Читать книгу - "Нашла коса на камень, или приручение строптивого монарха. - Светлана Малеёнок"

Сирена восторженно захлопала в ладоши и улыбнулась. В первый раз на моей памяти. Но это не считая злобных оскалов в мой адрес.

Вскоре грохот падающей воды стал совершенно оглушающим, а мы быстро промокли от висевшей в воздухе водяной взвеси. И вот, подъехав почти к самому краю каменного плато, мы, вытянув шеи, посмотрели вниз.

Там, с левой стороны, низвергался мощный бурлящий водяной столб.

— Ваше Величество! — прокричала Сирена. — А можно ближе подойти!? Хочу посмотреть, как он пенится внизу!

Мы слезли с коней и осторожно подошли к самому краю, до которого оставалась пара шагов. Затем Сирена охнула и с испуганным видом показала вниз.

— Ой! Что это?

Эдуард машинально шагнул вперед и чуть наклонился. И тут еле уловимое движение, и принцесса толкает императора в спину! Я на автомате протягиваю руку, чтобы удержать мужчину, но белая рубашка выскальзывает из моих слабых пальцев, и я лечу за ним следом.

Глава 37. Спасение утопающего — дело рук и ног самого утопающего

Самого момента падения я не запомнила. Не то страх парализовал мое восприятие, начисто стерев травмирующие воспоминания, не то все произошло слишком быстро, но отрезвила меня, приведя в чувство, ледяная вода неведомой реки.

Сердце подскочило куда-то к горлу, и на мгновение показалось, что меня окунули в кипяток, настолько силен был шок от попадания в ледяную воду. Я распахнула глаза и в последнее мгновение удержала судорожный спазм своих легких, требующих сделать вдох. Вокруг меня к сверкающей на солнце поверхности поднимались мириады пузырьков. Красиво, но желание сделать живительный глоток воздуха было сильнее желания рассмотреть эту красоту.

Звук с грохотом низвергающегося водяного каскада становился тише, что само по себе уже вызывало страх, ведь я даже не представляла, куда меня несет быстрое течение, а вдруг еще к одному такому же водопаду? Боюсь, второе падение с него не обойдется лишь испугом.

Действуя на одних инстинктах, я в несколько резких гребков поднялась к поверхности и с хрипом вдохнула. С минуту мои горящие от недостатка кислорода легкие закачивали его в себя, возвращая мне потихоньку ясность мышления. Я окинула взглядом быстро проносящийся мимо меня заросший рогозом и камышом берег, и тут вспомнила про императора. Сердце застучало как сумасшедшее, я принялась лихорадочно оглядываться в его поисках, но на поверхности ничего похожего ни на голову человека, ни на его бесчувственное тело не обнаружила.

Страх стальными тисками сковал грудную клетку, и мне снова стало тяжело дышать. Хриплое дыхание громко вырывалось из открытого рта, а глаза почему-то стали видеть словно сквозь туманную дымку. А затем я почувствовала во рту соленый привкус. И только тогда до меня дошло, что я плачу! Это осознание сильно напугало! Мало того, что я, выходит, слишком близко к сердцу принимаю возможную гибель мужчины, но и, если сейчас же не возьму себя в руки, могу стать следующей.

Я на секунду погрузилась в ледяную воду с головой, это подействовало как звонкая пощечина. Вынырнув, я прищурилась и еще раз внимательно огляделась. Если учитывать, что мужчина упал в воду немного раньше меня, то он вполне мог оказаться и впереди. Не раздумывая дольше, стараясь не обращать внимания на немеющие в ледяной воде мышцы, начала размеренно грести, внимательно всматриваясь как перед собой, так и по левому и правому берегу. К сожалению, я слишком быстро проносилась вперед, так что вполне возможно, что могла его проглядеть. Тем более с того ракурса, когда глаза мои находились чуть выше поверхности воды, я могла и не заметить чуть возвышающееся над водой бесчувственное тело. О том, что император уже может быть мертв, я старалась не думать. Ведь тогда я просто расклеюсь и могу упустить драгоценное время.

Плывя вперед и все также зорко оглядывая берега, я мысленно пыталась воспроизвести вид водопада сверху и сам момент падения. И тут словно четкая картинка запечатлелась в моем мозгу: как метрах в трех-четырех от падающей стеной воды, ближе к противоположному берегу, словно закручивалась пенная воронка, прибивая все, что попало в воду, к левому берегу. Это и подтвердила моя память, услужливо подкинув картинки чистого, поросшего зеленью правого берега реки и островки из попавших в воду веток и оборванных водорослей вдоль противоположного.

Впереди, передо мной, была чистая водная гладь, на которой не было ничего, заметно возвышающегося над поверхностью, и я решилась! В несколько гребков я по диагонали достигла левого берега, а точнее зарослей растений с прибитым к ним мусором. Дальше было самое тяжелое! Мне пришлось бороться с собственными детскими страхами, которые, по сути, оказались не лишенными основания. Плыть сквозь плотные заросли камыша оказалось невозможно, но и идти по дну тоже, так как было очень глубоко и мои ноги не доставали дна.

Стиснув зубы, я хваталась руками за пучки из нескольких стеблей растений и на одной лишь мускульной силе рук, как на ходулях, медленно передвигалась к берегу. Попытайся я что-то подобное проделать на суше, и у меня, конечно, ничего бы не вышло. Но в воде мое тело было много легче, поэтому рискованный фокус удался.

Еще несколько минут, и я, задыхаясь от усталости и содрогаясь от холода, лежала на берегу, напоминая самой себе выброшенную на берег рыбу. Несмотря на холод, я почувствовала, что начинаю засыпать. После недавнего резкого выброса адреналина мой организм нуждался в срочной перезагрузке и таким образом боролся с усталостью и переохлаждением.

Так, переохлаждение! Словно яркая вспышка озарила мой погружающийся в болезненную дрему мозг. Нужно двигаться! Нужно найти императора! Я оперлась дрожащими руками о землю и, пошатываясь, встала.

Один шаг. Второй. Третий. Раз-два-раз-два-раз… Словно робот, я с трудом передвигала ногами, лихорадочно рыская глазами по островкам прибитого к камышу растительного мусора. Вдруг мои глаза отметили неправильную форму одного из таких «островков», он был похож на… Да, на лежащего, раскинув руки, человека! Меня аж затрясло от волнения! Я вернулась на пару шагов назад и снова принялась обшаривать взглядом кромку зеленых зарослей. И вот он! Мужчина лежал так, как запечатлели мои глаза. Но издалека было непонятно, жив он или… Но хуже всего, не было видно, лицом вверх или вниз он лежит на воде.

Но времени на раздумья у меня не было, как, собственно, не было и сил повторить тот самый переход по камышам. А потом я вспомнила и про ледяную воду. Судорожно всхлипнув, я шагнула вперед.

* * *

Я очнулась, лежа на