Читать книгу - "Связанные кровью - Ребекка Сайдлер"

мага. Не то чтобы нам было нужно больше тестостерона при дворе, – добавляет она и закатывает глаза.

Мне не хочется дарить Амрите удовольствие, признавая собственное поражение.

– Хорошо, – говорю я, повторяя ее жест и тоже поднимая руки вверх. – Но я сделаю это по-своему.

Я выгоняю прочих членов Совета, размышляя, что взять с собой из одежды. Амрита бросает на меня страдальческий взгляд. Она отлично знает, что «по-моему» вовсе не значит «по-хорошему».

Я сам могу все организовать. За две тысячи лет я более чем научился поступать так, как мне хочется. И если уж мне придется пройти через это – по крайней мере, я собираюсь получить от этого немного удовольствия.

Глава 3

Фаррен

Пять лет. Прошло пять чертовски долгих лет с тех пор, как я покинула Фейвилль и Дом, уехав в агентство Эстерли. Я не жалею об этом, но чувствую облегчение при мысли о том, что на следующей неделе я наконец покину этот жестокий клоповник.

Я устало откусываю кусочек тоста. До меня доносится противное хихиканье. Корла. Опять. Я знаю, что они смеются надо мной. Раньше это раздражало, но сейчас, в преддверии Корталли – церемонии соединения вампира и мага, – мне уже все равно.

Мы могли бы стать подругами – она и я. Мы во многом похожи. Старшие дочери одних из самых могущественных магических Домов – она из Дома Жизни, ослепительная блондинка с внушительным арсеналом магических способностей. Ее младшая сестра унаследовала заветный фамильный дар земли – и вместе с ним столь желанное качество роста. Именно младшая в будущем возглавит Дом Корлы, ведь все остальные Великие Дома, как и школы магии, уже шагнули в современность и разрешили женщинам наследовать титулы.

«Зависть, – однажды сказала мне Фло. – Вы вдвоем из одного магического класса. Вы будете драться за лучшего вампира и за лучшую цену, которую он заплатит».

Агентство старательно сталкивало нас лбами, чтобы мы не могли стать союзницами. У Корлы есть «поклонники» из трех магических Домов, но друзей среди них она так и не нашла. Эстерли разделяет ведьм и магов, чтобы мы не сближались.

В день Корталли начнется так называемое время знакомств. Вампирам раздадут листы с нашими характеристиками – магическими навыками, фамильным наследием, оценками. И победит сильнейший…

Шутка. Возможно, вампир выберет Корлу. Мне же нужно, чтобы за меня заплатили вдвое больше, чтобы я никогда не вернулась в свой Дом. Для этого потребуется до абсурда богатый вампир, который к тому же не сведет меня с ума. Иногда достаточно сказать что-то умное и защитить его Дом от чужих ушей. Такая жизнь возможна, пока я продолжаю скрывать свою силу, способную убивать вампиров.

Но если что-то пойдет не так, в идеале я получу шанс потренировать свою магию ветра и убить бессмертного. Тут нет проигравших. Потом я исчезну из этого пыльного мира магии и крови.

Так что да, я могу смириться с тем, что она смеется над одиноким букетом от Фло в честь моего двадцать пятого дня рождения. Смешно, ведь никто больше не вспомнил. Корла посылает мне воздушный поцелуй. Я отмахиваюсь. В последнее время она избегает солнца. Надеюсь, у нее не появятся ожоги или пигментные пятна. Ее кожа стала прозрачной, словно у фарфоровой куклы. Настолько бледной, что мне хочется подарить ей упаковку витамина D.

Финальный экзамен мы сдали на прошлой неделе. Я справилась, как и планировала, достаточно хорошо, чтобы не вызвать подозрений, но не настолько, чтобы привлечь внимание одержимых магией вампиров. Или показать, что я должна была пройти Пробацио. Наследники Домов не становятся частью Вампирских Дворов – это может запятнать магическую чистоту. Недопустимо, чтобы магия стала такой же слабой, как та, которую продемонстрировал мой брат пять лет назад.

Хотя занятия уже закончены и впереди остался всего один практикум до Корталли, я все равно иду в тренировочную. Если я пропущу практику, Фло будет недовольна и наверняка скажет, что я позорю память семьи моей матери. Я не уверена, можно ли поставить мертвых в неловкое положение, но не рискну сказать это Фло. Она месяцами использовала вампирский гипноз, чтобы добыть значок службы безопасности Эстерли и передать мне хоть какие-то знания о магии Ткачей Ветра.

– Если бы я знала, что ты попадешь сюда, я бы поступила иначе, – сказала она. – Такой дар, как у тебя, не должен пропадать впустую. – Голос Фло эхом звучит у меня в голове. – А не то тебя начнет преследовать какой-нибудь древний предок.

В Эстерли нас учат либо дешевым магическим трюкам, чтобы развлекать юных вампиров, либо базовым защитным заклинаниям, телепортации, амулетам и зельям. Я ожидала большего. Но, к сожалению, это уже больше, чем мне когда-либо позволял отец.

Здание Эстерли кажется престижным: изрезанный камень, холлы, блестящие витражи. Но чем глубже ты заходишь – мимо гостевой зоны и вип-зала – тем яснее понимаешь: все это – обманка. Внутри все представляет собой лабиринт классных комнат, учебных кабинетов и крошечных спален. Это не академия. Это фабрика. Нас учат обслуживать вампиров так, чтобы нас не убили за первую неделю и чтобы мы не опозорили наши Дома.

И все во имя Кровавых Соглашений!

Маги смеются над этим, ведь мы должны были бы бороться с вампирами, а не подавать им чай.

Фло рассказала, что мама поняла, кто я, в день моего рождения. Это была особенно ветреная октябрьская ночь. Когда я закричала, ветер внезапно стих. Вот почему Фло осталась со мной после смерти матери. А мне пришлось прикидываться слабой. Родословная мамы закончилась на мне. И быть Ткачихой Ветра – значит носить на себе мишень. Я никогда не позволю Дому Дюбуа или вампиру узнать об этом. Нет, спасибо.

Фло – исключение. Ее это не касается. Если со мной что-то случится, я знаю – она выйдет из тени. А это последнее, чего я для нее хочу. Если бы я могла дать ей хоть что-то, то позволила бы ей дальше жить незаметно, рядом с ее любимым баром с органическими соками.

Поэтому я молчу и не реагирую на колкости Корлы. Запираю дверь, накладываю охранное заклятие, чтобы никто не мешал, и начинаю выполнять тренировочные упражнения. Это простая защита, ее легко сломать, но достаточно, чтобы незваный гость задумался, прежде чем войти. Ветер недовольно ворчит, когда я зову его. Эта комната слишком мала, чтобы управлять воздушными потоками и создавать устойчивое течение, поэтому я не могу долго держаться на потоке. Нам обоим здесь слишком тесно. Но это плата за уединение. Прошли годы с