Читать книгу - "9 месяцев после развода - Мария Устинова"

делал. Он не желает такой участи ни Кире. Ни, тем более, своему сыну. Участи жить вдалеке от матери или отца, скучать и никогда не видеть – что может быть хуже…

Для своей семьи он этого не допустит.

До сих пор становится страшно при мысли, что, если бы не случайность, он бы никогда не узнал о Степане. Если бы Альбина не попала в одну больницу с Кирой, их не перепутали, и он не попал в палату по ошибке.

Никогда бы не узнал о сыне!..

Антон проверяет телефон. Сообщения не приходили уже около часа.

«Где он?», пишет Антон.

«Все еще в ресторане».

Что-то долго сидит там, как бы не проворонить встречу… Но когда он делится опасениями с Градовым, тот отвечает, что начбез просто торчит там, покончив с закусками и десертом. Пьет кофе.

Ждет кого-то? Тянет время?

«Будьте готовы к изменению ситуации», предупреждает он.

– Антон? Ты уже дома?

В дверях появляется заспанная Кира, сонно улыбается и на какое-то время застывает в проеме. Красавица. Теплая и сладкая женщина.

Он не смог бы поступить с ней так, как отец с матерью. И годами вести потом слежку.

– Приехал, – вздыхает он.

В ее присутствии так уютно. Ощущение дома даже в съемной квартире.

– Ну как все прошло?

– Думаю, все будет хорошо, – он кратко рассказывает свой план Кире. – Надеюсь, все получится. Градов сомневается.

– А я с тобой согласна, – лучезарно улыбается Кира.

– Скоро приедет няня, – наверное, на него точка заседания Виктора так повлияла, но хочется пригласить ее куда-то. – Завтра вечером хочу пригласить тебя в ресторан, дорогая.

Кира смеется.

– С удовольствием… Но, когда все кончится, Антон. Не хочу, чтобы что-то омрачало наш вечер.

– Договорились.

Они смотрят друг на друга еще несколько минут, прежде чем Кира продолжает:

– Закажу ужин. Кролик или говядина?

– Кролик, – вздыхает он, и смотрит в телефон, когда она уходит.

Ресторан.

Хорошо придумал, Орловский.

Последнее их свидание закончилось расставанием. Пора все исправить, снова пригласить ее, купить красную розу, попросить ее надеть кольцо, прийти в красивом платье и назначить день свадьбы.

Но она права.

Это должно случиться, когда они расставят все точки над «й», и он накажет виновных.

«Как там?».

«Без изменений. Второй час сидит в ресторане».

Он ждет.

Либо, когда придут… Но скорее всего, когда подойдет время.

Приезжает няня, затем курьер из ресторана. Они ужинают, пока та занимает ребенка. Кролик в сливочном соусе тает во рту. Кира всегда знала, что выбрать. Затем берут по чашечке кофе.

– Выглядишь отдохнувшей, – замечает он.

– Благодаря тебе, – улыбается она.

«Снялся с места», приходит сообщение.

Антон вскакивает, на ходу набирая ответ:

«Веди его, я скоро буду».

– Что? – Кира вопросительно смотрит на него.

– Сорвался. Едет на встречу, думаю.

– Почему ты так решил? – Кира наблюдает, как он торопливо набрасывает пиджак.

– Долго ждал на месте. Сейчас покрутится, если не выявит слежку, поедет к месту встречи! Он всегда так делал.

Кира думает несколько секунд:

– Я хочу с тобой.

– Кира… – вздыхает он.

– Это ведь безопасно, какая разница? Я хочу видеть, с кем он встречается!

– Ладно, – Антон. – Быстро. У нас максимум час, Градов скажет куда ехать, но нужно действовать быстро.

– Только куртку наброшу.

Кира удаляется в комнату и возвращается уже одетой.

– Идем, – он замечает, что руки жены немного дрожат.

– Не волнуйся, – говорит он. – Я обещал и сдержу слово. Уже завтра мы будем вместе сидеть в ресторане и обсуждать, как прошли через это испытание и спасли нашу семью. А они поплатятся за все. Без наказания никто не останется.

Глава 36

Степана я оставляю на няню, испытывая чувство вины перед сыном.

Слишком часто срываюсь из дома. Успокаивает лишь одно: если Антон прав, завтра у нас начнется новая жизнь.

Другая, безопасная…

И счастливая, надеюсь.

На парковке супермаркета нас ждет заранее подготовленная машина. За руль садится телохранитель, а мы с Антоном на заднее сиденье.

Холодно.

Немного дрожу и дышу в ладони.

Вдвоем мы читаем переписку с Градовым на охране телефона. Охраннику, видимо, маршрут приходит тоже, потому что он не спрашивает куда едем, заводит машину и присоединяется к потоку машин.

«Он едет в пригород. Будьте осторожны».

Куда уж осторожнее.

Я вздыхаю, снова прокручивая разговор с Шумским в голове.

Он был в гневе, не похоже, что он, нет… Но кого мы тогда сейчас увидим? С кем встречается Виктор?

А еще я рада, что Антон оказался достаточно разумен, чтобы не переходить на открытый конфликт с Шумским. Да, он тоже не прост. Но олигархов, которым можно плюнуть в лицо, а он стерпит – не существует. Худой мир лучше доброй ссоры.

Не хочу, чтобы клан Шумских таил злость на наш клан.

Когда общаешься каждый день с такими людьми, начинаешь думать о последствиях.

Мы напряженно наблюдаем за происходящим. Ощущаю себя шпионкой и мне совсем не весело.

Машина, за которой мы движемся, от нас через три авто. Сзади стекла затонированы, охранник новый, машина новая и раньше не засвеченная, нас не должны засечь. И все равно тревожусь.

– У него самолет в пять, – сообщает Антон. – Что-то он на встречу поторопился.

– Или встреча должна затянуться, – бормочу я.

Или он собирается выспаться перед вылетом. Поэтому встреча так рано, затем гостиница, а рано утром самолет. Лететь, не спавши – мало удовольствия, особенно для людей в возрасте.

Когда машина сворачивает к гостинице, сразу за частной клиникой, испытываю разочарование. Похоже я была права. Мужик не захотел спать дома, опасаясь чего-то, а решил переночевать в гостинце. Тут и аэропорт недалеко!

Кажется, мысль приходит не только мне. Антон разочарованно вздыхает.

«Он на месте».

Мы паркуемся на стоянке клинике. Виктор подъезжает к КПП гостиницы, его пропускают под шлагбаум: на закрытую парковку для постояльцев.

Слежка окончена.

– И что теперь? – спрашиваю я.

– Подождем, никто ли не появится.

– А если его уже ждут внутри? Или там никого нет, и мы зря теряем время, пока он отсыпается?

– Посмотрим, – спокойно отвечает Антон.

Слишком он безмятежен, словно знает что-то и не хочет говорить.

– Нужно послать туда нашего человека, – говорит охранник.

– Пусть один из наших сходит, попробует вселиться, – соглашается