Читать книгу - "Попаданка с секретом. Заноза для его сиятельства - Алиса Шалье"

class="p1">Обратный путь показался мне вдвое короче, пусть я и едва вспомнила дорогу. Весеннее солнце припекало, тяжелый кошель с сорока золотыми кронами приятно оттягивал карман суконного плаща, а позади меня, пыхтя и отдуваясь, тащился вихрастый подмастерье алхимика, нагруженный мешками с землей, семенами и инвентарем. ​Добравшись до лавки, я велела парню сгрузить все в центре разгромленного торгового зала. Достав из кошеля одну мелкую серебряную монетку, я вложила ее в его грязную ладошку. Глаза мальчишки округлились — видимо, старый Велунд не баловал его чаевыми. Он радостно шмыгнул носом, поклонился и умчался обратно на площадь.

​Я осталась одна посреди разрухи. ​Окинув взглядом перевернутые столы, разбитые горшки и сломанные полки стеллажей, я глубоко вздохнула. Работы был непочатый край. Но теперь это пугало меня не больше, чем квартальный отчет в конце года. Главное — правильная система. ​Я скинула плащ, повесила его на уцелевший гвоздь у двери и достала из кучи покупок моток серо-зеленой, на вид совершенно сухой укрепляющей лозы. Энциклопедия гласила, что это растение заменяет ведьмам гвозди и столярный клей. ​

— Ну, проверим, как работает местный ремонт, — пробормотала я. ​

Я подошла к покосившемуся деревянному стеллажу с треснувшей несущей балкой. Оторвала кусок лозы, обмотала его вокруг излома и прижала ладони к шершавой древесине. ​Внутри снова проснулось то самое тепло. Оно не обжигало, как морозная печать ледяного князя на моем запястье, а мягко пульсировало, словно живое сердце. Я прикрыла глаза, направляя эту энергию по рукам в кончики пальцев. ​Под моими ладонями вспыхнуло мягкое изумрудное свечение. Сухая лоза вдруг дрогнула. Она стремительно налилась соком, позеленела и начала на глазах расти, плотно обвивая сломанное дерево. Ее волокна намертво впились в древесину, стягивая трещину лучше любых стальных скоб, а затем снова одревеснели, превратившись в монолитный узел. ​

Я восхищенно попыталась качнуть стеллаж. Стоит намертво! ​

— Какая прелесть, — улыбнулась я. — С таким даром на Земле я бы озолотилась на реставрации мебели. ​

Следующие несколько часов пролетели как в тумане. Я скрепила магической лозой все сломанные полки, починила ножки прилавка и восстановила каркасы столов в теплице. Зеленая магия отзывалась легко и радостно, словно застоявшийся в стойле конь, которому наконец-то дали пробежаться по полю. ​

Закончив с ремонтом, я взялась за метлу и тряпки. ​Я выметала осколки стекла и засохшую землю, оттирала пятна непонятных зелий с деревянного пола, мыла окна, впуская в лавку еще больше весеннего света. Физический труд выматывал, из-под выбившихся золотисто-русых прядей на лоб катился пот, но на душе становилось все светлее.

С каждой вымытой доской это место переставало быть чужой долговой тюрьмой и становилось моим домом. ​К вечеру лавка преобразилась. ​Воздух пах свежевымытым деревом, щелочным мылом и терпкими травами. Стеллажи стояли ровно, ожидая новых товаров. На начищенном до блеска прилавке лежала старая амбарная книга, в которую я аккуратным почерком уже вписала первый доход: «Продажа актива (Сапфировый подснежник) — 40 золотых». ​Я опустилась на табурет и устало вытянула гудящие ноги. ​В этот момент серебристая метка на левом запястье коротко кольнула холодом, напоминая о себе. Двадцать девять дней.

​— Не дождешься, ваша светлость, — тихо сказала я в пустом зале, поглаживая печать. — Завтра мы начнем сажать семена.

Новый знакомый

Мое первое утро в новом мире началось с пения птиц и ломоты во всем теле. Мышцы с непривычки гудели после вчерашней генеральной уборки, но настроение было по-настоящему боевым. Быстро перекусив остатками хлеба с сыром, что я купила вчера на обратном пути, я заплела свои непослушные золотисто-русые волосы в тугую косу, надела поверх шерстяного платья плотный льняной фартук и отправилась в теплицу. ​Воздух здесь уже прогрелся. Сквозь отмытые стекла падали яркие весенние лучи, освещая ровные ряды кадок со свежей, черной землей, которую вчера притащил подмастерье алхимика. ​Я разложила на столе купленные семена: перечная мята, кровохлебка для заживления ран и лунный корень — базовый ингредиент для большинства обезболивающих зелий. Спасибо за эти знания Энциклопедии.

​— Ну что, приступим к посевной, — скомандовала я сама себе, вооружившись новым блестящим совком.

​Сделав неглубокие бороздки, я аккуратно рассыпала крошечные семена кровохлебки, присыпала их землей и щедро полила из лейки. В обычных условиях первых всходов пришлось бы ждать неделю. Но у меня не было недели. У меня оставалось двадцать девять дней. ​

Я отложила лейку, стряхнула с рук налипшие комки почвы и зависла над кадкой, прикрыв глаза. ​Вчерашний опыт с укрепляющей лозой подсказал мне принцип работы: магия здесь — это не пассы руками и не заклинания на латыни. Это намерение и энергия. Я представила, как тепло из моей груди, то самое, уютное и пульсирующее, стекает по плечам к локтям, концентрируется в ладонях и мягко окутывает влажную землю. ​Под моими пальцами снова зажегся мягкий изумрудный свет. ​Поверхность почвы в кадке неуловимо дрогнула. Послышался тихий, шелестящий звук, похожий на шепот сотен крошечных голосов. Из черной земли один за другим начали пробиваться нежно-зеленые петельки ростков. Они вытягивались прямо на глазах, расправляли резные листочки, жадно тянулись к солнцу, крепли и наливались темно-бордовым цветом у основания стеблей. ​

Я убрала руки, тяжело дыша. На лбу выступила испарина, а внутри образовалась сосущая пустота, словно я только что пробежала стометровку. Но результат того стоил! ​В кадке появились взрослые, сильные кусты кровохлебки, готовые к срезке.

​— Урожай за полчаса, — восхищенно выдохнула я, утирая лоб тыльной стороной ладони. — Мечта любого земного агрохолдинга. Рентабельность просто космическая! ​

По такой же схеме я вырастила кадку мяты и ящик лунного корня. Правда, после третьего захода пришлось присесть на табурет — магический резерв явно истощился, голова слегка закружилась. Нужно было срочно заварить крепкого чая с сахаром для восстановления сил. ​

Я срезала несколько листочков свежей мяты и направилась в лавку, к кухонной печи. ​Именно в этот момент над входной дверью заливисто звякнул медный колокольчик. ​Я замерла, не успев даже развязать фартук. ​Тяжелая дверь со скрипом отворилась, впуская в лавку шум весенней улицы и массивную, широкоплечую фигуру.

Это был мужчина в форменной кожаной куртке поверх плотной синей туники. На поясе у него висел внушительных размеров палаш, а тяжелые подкованные сапоги оставляли на моем идеально вымытом полу грязные следы. ​

— Эй, хозяйка! — прогудел визитер басом, от которого жалобно звякнули пустые колбы на полках. — Мне сказали, ты вчера у старого Велунда все семена целебных трав скупила. ​

Мужчина