Читать книгу - "Душа для возрождения - Опал Рейн"

стать таким. И уж тем более, что он сможет выжить в Покрове.

К счастью, вода была неглубокой. Они отскочили от дна, подняв вокруг себя облако рыхлого, скользкого осадка.

Эмери заизвивалась, пытаясь высвободиться из пространства между Инграмом и прижимающими ее щупальцами, но смогла освободить лишь одну руку. Ее сердце колотилось так сильно, что ей казалось, голова сейчас взорвется, а тревога еще больше сдавливала легкие.

Из Эмери вырвались пузырьки, когда она закричала. Демон повернулся так, чтобы положить руки по обе стороны от спины Инграма, и навис над ней с тошнотворной ухмылкой, не доходящей и дюйма до ее носа. Блеск в его красных глазах сказал ей всё, что нужно было знать.

Учитывая, кем он был и что, вероятно, застрял в этом болоте, он редко ел человека после того, как полностью сформировался вот так. И он был в восторге от того, что теперь один у него есть.

Щупальца разошлись, образуя брешь, чтобы он мог вытащить ее.

Как раз когда он потянулся к ее голове, не заботясь о том, что его когти могут разорвать ее, темно-серая рука обхватила его тонкое предплечье. Его красные глаза расширились, прежде чем его рванули вниз и в сторону.

Приглушенный вопль пульсировал в воде, и фиолетовая кровь смешалась с ней. Щупальца отпустили ее, дав ей возможность оттолкнуться.

Ничто не могло помешать ей убраться оттуда к чертовой матери.

Она посмотрела вверх — отражение света было не так уж далеко. Она рванула к нему, бросив взгляд вниз, туда, где два пугающих черных существа сражались в растущем облаке мутного осадка.

Морщась от того, что легкие, казалось, ссыхаются без кислорода, она заработала ногами еще сильнее. Вот, почти. Как раз когда она подумала, что не доберется, крепко зажмурив глаза, словно это могло помочь сберечь остатки воздуха, она прорвала поверхность воды. Ее вдох был одновременно агонией и блаженством, но он перешел в приступ кашля, когда она вдохнула воду через ткань своей маски.

Она сорвала ее с носа и рта, прежде чем захлебнуться.

Всплеск слева заставил ее отчаянно поплыть к берегу: Демон, который раньше смотрел на них с другого берега, теперь скользил в ее сторону. Он решил осмелеть, теперь, когда Демон-осьминог был отвлечен Инграмом.

Но паника вцепилась в нее, как когти, когда она достигла суши.

О нет! Блядь! По илистому краю было трудно карабкаться, он был как зыбучий песок, который засасывал ее руки, когда она пыталась из него выбраться. Уступ постоянно обваливался большими кусками.

Крик боли вырвался у нее, когда Демон вцепился в ее плечи и вонзил когти. Он располосовал ей спину длинными глубокими бороздами, сдирая плоть. А затем исчез, словно его оторвали от нее.

Она не хотела выяснять, так ли это.

Скуля и роняя слезы боли, ей удалось вытащить себя на твердую землю.

Теплая кровь смешалась с прохладной водой, стекая по ее спине. На четвереньках она отползла от осыпающегося края, а затем, пошатываясь, поднялась на ноги, чтобы сообразить, куда, блядь, идти.

Она огляделась, и всё, что она знала наверняка, сводилось к двум вещам: она заблудилась и она была одна.

Глава 24

На север. Иди на север. Эмери огляделась, нервно переминаясь с ноги на ногу. Лес был одинаковым, в какую бы сторону она ни повернулась. Где, блядь, этот север?!

Свирепое, бешеное рычание позади заставило ее в испуге обернуться. Цепляясь за грязь когтями, как и она сама, когда выбиралась из воды, ее встретила громадная фигура с красными светящимися глазами и белым вороньим черепом.

Блядь. Ее друга сейчас не было дома, и она сомневалась, что сможет оставить сообщение на двери того, что он называл мозгом!

Не успела она среагировать, как за его спиной выскочил Демон-осьминог. С хлещущей из горла фиолетовой кровью и следами когтей, пересекающими его лицо по диагонали, он отбросил Инграма назад в воду.

К черту север. К черту всё это.

Понял это Демон или нет, но он только что спас ее от верной смерти и дал небольшое окно для побега. Она всё равно ничем не могла помочь Инграму; она не была рыбой, не была сильной или быстрой.

Однако это не значило, что она за него не переживала. Пожалуйста, будь в порядке, пожалуйста, будь в порядке!

Эмери рванула в том направлении, куда, как ей казалось, они шли всё это время. Спина болела, и эта боль отдавалась в ногах.

Но она могла бежать, могла двигаться, и это было всё, что имело значение.

Рев сотряс лес, и он был таким громким, что ей показалось, будто сами листья задрожали от страха. Вскоре она услышала двойной стук двух пар конечностей, бросившихся в погоню, а также прерывистые шлепки и свист толстого, длинного хвоста.

И именно поэтому она точно знала, что убегает от Сумеречного Странника, а не от склизкого осьминога. Ох, блядь. Он приближается.

Эмери пришлось свернуть вправо, когда Демон среднего размера зашуршал по лесу. Она привлекала их запахом своей крови, но мало что могла с этим поделать. Даже если бы их не было, приятное купание в болотной воде всё равно смыло бы с нее запах Инграма.

Холодный ветер пронизывал ее насквозь сквозь промокшую одежду. Ей казалось, что она может порваться там, где прилипла к телу, пока она бежала изо всех сил, стараясь ограничить свои движения. Ее капюшон частично сполз назад, ровно настолько, чтобы позволить длинным волосам обвить ее шею и лицо, но она не смела смахнуть их, боясь, что это как-то замедлит ее.

Как только Инграм настиг ее, Демон тоже оказался рядом.

Сумеречный Странник набросился на него, намереваясь уничтожить, чтобы не пришлось делиться едой, своей добычей — ею.

Она думала, что вся надежда потеряна. Так оно и должно было быть. Теперь ее ничто не могло спасти.

Что-то светящееся вдалеке привлекло ее внимание. Это надежда или еще одна катастрофа? На данном этапе, кому какая разница? Это было хоть что-то, поэтому она направилась к нему.

Чем ближе она подходила, тем сильнее сверкающий зеленый свет освещал лес от самой земли — словно светилась сама земля. Даже когда она беспрепятственно прошла сквозь прозрачный зеленый купол с каким-то морским звездным узором, она не остановилась.

В тот момент ничто в мире не смогло бы заставить Эмери перестать бежать. Ни боль, ни паническое и тяжелое дыхание, ни горящие мышцы ног, ни покалывание в боку, которое говорило ей, что она не сможет поддерживать такой темп долго, не рухнув.

Она