Читать книгу - "Обидный проигрыш - Дебора Феррайоло"

class="p1">Обычно Картер заказывает за меня, но в этот раз он позволил мне выбрать самой. Что-то в его глазах говорит о том, что он делает это специально. Хочет, чтобы я снова почувствовала контроль над ситуацией после того удушающего ужина. Я ценю этот жест больше, чем он может себе представить.

Когда мы приезжаем к нему, переодеваемся и уютно устраиваемся на диване. Он со своим десертом, я со своим, мои ноги закинуты на него, телевизор бубнит на заднем плане, привычный звук вилок, вонзающихся в шоколад. Чистое домашнее счастье.

Затем звонит мой телефон.

Он лежит на столике рядом с Картером, и когда тот поворачивается, чтобы посмотреть на экран, его лицо напрягается.

— Это Дориан.

Знаю, это иррационально, но после того инцидента каждый раз, когда брат звонит внезапно, мое сердце пропускает удар. Я хватаю трубку и быстро отвечаю.

Ничего срочного, просто письмо, которое он мне переслал. Предложение от адвоката Мелани. Он хочет знать, что я об этом думаю.

Десерт мгновенно забыт.

Картер распечатывает две копии документа, и мы садимся бок о бок, анализируя его пункт за пунктом. Его лицо сосредоточено. Он внимательно изучает пометки, которые добавил Дориан, взвешивая все «за» и «против». Время летит незаметно.

— Что ты об этом думаешь? — Картер нарушает тишину.

Вопрос бьет прямо под дых.

Я думаю, что она предлагает мне извинения, которых я так хотела, но… ценой суммы гораздо меньшей, чем мне причитается. Я думаю, что это несправедливо, но также знаю, что правосудие стоит дорого. Дориан уже объяснил, что мировое соглашение может быть моим единственным шансом получить хоть что-то. Что судебные тяжбы могут длиться годами и влететь в копеечку. И даже если брат захочет мне помочь… ну, фирма всё равно выставит ему часть счета за расходы.

Чувство фрустрации растет внутри, но я его подавляю. Поднимаю взгляд и встречаюсь с глазами Картера.

— Думаю, я соглашусь, — говорю я. Он сжимает мою руку. — Я хочу оставить всё это позади, — добавляю я, и искренне надеюсь, что это правда. Надеюсь, что это публичное заявление расставит всё по местам и восстановит мою репутацию.

Было время, когда всё мое настроение зависело от лайков, комментов и репостов. Телефон вибрировал, и каждое уведомление было маленькой дозой адреналина. Но теперь всё иначе. Работа в зале дает мне стабильность. Мне больше не нужно гоняться за рекламными контрактами или переживать о том, «в тренде» ли я. И облегчение, которое я чувствую, почти шокирует. Я и представить не могла, что уход из соцсетей даст мне такое чувство свободы. И да, конечно, получать внимание было приятно, но правда в том, что, возможно, я просто не создана для жизни под софитами.

— В этом есть смысл, — говорит Картер тем практичным тоном, который я обожаю. — Думаю, я бы поступил так же. Но я поддержу любое твое решение. — Он делает короткую паузу. — Если честно, я всё еще надеюсь, что найдется способ заставить Августа получить по заслугам, — добавляет он с лукавым блеском в глазах.

Я невольно смеюсь.

Август. Вечно он путает имена.

— Остин, — поправляю я, закатывая глаза. — Но продолжай мечтать. Этот парень как тефлон: к нему ничего не липнет, даже когда должно.

Я опускаю взгляд на листы, которые всё еще держу в руках. Слова, напечатанные на бумаге, словно пытаются затащить меня обратно в прошлое, от которого я пытаюсь избавиться, и идея больше никогда не видеть эти страницы кажется очень заманчивой.

— Я пересплю с этой мыслью, — бормочу я скорее себе, чем Картеру. — Обсужу это с Дори завтра утром. Он сказал, что мы можем встретиться на ланч рядом с его офисом.

— Дай знать, если захочешь, чтобы я пошел с тобой, — отвечает он, откусывая кусочек своего «трес лечес» так непринужденно, будто темы пятисекундной давности и не существовало. — Кстати, ты очень понравилась моим родителям. Даже матери, — сбрасывает он бомбу с той же легкостью.

Я резко вскидываю голову. Элена Резерфорд меня оценила?

Я уверенно улыбаюсь: — Конечно, я ей нравлюсь. Я же неотразима.

Хотя, честно говоря, она выглядела довольно удивленной, узнав, что я не состою в местной «Женской лиге». Я даже понятия не имею, что это такое.

— Ты действительно такая. Но это важно. Ей никто не нравится. Я даже не уверен, нравлюсь ли ей я.

— Если хочешь правду… — я наклоняю голову вбок, изучая выражение его лица, — думаю, она просто рада, что ты наконец остепенился.

— И это тоже. — Он отставляет пустую тарелку и закидывает ноги на кожаный пуф. Затем берет мою ступню в свои руки. Начинает массировать и… о мой бог.

Я сдерживаю стон. Всю неделю я провела в зале, мои ноги — как два куска бетона.

— Она уже довольно давно давит на меня по поводу внуков, — говорит он как бы между прочим.

Подождите, что?!

Я едва не подавилась последним куском своего брауни, чувствуя, как по спине пробегает холодок паники. Я даже близко не на том этапе жизни. Не то чтобы я была против детей когда-нибудь в будущем. Но сейчас быть «классной тетей» для ребенка Дориана и Холли — это максимум, на который я способна.

Картер замечает мое шокированное лицо и тихо смеется. Его пальцы скользят по моей руке тем уверенным касанием, которое всегда меня успокаивает.

— Спокойно, Цветочек, — шепчет он. — Я не собираюсь делать тебе ребенка в ближайшее время. — Он подмигивает мне, и атмосфера снова становится легкой. — Возможно, когда-нибудь. Если ты мне позволишь, — добавляет он уже более мягким тоном.

С этой мыслью я могу смириться. Когда-нибудь. Но сначала есть слишком много вещей, которые я хочу сделать. Греция на первом месте в моем списке, а Санторини — не совсем то место, где хочется слушать крики младенцев.

— Так ты хочешь детей? — спрашиваю я, потому что мне нужно услышать ответ. В моей голове Картер Резерфорд никогда не был семейным человеком.

Он задумывается на мгновение, затем кивает. — Да, думаю, да. А ты?

— Позже — конечно, — отвечаю я, а затем любопытно склоняю голову. — Но куда делся Картер Резерфорд, король холостяков?

Его выражение лица меняется. Становится серьезным, напряженным.

— Появилась ты.

И мое сердце проваливается куда-то в горло.

40 — Я не ошибаюсь

Гутшот

Гутшот-дро, то есть дро из четырех карт, в котором отсутствует средняя карта для завершения стрита.

Шум заведения окутывает меня, но он какой-то приглушенный, далекий. Такое чувство, будто я под водой.

Гул голосов, смех, звон бокалов