Читать книгу - "Сделка с розой - Саша Пейтон Смит"

над водой. В самом конце, у алтаря, утопающего в радужном буйстве цветов, стоит он.

Здесь, в самый длинный день года, стоит идеальный вечер, и солнце решает устроить нам настоящее шоу. Оно сверкает золотыми и розовыми бликами, создавая радужные всполохи на драгоценностях и шелковых платьях всей лондонской элиты. Это событие века, и я — его главная звезда.

Когда небо окрашивается в пурпур и музыка полноразмерного оркестра достигает пика, отец сжимает мою руку. — Еще есть время сбежать, — шутит он. Но времени нет. Не по-настоящему.

Я провожу языком по гладкой пустоте в десне, где был мой коренной зуб, и ступаю на платформу.

Мои подружки невесты следуют позади, неся мой длинный шлейф, как велит традиция, но мне так хотелось бы увидеть их лица. Одна ободряющая улыбка сестры помогла бы мне быть храбрее.

У алтаря, залитый золотым светом, стоит Брам. На нем зеленый бархатный сюртук, а в волосах — изящный золотой венец.

Кончики его ушей торчат сквозь непослушные волны волос, и сейчас он кажется мне менее человечным, чем когда-либо.

Но он сияет. Он смотрит на меня так, будто любит. Мне повезло, постоянно напоминаю я себе, иметь это, иметь его.

Почему же тогда мой взгляд раз за разом возвращается к его брату?

Принц Эммет стоит рядом с ним, его челюсть сжата, руки в кулаках по бокам. Его полностью черный костюм делает его похожим на человека, пришедшего на похороны. В его глазах — эмоция, которую я не могу назвать. «Мука» — ближе всего к истине, но это не имеет никакого смысла.

Как он может ненавидеть меня, если даже толком не знает? Всё это заставляет мой желудок сжиматься от тревоги.

Но я натягиваю на лицо улыбку. Я вот-вот стану принцессой. Есть мужчина, который любит меня, который хочет сделать меня счастливой. Это гораздо больше, чем я когда-либо ожидала получить. Мои мама, папа и Лидия будут в безопасности, под защитой моего статуса, и я буду жить, не боясь нищеты. Мои дети и их дети будут принадлежать к королевскому роду. Я не просто спасла родителей и сестру — я обеспечила нашей семье безопасность на поколения вперед. Королева Мор бессмертна, и она будет помнить меня, когда встретит моих правнуков при дворе.

Мы доходим до алтаря, и музыка затихает.

Брам откидывает капюшон моей накидки, а затем берет обе мои руки в свои. Он смотрит на меня своими серыми глазами, и я, как всегда, поражена его глубокой красотой.

— Спасибо тебе за это, — говорит он, но я не совсем уверена, что именно он имеет в виду.

Жрица говорит что-то о любви, верности и долге, но слова доносятся лишь глухим гулом.

Я не могу перестать смотреть на Эммета. Он смотрит прямо перед собой, не на нас. Это выражение лица мне хорошо знакомо — я часто вижу его в зеркале, когда смотрю на себя: это взгляд человека, который предпочел бы быть где угодно, только не здесь.

— Кольца, пожалуйста, — монотонно произносит жрица.

Эммет не двигается.

Жрица прочищает горло. — Кольца?

— Ох. — Эммет вздрагивает и лезет в карман. Он достает два круга из валлийского золота и кладет их на ладонь жрицы. Его руки дрожат.

Солнце опускается низко к горизонту, завершая грандиозный финал самого длинного дня в году. Вечер погружается в сумерки, когда Брам берет мою руку в свою.

Он с нежной заботой надевает кольцо мне на палец с таким взглядом, полным радости, что я не могу не улыбнуться ему в ответ.

— Всё, чем я являюсь, и всё, что у меня есть, — твое, — обещает Брам.

Я надеваю кольцо ему в ответ. Я сделала это. Всё кончено.

Глаза Брама наполняются слезами, когда он берет мою тиару Майской королевы с бархатной подушечки на алтаре и опускает ее мне на голову.

— Властью, данной мне Её Вечной Величеством королевой Морьен, я объявляю вас мужем и женой, — провозглашает жрица.

Брам обнимает меня за пояс и целует. Это слишком страстный поцелуй для подобной публичной церемонии, и, отстранившись, он смеется.

Вдруг из толпы доносятся крики. Вопли паники и замешательства. Люди вскакивают, стулья падают.

Это хаос. У меня кружится голова, желудок переворачивается, а рот наполняется чем-то едким и металлическим. Я сплевываю полный рот крови, и она брызгает на алтарь.

Я встречаюсь взглядом с Эмметом, и всё возвращается ко мне лавиной. Тот первый вечер в карете, гостиница, тайные взгляды через залы, полные свечей, его руки на моей спине, его губы на моей шее. Сила любви, которую я чувствую к нему, едва не сбивает меня с ног.

Я в панике оборачиваюсь к Браму, но он просто стоит там, смеясь, будто происходящее — самая смешная вещь на свете.

В первом ряду королева Мор вскакивает, ее стул опрокидывается.

— Нет! — кричит она. — Брам, что ты наделал?!

Он качает головой, будто это всего лишь шутка, которую она просто не может понять.

— Схватить её.

Лидия Бентон

Я не знаю, куда смотреть. Повсюду люди кричат, рыдают, визжат так громко, что у меня звенят в ушах. Вспышка молнии разрезает небо как раз в тот момент, когда лорд Бекшем, у которого внезапно отросли волосы, спотыкается о меня и его начинает рвать в кусты.

Айви стоит у алтаря, обмякнув в объятиях Эммета. Я вытягиваю шею, ища глазами родителей, но оборачиваюсь и обнаруживаю, что лицо Брама всего в нескольких дюймах от моего. Он улыбается, и улыбка лениво расползается по его лицу, пока не показывается эта единственная ямочка на щеке.

— Привет, дорогая. Я скучал по тебе.

Я пытаюсь бежать, но каблуки вязнут в траве, и когда я спотыкаюсь, Брам обхватывает мое запястье своей рукой и резко дергает назад.

— Я больше не потеряю тебя.

— Пожалуйста… — мой голос дрожит. — Я не скажу ей.

Он затаскивает меня за ряд живой изгороди, окружающей низинный сад, и обхватывает руками за талию так крепко, что я не могу пошевелиться.

— Нет, не говори так. — Он вздыхает мне в волосы. — Скажи, что ты тоже скучала.

И я ненавижу его за это, но ненавижу себя еще больше. Я вспоминаю сны, которые снились мне последние пять месяцев, — те, после которых я просыпалась с мокрыми от слез щеками, чувствуя, что забыла нечто отчаянно важное. Я скучала по нему, даже когда не знала, что именно по нему.

Он целует меня так сильно, что это приводит меня в чувство. Я толкаю его в плечи, но он намного больше меня. Это лишь злит его