Читать книгу - "9 месяцев после развода - Мария Устинова"

пока сомневался. Там и ребенку девять недель – срок ни о чем. Аборт она, разумеется, не сделает, но он и не настаивал. Даже не предлагал. Дети есть дети. Против наследников он никогда не возражал. Отец всегда говорил, что дети важнее жен.

Но к Альбине как будто еще присматривался. Это девушка из богатой, известной семьи, мало того, что с ней непросто – это не проблема. В конце концов, ведь и научена, как себя вести с мужем и мать ее сама из дочери шелковую сделает, чтобы закрепить этот брак.

Гораздо меньше ему нравилось то, что влияние Кирилла Николаевича после брака усилится.

– Тебе не кажется, что в твоем положении нужно сидеть дома, а не ездить с подругами веселиться? – недружелюбно интересуется он.

Альбина глупо улыбается, потом до нее доходит, что это не шутка.

– Дорогой, ну это же не вечеринка, ничего такого. Просто прогулка. Мы уже договорились. В следующий раз буду вести себя более осмотрительно, – она непринужденно целует его в щеку и направляется к двери легкой походкой, делая вид, что ее не задело замечание.

Он ее характер знает.

Внутри она бурлит от гнева. И наверняка водителю или кому-то из подруг – пониже статусом, достанется.

Все же не стоит заводить отношения с теми, кого знаешь с детства. Очень сложно потом соблюдать субординацию.

В дверях Альбина сталкивается с бухгалтером, грациозно огибает его и растворяется в приемной.

Через полчаса, когда с финансовыми вопросами покончено, он просит секретаршу:

– Вызови начальника охраны… Хотя нет, постой. Лучше освободи для меня время после четырех, я уеду.

– Куда, Антон Иванович?

Он теряет дар речи.

– Разве тебя это касается? – ледяным тоном спрашивает он.

– Извините…

В последнее время от нее исходят странные вопросы. Не завербовали ли ее? Собираясь после четырех к адвокату и доверенному лицу своего отца, он думает, не поменять ли секретаршу на новую.

Она тоже на прослушке.

Отец учил не доверять никому. Пожалуй, сильнее всего он доверял Кире, уверенный, что между ними искренние чувства и подлости от нее не дождется. Тем больнее было ошибиться.

У нее была возможность получить все его деньги.

Она выбрала другой путь.

Сначала он хотел начальнику безопасности дать поручение заняться Кирой. Собрать сведения, выяснить, что с ней произошло. Но от этой мысли отказался.

Бывшая жена – его персональное дело.

Первую информацию он выяснит лично, затем будет видно.

Шестое чувство намекало, что этот интерес лучше оставить в тайне. А шестому чувству он доверял. Оно досталось Антону от отца.

Поверенный встречает его в роскошном кабинете, заставленном антиквариатом. Это место он хорошо знает: бывал здесь еще в детстве.

– Что тебя привело? – пожилой мужчина складывает перед собой руки, соединив пальцы.

– Просьба личного характера, – сообщает он. – Я хочу приостановить слияние компаний и свадьбу.

Тот удивленно поднимает брови.

О беременности Альбины и свадьбы знает весь город.

– Причины, Антон?

– Личные. Вы можете поговорить с ее отцом?

– Не хочешь с ним общаться?

– Хочу избежать лишних объяснений.

– На какой срок?

Антон задумывается.

Поверенный поговорит с Кириллом Николаевичем об отсрочке. Это и ему выгодно. У Альбины огромное наследство, бизнес, которым она не сможет управлять сама после смерти отца. Но до этого еще далеко, а влиять он уже начал пытаться.

Возможно, это просто предлог.

Попытка выпутаться из некомфортной ситуации, когда не знаешь, действительно ли оно тебе так выгодно. После слияния стычки с тестем будут неизбежны. Нужно лучше подготовиться.

– Полгода.

– Хорошо.

Антон выходит на свежий воздух.

После разговора они пили чай, обсуждали новости, вспоминали отца. Несколько секунд смотрит на городской пейзаж, над которым начинают собираться сумерки.

Не хочется домой. И в офис.

Он набирает номер знакомого и прежде, чем идти к корпоративному авто, говорит:

– Привет, можешь пробить информацию? Узнай, не бывала ли в ДТП машина моей бывшей жены за последние девять месяцев, – он задумывается, да, так и есть с развода прошло девять месяцев. – Также я хочу знать маршруты, по которым она ездила. Сможешь вытащить эти сведения?

Глава 5

– Таня, привет… Твой муж не поможет продать мне машину?

Я сижу в кресле под торшером. У друзей так хорошо и уютно.

Жаль.

Нужно было строить свою жизнь и вить свое гнездо, а не рассчитывать на Антона. Брак с ним распался все равно. По независящим от меня причинам.

Только время зря потратила.

У Тани и ее мужа семейный стаж был восемь лет, и они все делали вместе. В глубине души я им по белому завидовала.

– Сейчас? – удивляется подруга. – У тебя роды на носу.

– Я решила ехать к маме, Тань, – размышляю, говорить ли об Антоне. – Бывший появился, а я не хочу с ним общаться. Мне сейчас нужно спокойствие, а не разборки.

Ей я тоже не сказала, что малыш от Антона. Так что повод хороший.

– Оу… Когда едешь?

В животе подпрыгивает ребенок и из глаз сыплются искры.

– Не знаю… – выдыхаю я. – Хочу успеть до родов. Но что делать с машиной – не знаю. За рулем ехать домой побоюсь. Здесь бросать не вариант. Может быть, Ваня поможет продать по доверенности? Поговори с ним.

– Хорошо. Это даже хорошо… Мы чуть раньше вернемся из заграницы, – сообщает Таня. – Решили Новый год отметить дома.

Ну, здорово…

А если у меня не получится уехать к маме? Настроение мгновенно портится.

– А если я не успею?

– Ничего, поживешь в маленькой комнате, – бодро сообщает подруга.

И буду чувствовать себя приживалкой.

И вообще, она плохо себе представляет, что такое ребенок в доме. У Тани нет детей – пока нет, как она всегда добавляет.

– Спасибо, Тань, – выдыхаю я.

– Ну что ты, какие спасибо. Нас все равно нет, а мы с тобой старые друзья. Кстати… Я почему позвонила… Про тебя спрашивали.

– Что?

Я пугаюсь и настораживаюсь одновременно.

– Не знаю, кто. Голос женский. Звонили и интересовались, сдается ли квартира и кто сейчас живет.

– О, боже…

– Не переживай, я ничего не сказала. Возможно, соседи стукнули в налоговую. Увидели, что живет кто-то другой и решили, что сдается.

– Может быть…

Объяснение рациональное и звонок от женщины. Это должно успокоить. Только мне по-прежнему тревожно.

– Ну ладно, Кира,