Читать книгу - "Вернуть жену офицера - Анна Арно"

говорю я. — Но на этом всё. Береги себя, пожалуйста, — не оставляя себе больше времени на раздумья шагаю к выходу.

Секунда и его просящий голос в спину:

— Ален, подожди…

— Не хочу, Макар, — поворачиваюсь резко. — И не смей больше на пушечный выстрел ко мне приближаться!

Вижу, что он собирается снова спорить со мной, но нас прерывает щелчок открывающейся двери:

— Вижу, вы даже очнулись, — седовласый доктор беспокойно кивает моему бывшему мужу. — Неожиданно…

— Что с малышкой? — перебивает его Макар.

— Ваша дочка в полном порядке, — успокаивает мужчина нас обоих. — Сейчас ее осматривает невролог. Возможно пропишет какие-то витамины для профилактики. Но ничего серьезного мы не обнаружили.

— Слава богу, — выдыхаю облегчено. — Я уже могу пойти к ней?

— Не спешите, — останавливает меня врач мужа. — Медсестра вернет ее вам, как только педиатр закончит обследование. А мы как раз пока поговорим.

— Вы ведь сказали, что все в порядке, — напрягаюсь я.

— С вашим ребенком — да, — он переводит взгляд на Макара. — Но вот ваш муж требует куда более тщательного обследования.

— Чушь! — снова перебивает этот баран упрямый.

— Что с ним? — не могу унять беспокойство.

— Все со мной в порядке, — отмахивается Макар. — Не слушай его…

— Конечно, и отключился ты тоже, потому что в порядке?! — рычу, переключая внимание на бывшего мужа.

— Это я просто тебя был так рад встретить. До обморока, — усмехается невесело.

Но мне сейчас совсем не до шуток. Я поворачиваюсь к врачу и обращаюсь теперь только к нему:

— Доктор, предлагаю выйти и поговорить в более спокойной обстановке.

Он кивает, и мы было собираемся выйти. Но Макар рявкает в приказном тоне:

— Отставить! — одной лишь фразой припечатывает он мужчину. — Напомню, о врачебной тайне. А эта женщина — моя бывшая жена, так что вы права не имеете ничего ей рассказывать о моем состоянии.

Доктор в растерянности останавливается, и беспомощно смотрит на этого самодура травмированного. Я признаться и сама немного удивлена его категоричной реакцией. Что тут такого, что мне знать нельзя? От того, еще сильнее хочется:

— В таком случае, в свою очередь напомню, доктор, что вы не имели права и отвечать на вопросы третьего лица о состоянии моего ребенка, — хоть мне и неудобно вмешивать постороннего человека в наши разборки, но я все же добавляю аргумент на свою чашу весов, чтобы помочь врачу сделать правильный выбор.

— Ее угрозы — пустой звук, — влезает Макар. — Она за всю жизнь мухи не обидела. Подлая предательница — да. Но в прямую атаку не пойдет. А я засужу вас и вашу больницу с удовольствием.

Как же он меня бесит!

Поворачиваюсь к бывшему мужу:

— Если на то пошло, ни черта ты не сделаешь, потому что нас тут даже не оформили еще! — упираю руки в бока, всем своим видом давая понять, что сдаваться я не намерена. — По документам нас здесь и не было. Они даже имен наших не знают. Так что поди потом докажи, что вообще был здесь! Верно ведь, доктор?

Седовласый мужчина еще несколько секунд сомневается, но затем вздыхает и говорит мне:

— Простите, Алена, — он глядит на меня виновато и я понимаю, что этот раунд бывшему мужу я явно проигрываю, — но я действительно не могу так рисковать своей карьерой на старости лет.

Макар усмехается, довольный своей победой. А я стискиваю зубы от бессильной ярости.

Однако доктор вдруг продолжает чуть тише:

— Одно могу себе позволить сказать: если вы действительно хотите ему помочь, то я настойчиво рекомендую вам уговорить его на более серьезное обследование. Вы ведь вроде говорили, что он военный. В наших госпиталях очень хорошее оборудование. И неплохие спецы. Убедите его…

— Хватит, — грубо отсекает Макар. — Я сам разберусь.

— Я поняла вас, доктор, — киваю благодарно, полностью игнорируя бывшего мужа. — К сожалению, я на него влияния не имею. Но я найду того, кто им займется, — перевожу взгляд на Макара.

— Что бы ты не задумала — не смей, Аленький, — предупреждающе цедит он.

Пожимаю плечами:

— Ну ты ведь сам напросился, Таранов.

Глава 9. Аленка

— Раз не хочешь, по-хорошему, значит придется привлечь того, кого ты точно послушаешь, — фыркаю я, вытаскивая из кармана шорт телефон.

— Алена, — рычит Макар предупреждающе, уже поднимаясь с кровати.

Но я не дожидаюсь, пока он остановит меня и выскакиваю за дверь. Бегу подальше от палаты Макара, чтобы он не смог мне помешать набрать номер.

Взбегаю по лестнице и торможу только в отдаленном углу больницы, где Макар точно не найдет меня слишком быстро. Место не проходное, и вроде людей поменьше. Хорошо. Мне нужно немало концентрации, чтобы позвонить по этому номеру. Матери Макара. В конце концов я уже больше года не общалась с ней. Так что чувствую себя странно сейчас. Но все же нажимаю кнопку вызова. Потому что если у Макара что-то серьезное, что-то, что требует более детального обследования, то она точно знает, а если нет, то непременно должна узнать, чтобы проконтролировать его лечение. Или передала его новой спутнице. Ведь мне самой нельзя вмешиваться. Макар сам запретил. Да и не должно быть мне дела до этого предателя.

— Алена? — слышу в трубке женский голос, который кажется совсем не изменился за прошедший год.

— Здравствуйте, мам… то есть, Людмила Алексеевна… — осекаюсь я, и даже не знаю, с чего начать наш разговор.

Мы ведь так давно не общались, а теперь я должна просто вывалить на нее, что ее сын устроил аварию, и теперь ему необходимо лечение, и положить трубку?

Так же нельзя. Мы ведь были довольно близки с матерью Макара.

У меня с детства были проблемы с моей семьей, вернее… у них, с алкоголем. А я не поддерживала это их… увлечение. И когда мне исполнилось восемнадцать, меня попросту выперли из дома, и обрубили всякое общение. И не только сами родители, они даже младшую сестренку против меня науськали так, что она даже подарки от меня перестала принимать, когда я приезжала в ее дни рождения. Так я и осталась совсем одна.

А потом Макар. И его семья. Они все стали и моей семьей. Ну или я так хотела думать…

Хотела считать себя причастной к их родству. А по факту…

С нашего развода с Макаром никто из них мне ни разу даже строчки не написал.

Должно быть это нормально. Вроде как каждый при разводе забирает свое. Макар забрал свою семью, свое сердце, и… мое заодно.

Но мне ведь не привыкать. Меня уже бросали самые близкие — родная семья. Так