Читать книгу - "Княжна медвежьего края - Виктория Хорошилова"

от орудия пыток под названием корсет. Я вздохнула с облегчением.

— Ненавижу корсеты, — сказала я. — Я едва могла дышать.

— Не представляю, как ты вообще в этом двигалась, — сказал он, кладя тяжёлое платье на стул.

На мне остались только кружевные панталоны и чулки. Взгляд мужа стал голодным. В комнате были закуски и напитки. Пока он спешно раздевался, я успела проглотить три маленьких бутерброда.

— Я целый день ничего не ела, — сказала виновато.

Для храбрости я выпила бокал игристого вина. Но долго расслабляться не дали — мягко, но решительно увели в спальню. Рихард старался быть нежным, ласковым, внимательным. И всё же мой первый добровольный опыт близости оказался далёк от мечтаний. Боль, неловкость, внутреннее напряжение — всё это мешало расслабиться. В голове проскользнуло сравнение с тем, что было в деревне. Тогда — насилие. Сейчас — согласие. Приятней от этого не стало.

Наутро нас ждал второй акт свадебных торжеств. И сразу — шок. Мать Рихарда, сияя, поздравила сына с тем, что невеста оказалась невинной. Я покраснела от стыда, а Рихард — от ярости.

— Хватит меня позорить, мама! — рявкнул он. — Я никому не позволю обсуждать мою интимную жизнь.

— Но, сынок…

— Я сказал — хватит! — голос стал угрожающим.

— Дорогая, хватит, — мягко вмешался отец.

Праздник продолжился. Был завтрак, танцы, гуляния. Но на улицу Рихард меня не пустил.

— Хватит тебе там мёрзнуть, — сказал он, обнимая меня у окна. — Скажи, я тебе очень больно сделал?

— Угу, — только и смогла выдавить, прижавшись к нему.

— Прости. Я не хотел. Просто… я не умею пока.

— Что я слышу? Брат признался, что был девственником, — раздался голос Дамиана у нас за спинами. — Придётся тебе рассказать пару секретов, меньшой.

Я напряглась, но, поняв, о чём речь, едва сдержала улыбку.

— Пойду к себе, — сказала, отступая.

— Пошли в мои комнаты, — неожиданно серьёзно предложил Дамиан. — Не стоит такие разговоры вести в коридоре.

В гостиной Рихарда разговор стал откровенным.

— Ты её хоть приласкал прежде чем… — начал Дамиан.

— Целовал, гладил… — ответил Рихард, краснея.

— Эм… Некоторым и поцелуев достаточно. Но она у тебя зажата. Скажи честно: было мокро, как будто тряпку надо подложить, или так сухо, что хотелось… ну, ты понял.

Рихард молчал, лицо его выдало всё.

— М-да, не повезло, братишка. Ты её маленько травмировал.

— Я догадался по крови.

— Так она была невинной?

— Нет. Один мерзавец… Я его казнил.

— Мне ещё повезло — ты меня просто избил, — усмехнулся Дамиан. — Ладно. Ближайшую неделю — ни-ни. Пока она сама не скажет, что готова. А потом — ласкай. Некоторые женщины любят, когда их ласкают языком.

— Где?

— Ты как ребёнок. Там, конечно. Ты что, анатомию женскую не учил?

— В глаза не видел.

— Пошли. Отец мне в своё время дал книгу. Там всё нарисовано: что где, как, зачем. Даже позы.

С этой книгой братья едва не опоздали на танцы. Отец, поняв, чем они занимались, одобрительно кивнул. А я, глядя на мужа, видела лицо нашкодившего подростка.

— Где вы были? — спросила тихо.

— Брат дал книгу. Я всё делал неправильно… Исправлюсь. Обещаю.

Я просто кивнула.

Гости разъехались утром. Я тоже хотела поехать в город — к травнице. Облегчить состояние. Узнав причину, Рихард снова покаялся, дал кошель с деньгами и напомнил про охрану.

Прошла неделя. Мы снова легли в постель. Он и правда старался — нежно, терпеливо, с вниманием к каждому моему вздоху. Мне было приятно, но внутри всё ещё было напряжение.

— Рихард, — позвала я.

— А? Я опять не так делаю?

— Всё так, — сказала, краснея. — Просто… мне кажется, это со мной что-то не так.

— Не выдумывай. Ты просто всё ещё напряжена.

Он хотел продолжить ласки, но я остановила его.

— Я тоже готовилась. Понимала, что могу не стать мокрой. Потому взяла кое-что.

Я достала с тумбочки флакон.

— Это масло. Прокипячено, почти без запаха. Целитель сказал: в начале семейной жизни, пока молодые привыкают друг к другу, лучше не пренебрегать. Тогда всё будет мягко, без травм. Со временем оно нам не понадобится.

Он кивнул, взял флакон, уложил меня на спину. Смазал меня, потом себя. Сегодня боли не было. Я даже почувствовала удовольствие. Он заметил это — и мы попробовали ещё раз. И ещё. Даже в разных позах. Уснули довольные друг другом.

Утром, выбравшись из кровати, я сказала:

— Пойду к себе, в ванну.

— Постой. У нас есть смежная дверь из моей гостиной в твою.

Он показал. Между нашими комнатами — узкий коридор.

— Это комната твоей служанки, — сказал с улыбкой, прижимая меня к стене.

На мне был его халат — на голое тело. Он развязал его, подхватил меня под ягодицы.

— Кажется, я начинаю понимать, насколько это приятно, — прошептал в губы. — И сейчас ты мокрая, как и должно быть.

Я обвила его ногами, неумело отвечая на поцелуи. Мы были в этом узком коридоре, и мысль, что нас могут увидеть, будоражила. Я впервые в жизни достигла пика. Он понял это по тому, как я вогнала ногти ему в спину и прижалась сильнее.

— Я могу собой гордиться, — сказал, целуя меня.

Я улыбнулась. Он бережно поставил меня на ноги, закутал в халат. Я ушла купаться.

Через несколько дней Мая спросила:

— Госпожа, вы всё ещё ощущаете, что вы здесь временно?

Я задумалась. Только вернулась от мужа после совместной ночи.

— Не так явно, как раньше. Но пока разбирать ту сумку не буду. Чувствую — не стоит.

Она просто кивнула.

Прошёл месяц после свадьбы, и я поняла — я беременна. Женские дни так и не пришли, а вместе с этим вернулось тревожное ощущение, будто моё время в этом замке подходит к концу. Сначала списала всё на страх перед беременностью и родами. Решила не торопиться с выводами.

Как и просил Рихард, я занялась делами замка. Начала с проверки домовых книг и расходов. Пересчитала запасы, сверила с записями — и обнаружила серьёзные несоответствия. Пришлось действовать жёстко: половину кухонных работников я приказала заключить в камеры, что находились прямо в замке.

Когда муж вернулся из поездки, я показала ему всё, что удалось выяснить. Он быстро разобрался, вернул украденное, а виновных приказал высечь и уволить.

Один человек продолжал вызывать у меня тревогу — поверенный супруга, Антонио. Он был неприятен, и я явно ему не нравилась. Он пытался это скрыть, но я видела всё в его взгляде, в тоне, в уклончивых ответах.

Родители Рихарда с дочерью и старшим сыном уехали в столицу сразу после свадьбы. А спустя полтора месяца ко