю информацию о Шарлотте Бэнкс. Его команда установит наблюдательные устройства в ее районе, чтобы подготовиться к рейду. Братья Спринг проникнут на ее улицу и будут следить за ее передвижениями. Джинкссон прикрепит устройства слежения к ее машине.

— Три дня, — повторяет она.

Я глубоко вздыхаю, чувствуя всю тяжесть своего обещания.

— Да, три дня. — Я веду ее на мини-кухню, надеясь, что она вернется к нормальной жизни. — Давай приготовим ужин пораньше.

Аметист молча сидит за стойкой. Иногда лучшее лекарство — это время. Я оставляю ее наедине с нахлынувшими воспоминаниями и мыслями о человеке, который издевался над ней в детстве. Найдя подходящий рецепт, я открываю холодильник и достаю сливочное масло, яйца, панчетту, пекорино и пармезан.

— Когда ты успел раздобыть свежие продукты? — спрашивает она.

— Наш обслуживающий персонал снабжает продуктами занятые убежища. — Я наливаю в кастрюлю воду и ставлю ее на плиту.

— Тебя научили готовить в академии Мойраи? — спрашивает она.

Усмехнувшись, я достаю нож и разрезаю упаковку.

— Меня научили следовать инструкциям. После нескольких месяцев уборки за ними после их убийств готовить стало проще простого. Хочешь помочь?

Она кивает, и на ее лице появляется робкая улыбка. Я протягиваю ей нож и бекон.

— Нарежь это маленькими кубиками.

Пока она работает, я натираю сыр, разбиваю яйца в миску и взбиваю их до пышности. Аметист открывает упаковку со спагетти и опускает их в кипящую воду. Я добавляю соль в пасту и черный перец в яйца.

Она без лишних слов измельчает чеснок и обжаривает панчетту. Я смотрю на рецепт и хмурюсь.

— Здесь написано, что нужно два зубчика.

— Ты же готовишь карбонару, да? — спрашивает она.

— Откуда ты знаешь?

— Это видно по ингредиентам, — отвечает она с ухмылкой. — Я могла бы готовить пасту «Альфредо».

— Здесь нет сливок. — Она добавляет к панчетте кусок сливочного масла, не отмеряя его количество.

— Этот рецепт испорчен, — бормочу я, не в силах скрыть улыбку.

— Будет очень вкусно.

Тепло разливается по моему телу, когда я беру тарелки и ставлю их на столешницу. Аметист добилась большего прогресса, чем я ожидал. На мгновение я поражаюсь ее стойкости.

Но потом до меня