Читать книгу - "Еще одна глупая история любви - Кэтлин Дойл"

Часть седьмая

Ноябрь 2021 года

Глава 32. Молли

До Дня благодарения остается двое суток, и я чищу и мою свой дом, где постоянно царит беспорядок. Мне всегда приходится прилагать уйму усилий, чтобы привести в порядок дом к появлению Сета, который даже носки складывает ровными прямоугольниками. Их можно выложить стопкой! И еще у него имеется отдельная щетка для чистки между зубами. После пяти месяцев встреч и полетов друг к другу я уже по большей части не реагирую на его вопли. А он начинает орать при виде крошек и имеет привычку отмывать до блеска мойку у меня в кухне. Но сейчас мы впервые собираемся вместе провести праздники, и я хочу, чтобы все прошло идеально.

Я делаю перерыв, чтобы проверить почту: все жду обратной связи от отца и его директора по поводу последней версии «Попался!». Я отправила сценарий несколько недель назад и пока не получила никаких замечаний. Директор, Скотт, обычно отвечает сразу же.

А от этого молчания мне становится не по себе.

Ничего нет, за исключением писем по поводу других, гораздо более мелких проектов, над которыми я работаю, поэтому я принимаюсь за ненавистную работу – мою полы паровой шваброй.

Звонит телефон, это Деззи, и я бросаюсь к аппарату, чтобы поплакаться в сочувствующее ушко, рассказать о том, как боюсь осуждения самого гигиеничного на свете мужчины.

Но она рыдает.

– Боже мой, моя дорогая, что случилось? – спрашиваю я.

Она не отвечает. Я слышу звук – похоже, она задыхается.

В первую очередь я думаю про Сета. Они оба в Чикаго. Может, с ним что-то случилось, а ей поручено сообщить мне? Теперь мы стали так близки, и каждый день у меня перед глазами мелькают видения, будто я его теряю. Падает самолет. Автокатастрофа. Недиагностированная сердечная патология. Так много всего может ударить в любой момент и забрать у меня эту нежданную радость.

– Деззи! – кричу я. – Что случилось? Ты меня пугаешь.

– Роб, – задыхаясь, выдает она.

Я мгновенно чувствую облегчение, и мне тут же становится стыдно. Какие бы ужасные вещи ни стали поводом для этого звонка, дело не в Сете. Чувство вины накатывает на меня огромной волной из-за такой реакции на истерику моей лучшей подруги. Я вижу новые ужасающие варианты. Я думаю про ковид. Думаю про рак. Я опускаю пальцы на стол, хватаюсь за него, чтобы заставить себя говорить, а не свалиться из-за того, что у меня кружится голова.

– В чем дело? С ним все в порядке?

– Он уходит от меня.

– Погоди, что? Уходит от тебя?

Я уверена, что это мне послышалось.

Мне казалось, что Деззи может пойти на пользу отдых от Роба, который все продолжает свое превращение из бестолкового образцового мужа в странного, непредсказуемого, пропитанного алкоголем незнакомца. Но мне никогда не приходило в голову, что он может уйти от нее.

– Он обрюхатил какую-то женщину и подает на развод, – воет она.

Я смотрю на телефон так, словно он вдруг стал радиоактивным.

– Что за чушь? Роб изменил тебе?

– Да! С какой-то женщиной из магистратуры. Он сказал, что у них был легкий романчик, а поскольку теперь на подходе ребенок, ему нужно попытаться выстроить отношения. С ней.

Я могу думать только одно: нет. Нет, нет, нет. Это не может происходить с человеком, которого я люблю.

Не с Деззи, лучшей из всех людей.

Она должна вот-вот начать второй курс ЭКО. Они с Робом перезаложили свой дом, чтобы заплатить за процедуру. Я подозреваю, что ее желание иметь ребенка и есть та причина, которая заставила ее так долго с ним жить.

И еще она его любит.

Несмотря на то что в браке у них появилось столько сложностей, они много лет прожили в любви.

Я хочу лететь в Чикаго и вонзить нож ему в горло.

– Я умру, – выдыхает Деззи.

– Нет, умрет Роб. Потому что я его убью.

Но я прикусываю язык, потому что сейчас Деззи нужно услышать нечто совсем другое.

– Нет, моя сладкая, не умрешь, – говорю я. – Все будет хорошо. У тебя есть мы с Элиссой, твои родители и все твои друзья. Мы все тебя очень любим и будем с тобой рядом, будем тебя поддерживать на всем пути, что бы ни случилось.

Еще только произнося эту фразу, я понимаю, что этого может быть недостаточно. Моей матери потребовалось много лет, чтобы снова склеить себя после ухода отца. Два десятилетия, чтобы поверить другому мужчине.

Когда человек, с которым ты жила так долго, отворачивается от тебя и превращается в нечто неузнаваемое, ты начинаешь задавать себе вопросы. Что ты упустила? Что ты сделала? А если такое случилось один раз, может ли оно повториться? Что мешает?

– Я не знаю, что делать, – хрипло произносит Деззи. – Он просто ушел, Молли. Он взял большую спортивную сумку и ушел. Вот так просто.

У меня из памяти всплывают воспоминания. «БМВ» моего отца выезжает с подъездной дорожки. Я стою во дворе перед фасадом дома и рыдаю, умоляя его не уезжать. Я думаю, что происходящее не может быть реальностью. Я молюсь, чтобы он увидел мое отчаяние, осознал свою ошибку и развернул машину.

Он этого не сделал.

Они так не делают.

Они просто разбивают вам сердце и уходят.

У меня трясутся руки.

– Дез? – снова начинаю говорить я, пытаясь, чтобы мой голос звучал спокойно ради подруги. – Послушай меня. Я точно знаю, что нужно делать. Во-первых, у тебя есть травяной чай? Ромашковый?

– Чай? – воет она. – Какого черта, Молли?

– Процессно-ориентированные задачи успокаивают! – заявляю я ей. Долгие годы психотерапии все-таки пошли мне на пользу. – Сейчас ты заваришь себе чашку чая, и мы с тобой обговорим все в деталях. Ты можешь это сделать?

– Да, – говорит она после долгой паузы. – Наверное.

– Хорошо. Я подожду. Поставь меня на громкую связь.

– Сейчас. Подожди.

Я слышу, как она суетится на кухне. Течет вода, потом ее электрический чайник издает сигнал. Я слышу, как она плачет.

– Хорошо, я заварила этот дурацкий чай.

– Молодец! Я теперь ты должна вдыхать пары чая, держа чашку в руках, пока я считаю до пяти. Хорошо? Глубокие вдохи, глубокие выдохи из живота.

– Мне следовало позвонить Элиссе.

– Обещаю: это поможет. Глубокие вдохи и выдохи. – Я показываю, как дышать, и одновременно считаю. – Один. Два. Три. Четыре. Пять.

Я слышу, как она повторяет вдохи и выдохи за мной. Снова считаю. Мы делаем это снова и снова, пока Деззи не прекращает плакать.

– Хорошо, –