Читать книгу - "Проклятие Теней и Льда - Катарина Маура"

Глава 51

Феликс

Я вздыхаю, когда чашка чая летит в мою сторону и приземляется на мой стол.

— Я не хочу чая, — говорю я, подняв лицо к потолку. С тех пор, как ушла Арабелла, дворец пристает ко мне, заставляя есть и пить.

Чашка чая гремит на моем столе, и я на собственном опыте убедился, что она не перестанет, пока я не сделаю глоток. В последнее время дворец стал более капризным, почти как будто он пытается уменьшить боль, вызванную отсутствием Арабеллы.

Я вздыхаю, подношу чашку ко рту и делаю маленький глоток. Все, что я делаю, напоминает мне о ней. Такая простая вещь, как это, напоминает мне о каждом случае, когда она приносила мне чай, пока я работал, и воспоминания проносятся в моей голове, мучая меня.

Я вздыхаю и встаю, не в силах ни минуты дольше находиться в этой комнате, наполненной воспоминаниями о ней. Я пытаюсь противостоять искушению, но безуспешно. Каждый день с тех пор, как она ушла, я стою перед зеркалом с одной и той же просьбой.

— Пифия, покажи мне ее.

Зеркало становится молочно-белым, а затем проясняется, и я улыбаюсь, когда в поле зрения появляется Арабелла. Мое сердце замирает, когда я вижу, как она идет по замку в Альтее, на плечах у нее плащ, такой же, как у меня. Для Альтеи сейчас слишком тепло, но я рад, что она его носит. То, что она носит плащ, который я ей подарил, означает, что я все еще в ее сердце. Однажды я посмотрю в это зеркало и увижу ее в объятиях другого.

— Наше будущее изменилось?

— Нет. День, когда она вернется в Элдирию, будет днем, когда ее жизнь подойдет к концу.

Я киваю, привыкнув к словам Пифии, но не могу удержаться от вопроса в надежде, что однажды она скажет мне, что будущее изменилось и Элдирия больше не представляет угрозы для Арабеллы.

Я очень хочу увидеть ее, но я больше не могу выйти за пределы дворца, не потеряв контроль над проклятием. Если я увижу Арабеллу, я подвергну ее опасности.

Даже когда я стою здесь, глядя на нее в зеркало, я чувствую, как тьма внутри меня пытается вырваться наружу. Я знаю, что у меня осталось всего несколько мгновений, прежде чем груз станет слишком тяжелым, но я не могу отвести взгляд.

Она прекрасна, и хотя в ее глазах читается печаль, в ее позе чувствуется сила. Она — зрелище, которое стоит увидеть, и она уже не та испуганная девочка, которой была, когда я встретил ее впервые.

Я стону, когда мое зрение затуманивается, а боль пронзает все мое тело. Краем глаза я вижу, как мои руки чернеют, и делаю шаг назад от зеркала. Устранение проклятия, лежавшего на наших землях, сделало его влияние на меня гораздо сильнее, чем я признался Арабелле. Каждый раз, когда я вижу ее в зеркале, я на несколько мгновений теряю сознание, проклятие так жаждет добраться до нее, что я едва могу его контролировать. Я падаю на колени и хватаюсь за голову, изо всех сил пытаясь подавить чувство страха и ужаса, поднимающееся в горле.

Я поднимаю лицо, чтобы посмотреть в зеркало, и наблюдаю, как тьма скользит по моему телу, пока не достигает моих глаз. Я борюсь, чтобы сохранить сознание, но это борьба, которую я обречен проиграть. Последнее, что я чувствую, прежде чем мир погружается в темноту, — это как мое тело ударяется о пол.

Глава 52

Арабелла

— Ты уже несколько дней сидишь в библиотеке, — говорит Серена, выдвигая стул рядом со мной. — Ты здесь, но как будто тебя и нет.

Я поднимаю глаза от книги, лежащей передо мной, и от сожаления теряю дар речи. Она права. Я все время ищу способ вернуться в Элдирию и не нахожу ни минуты, чтобы насладиться временем, проведенным здесь. Месяцами я ужасно скучала по сестре, а теперь, когда я здесь, почти не уделяю ей внимания.

— Прости, Серена, — шепчу я, обнимая ее руку.

— Что с тобой? Ты не такая, как раньше, с тех пор как вернулась. Ты всегда была сдержанной и тихой, но никогда со мной. Ты же здесь, со мной, так почему я все еще скучаю по тебе?

Я кусаю губу, и меня накрывает новая волна вины.

— Ты права, — говорю я ей, закрывая книгу, которую читала. — Прости, милая. Остаток дня я твоя, хорошо?

Ее взгляд падает на книгу на столе, и она кривится.

— Почему тебя так завораживают эти книги об истории Элдирии?

Я отворачиваюсь, не в силах смотреть ей в глаза, когда лгу ей.

— Я подумала, что было бы хорошо узнать больше о стране, которую я теперь называю своим домом. Я знаю, какова Элдирия сейчас, но мне интересно, какой она была раньше. Ее развитие просто завораживает, и я надеялась узнать больше о том, как она превратилась из маленькой страны в империю, которой является сегодня. Кроме того, я, наверное, немного скучаю по дому.

— Это твой дом, Арабелла, — говорит Серена, звуча обиженно. — Что с тобой происходит? Этот монстр забрал тебя у нас, сломал отцу пальцы, прежде чем увез тебя, не дав нам возможности попрощаться. Ты пыталась сбежать за день до свадьбы, а теперь, когда ты наконец вернулась, мечтаешь об Элдирии? О нем? Что он с тобой сделал?

Я смотрю ей в глаза, не в силах отбросить чувство дискомфорта и гнева.

— Ты должна спросить, что он для меня сделал, — говорю я ей, несмотря на гнев, мягким голосом. — Ты когда-нибудь задумывалась, почему он так отреагировал в день нашей свадьбы? Феликс никогда не причинял мне вреда, Серена. Все, что он делал, — это защищал меня от тех, кто причинял мне боль. В день нашей свадьбы я стояла там, испытывая мучительную боль, потому что наш собственный отец избил меня до потери сознания и оставил лежать на холодном каменном полу, запертой в башне. И ты удивляешься, что я предпочитаю человека, который мстит за меня и защищает меня, людям, которые всегда осуждали меня?

Ее лицо бледнеет, она отворачивается, обнимая себя руками.

— Арабелла, — шепчет она. — Магия в Альтее запрещена. Так было всегда, и ты это знаешь. Я не оправдываю поступки отца, но он сказал мне, что сделал это, потому что был уверен, что ты обладаешь магией. Таков закон.

Я смотрю на нее с недоверием. В течение многих лет