Читать книгу - "Крылья, что связывают нас - Брайер Болейн"

провел ими по месту, где плечо сходилось с шеей, беззвучно задавая вопрос. Она чуть повернула голову, открывая лучший доступ; ответ был «да». Я глубоко впился клыками, и она выгнулась ко мне с криком. Ее вкус затопил рот — богатый, хмельной и полный силы. Я подхватил ее на руки, неся к кровати, пока пил её кровь, её пальцы впивались в мою полуголую спину, а дыхание оставалось ровным и доверчивым. Ее черное платье потонуло то ли в чернилах, когда я уложил ее, на миг оторвавшись от шеи, чтобы сдернуть одежду — мерцающая ткань сползла по веснушчатым изгибам, сбившись на талии.

— Сука, какая же ты охуенная, — прошептал я, наклоняясь, чтобы впиться губами в ее идеальный сосок. Она ахнула, когда он затвердел во рту. Я погладил вторую грудь — такую мягкую, пышную и сочную. — Ты ведь хочешь этого, да? Чтобы я трахал тебя, заполнил тебя, пил твою кровь?

— Да, — выдохнула она, ерзая бедрами и прижимаясь ко мне. — Делай. Не сдерживайся.

Я сдернул юбку до конца, обнажая ее полностью, и отшвырнул шелковую ткань через полкомнаты. Я чувствовал ее запах, ощущал влагу между ее бедер. Она вся состояла из темного жара и сочной, богатой крови. Она являлась всем, чего я когда-либо желал. Всем, чего я никогда не считал себя достойным. Я и сейчас не был ее достоин, но это не значило, что я не заберу ее, раз она позволяет.

Я опустил губы, пробуя ямку на ее шее, ощущая трепетный пульс под кожей. Когда она выгнулась, проведя ногтями по моим лопаткам, я ахнул — дракон внутри меня рванул наружу.

Сначала защекотало под ребрами. Затем вспыхнуло алое, ненасытное пламя, разливаясь по венам. Чешуя поползла по предплечьям, блестя над теми местами, где гуляли ее ладони. В полумраке она ничего не заметила, но я чувствовал, как шипы проступают наружу, пока зверь пробует границы моей кожи.

Вниз! — велел я. — Она моя. Не твоя. Моя!

Но приказ бесполезно отскочил в моей голове. Алый дракон никогда не отвечал голосом — лишь темный голод давил сильнее, с собственнической яростью. Драконий оскал исказил мое лицо. Я перевернул Пендрагон на живот.

Она ахнула от неожиданности, но вильнула бедрами:

— Так хочешь?

— М-м-м, — прогудел мой дракон. — Держись за кровать.

Я поднял ее руки, уложив на деревянное изголовье, а затем крепко сжал ее бедра — грубее, чем когда-либо до этого, притягивая вплотную к себе, давая ощутить мою твердость. Она застонала, и я почувствовал, как дракон замурчал, в полном восторге от ее пыла.

Так мы забираем пару.

Я замер. Затем вздрогнул, барахтаясь в поиске воздуха, выжигая волей чешую, молясь, чтобы Пендрагон не открыла глаза и не увидела её. Чешуя затаилась лишь наполовину. А затем зверь двинулся, управляя моим телом точно рукой в перчатке. Мои бедра толкали вперед, и я вошел в нее.

Ощущение накрыло с головой — мощное, опьяняющее. Я выкрикнул её имя, силой вогнав себя в нее. Вот только это был не я. Это был он.

Пендрагон ахнула, когда я толкнулся снова, вбиваясь в её бедра. Ее волосы свисали тяжелым алым пологом вокруг плеч. Я отпихнул их, целуя её спину.

— Жестче, — попросила она, и ее голос охрип от жажды.

Нечто внутри меня рыкнуло в согласии. Моя хватка сжалась, синяки расцвели под большими пальцами. Медра лишь выгибалась, выкрикивая мое имя точно молитву в Святилище.

Она хочет меня, — прошипел дракон.

Она хочет меня, а не тебя! — огрызнулся я в ответ. — Меня, а не монстра в моей шкуре!

Дракон расхохотался и ответил толчком, который не нес ни капли нежности.

— Боги, Блейк, что ты со мной творишь? — Капли пота выступили на ее шее. Прядки прилипли к влажной коже.

Мой дракон отпихнул прядки и лизнул загривок Пендрагон, соленый вкус скользнул по языку. Я провел губами по шее, мои клыки вошли в кожу прямо под ее левым ухом до того, как я вообще осознал, что дракон обнажил их. Я пытался загнать их назад, но мое желание и зверь слились воедино. Я просунул руки под нее, сжимая ее груди.

Выдох Пендрагон перешел в сломанный стон. Ее кровь неслась по нашим венам — жажда дракона и ее ответный кайф кружились каруселью, пока комната не поплыла перед глазами.

Хватит! — зарычал я. Но приказ оказался бесполезен.

Дракон пил глубже, толкаясь снова и снова — всё грубее и грубее, подтягивая ее бедра к своим, заявляя права. Его рот жадно припал к ее глотке, выпивая слишком глубоко.

— Потрогай себя, — велел мой дракон.

Она застонала, подаваясь бедрами назад ко мне и просовывая руку между ног, чтобы гладить клитор, не замечая следов от пальцев на бедрах и той боли, которую я уже нанес ее телу. Мои руки скользнули выше, когда она прикоснулась к себе, обхватив ее горло, сжимая, удушая. Ее пальцы сжались на деревянном изголовье, и я почувствовал, как ее возбуждение взлетело до небес.

— Блейк! — хрипло ахнула она сквозь тиски, которые мой дракон зажал на ее шее, и я застонал — глухо и глубоко, когда мое семя излилось внутрь нее. Мы кончили одновременно.

Стой. Стой прямо сейчас! — Накрыла паника, дикая и отчаянная. Пульс Пендрагон трепетал под моими губами. Далекая часть меня осознала, что он замедляется. Я попытался оторваться, но дракон сжал хватку сильнее.

Где-то за гулом в моей голове раздался треск ломающейся мебели. Мое тело содрогнулось, Алые полотна взвились из моих лопаток, заполнив комнату шумом крыльев. Полки посыпались со стен, книги и безделушки полетели на пол. Я услышал звон разбитого стекла, когда одно крыло врезалось в окно, выбив раму прочь.

Пендрагон застонала под моим телом, все еще потерянная в угаре удовольствия, пока дракон пил её кровь, его жажда оставалась ненасытной.

Я почувствовал тот самый миг, когда всё переломилось. Мои руки сжались, клыки качали кровь из ее вен, а ее пульс… запнулся.

Я поймал свое отражение в разбитом зеркале напротив кровати. Мои глаза горели алым огнем. Мои руки покрылись чешуей, пока сжимали изящную глотку Пендрагон.

Я. Тебя. Сука. Уничтожу! — зарычал я. — Отпусти. Её!

Рывком собственной воли я выдернул дракона назад, вырвав клыки из ее кожи.

— Пендрагон! — ахнул я. — Медра!

Ее тело бессильно обмякло на изголовье. Я подхватил ее на руки, перевернул и прижал к себе. Она повисла на мне, губы приоткрыты, глаза тускнеют. Дыхание поверхностное. Кожа холодная и бледная.

— Будь со мной, — прошептал я сорванным голосом, качая ее на руках, пока мои крылья в