Читать книгу - "Наследница крови и лунного света - Линдсей Спаркс"

Гэвин шагнул передо мной, молча войдя в камеру, и использовал свое тело как физический щит между мной и оборотнем.

— Давай, — сказал он Эшу с одним кивком.

Эш отпустил оборотня, и Сайлас немедленно царапнул ногтем по собственному предплечью. Кровь выступила, и мой рот наполнился слюной, кровожадность поднялась на приманку. С волей я чувствовала себя обнаженной и уязвимой. Я облизнула губы и сжала пальцы в тугие кулаки, вгоняя ногти в ладони. Сейчас точно было не время поддаваться своим порывам, но эти порывы были чертовски настойчивы.

Удивительно, но не было сексуального компонента в этом темном голоде. Я не хотела этого бессмертного. Я просто хотела его кровь. И я хотела ее сильно.

Пока Сайлас покрывал свой палец набухающей кровью и рисовал на стене, мое дыхание участилось, мои мышцы дрожали против моего сознательного сдерживания.

Гэвин посмотрел на меня искоса, низкое рычание пророкотало в его груди. Его кровожадность поднималась на зов моей. Внезапно мое желание перешло на него, и я больше не была заинтересована в просто крови. Я хотела кровь Гэвина и его тело. Я нуждалась в нем. Сейчас.

— Прости, — прошептала я, слезы навернулись, пока я боролась с потребностью броситься на Гэвина. — Не думаю, что могу… — Я сделала дрожащий вдох, воздух нес богатый аромат бессмертной крови. — Мне нужно…

— Выведи ее, — сказал Эш. — Я закончу здесь.

Гэвин схватил меня за руку, его выражение было свирепым, глаза горели серебряным светом. Он толкнул меня назад через дверь камеры, затем через коридор к стене на противоположной стороне. Моя спина ударилась о стену, и Гэвин отпустил мою руку, перемещая ладонь к моей шее, чтобы мягко наклонить голову набок. Он прижался всем телом к моему и провел зубами по изгибу моей шеи, и я задрожала от этого восхитительного ощущения.

— Тебе нужно научиться контролю, — сказал он, и слова были с рычанием. Он вонзил зубы в мою плоть, осторожно, чтобы не разорвать кожу, дразня укусом. — Я с нетерпением жду, когда научу тебя.

И затем он отстранился от моей шеи и поднял руку, разрывая собственное запястье. Он прижал открытую рану к моему рту, и я застонала, когда вкус шоколада и специй скользнул по языку. Это было то, чего я хотела. Что мне было нужно.

Но слишком скоро Гэвин убрал запястье, заменяя его ртом. Его поцелуй был жестоким и диким, и мне это нравилось.

Я почувствовала, как его руки дергают пояс моих джинсов за мгновение до того, как он ослаб. Он схватил обе стороны расстегнутой ширинки и рванул руки в стороны, используя вампирскую силу, чтобы яростно разорвать джинсы по шву. Еще один рывок — и он разорвал мое белье. Удар сердца спустя его руки схватили мои бедра, поднимая меня и направляя мои ноги вокруг его бедер. Головка его твердой длины ткнулась в мое влажное лоно, и я вцепилась ногтями в его плечи, подгоняя его.

Я ахнула ему в рот, когда он вонзился в меня, вбивая мою поясницу в стену с силой, оставляющей синяки. Грубая сила была именно тем, что мне было нужно, резкое ощущение заглушало унылую обстановку, пока каждое чувство не наполнилось Гэвином, его вкусом, его запахом и его звуками. Ощущением того, как он берет меня. Давление и удовольствие скрутились в моем нутре, нарастая с жестокой интенсивностью, поднимаясь к невероятным высотам.

Пока Гэвин вбивался в меня, он прервал поцелуй и наклонил голову набок, предлагая мне шею. Я ударила без колебаний, вгрызаясь зубами в его плоть, пока кожа не разорвалась и больше его опьяняющей крови не хлынуло в мой рот. Блаженное забвение взорвалось из ядра моего существа, и я оторвала рот от его шеи, позволяя голове упасть на стену, пока удовольствие уносило меня.

Толчки Гэвина стали короче, и он потерял ритм, пока наконец не погрузился в меня и не остался там, содрогаясь от разрядки.

Наши рваные дыхания слились, и Гэвин прижался лбом к моему.

— Прошу прощения, — выдохнул он, опуская мои ноги на пол. Он прочистил горло. Или, может, это был слабый смешок. — Тебе понадобится смена одежды.

Прерывистый смех вырвался из моего рта, и я уткнулась лицом в его плечо, щеки внезапно вспыхнули. Как я доберусь обратно в жилое крыло, чтобы сменить штаны? Вот это прогулка стыда.

Гэвин издал низкий, грубый звук, и его тело сдвинулось, пока он вытягивал шею, чтобы заглянуть обратно в камеру.

— Переведи его в другую камеру, — сказал Гэвин. — Я не хочу, чтобы он портил сигил.

— Конечно, — согласился Эш, с ноткой напряжения в голосе. — Я подожду тебя здесь.

Как трудно было Эшу стоять в стороне, пока мы поддавались нашим низшим инстинктам? У мужчины была железная воля. Но, опять же, все это было частью миссии по спасению того, кого он любил, и я полагала, что нет более сильной мотивации.

Одним плавным движением Гэвин подхватил меня, будто я ничего не весила, и прижал к своему телу, неся к лестнице. Я держала лицо уткнутым в его плечо, совершенно счастливая спрятаться по пути наверх, чтобы переодеться.

Я отказалась позволить потребностям своего тела снова контролировать меня, даже если поддаваться этим потребностям было чрезвычайно приятно. Пока Гэвин нес меня наверх, я молча поклялась сделать изучение контроля над своей кровожадностью приоритетом номер один. Гэвин сказал, что поможет мне — научит меня, — и я полностью намеревалась воспользоваться этим предложением.

Я улыбнулась в его рубашку, абсолютно уверенная, что эти уроки мне очень, очень понравятся.

Глава 43

Мы с Бастианом сидели вместе за кухонным островом, Бастиан уплетал буррито на завтрак с тарелки перед собой так, будто они последние на свете, а я ковыряла свой. Я знала, что должна есть. Неизвестно, что нас ждет в Крепости Солнца, и мне понадобятся силы для заплыва, если не для чего-то еще, но живот сводило от нервов, и аппетит пропал. Я лишь надеялась, что вся бессмертная кровь, которую я приняла за последние часы, поддержит меня, потому что для моего желудка буррито на завтрак вообще не был едой.

Гэвин и Эш собирали небольшую команду вампиров-стражей, которые будут сопровождать нас, и делали последние приготовления к спасательной миссии.

Мерцающая дымка появилась на противоположной стороне острова, и я оставила всякие попытки есть, наблюдая, как Уэс сгущается в свою полупрозрачную серебряную форму. Я выпрямилась, и рядом со мной Бастиан опустил наполовину съеденный буррито на тарелку и оглядел