Читать книгу - "Развод по жизненным показаниям - Амира Гиреева"

хочется хотя бы попытаться сохранить сейчас иллюзию нормальности.

— Дочь, посмотри на меня, — прошу я хриплым после криков голосом. Беру ее ледяное лицо в ладони. — Ты точно в порядке? Точно?

Даша судорожно сглатывает и кивает.

— Да, мам. Все нормально. Просто... испугалась.

Она кутается в куртку.

— Мам, а может, я Наташе позвоню? — тихо спрашивает она, глядя на ночную улицу. — Я могла бы попроситься переночевать у нее, они же близко живут...

— Нет, — я решительно качаю головой. — Никаких подруг посреди ночи. Мы поедем в гостиницу, переночуем в спокойствии. Утром ты пойдешь в школу прямо оттуда. А я... я поеду в больницу, закрою этот свой срыв со смены, подпишу журналы и возьму отгулы. И после школы мы поедем к бабушке.

Даша поднимает на меня потемневшие глаза.

— Она же будет в ярости.

Я горько усмехаюсь.

Мама никогда не любила Игоря, считала, что я отдала свою молодость «первому встречному». Услышав про развод, она сначала вынесет мне мозг тирадой «а я же говорила?», а потом устроит допрос с пристрастием.

— Пусть, — устало выдыхаю я. — Зато там безопасно.

К тротуару с легким шуршанием шин подкатывает желтая машина такси.

Мы садимся на заднее сиденье, и я называю адрес ближайшего бюджетного отеля.

Всю дорогу мы едем в тишине, лишь дворники ритмично смахивают капли со стекла. Я держу Дашу за руку, переплетя наши пальцы так крепко, что белеют костяшки.

На ресепшене нас встречает бабулька в круглых очках. Я оплачиваю комнату с двумя одноместными кроватями и получаю ключи.

— Третий этаж, по лестнице, — скрипит женщина простуженным голосом. — Лифт не работает.

Номер оказывается совсем скромным: чуть потертые обои, две узкие кровати с дешевыми покрывалами, тумбочка и крошечная ванная комната. Но сейчас эти стены кажутся мне самым надежным бункером в мире.

Щелкнув замком, я отрезаю нас от Игоря, его пьяных дружков и всей той грязи, которая осталась в нашей квартире.

Ставлю сумку на пол у ближайшей койки и достаю вещи первой необходимости. Смотрю на Дашу, протягивая ей пижаму.

— Иди в душ первая. Вода смоет стресс.

Пока Даша плещется за тонкой дверью, я опускаюсь на край скрипучей кровати и бездумно смотрю перед собой.

Адреналин, который помог мне выгнать мужиков с топором в руках и хладнокровно противостоять Игорю, начинает стремительно падать.

В ушах звенит от тишины.

Я даже не могу до конца осознать, что произошло.

Завтра мне предстоит тяжелый разговор с заведующим отделением — я бросила смену, передала ключи, убежала. Нужно будет писать объяснительную.

А потом предстоит еще более тяжелый разговор с матерью.

Но все это завтра.

Даша выходит из ванной раскрасневшаяся, волосы замотаны в полотенце. Она молча забирается под одеяло с головой, отворачивается к стене, вставляет в уши наушники и утыкается в светящийся экран телефона.

Ей нужно спрятаться от реальности, и я ее понимаю.

Я подхожу, наклоняюсь и мягко целую ее в еще влажный лоб. Потом беру свои вещи и закрываюсь в ванной.

Щелкаю задвижкой.

Включаю воду на полную мощность, чтобы шум скрыл любые звуки.

Стягиваю одежду, шагаю под тугие, горячие струи... и здесь меня накрывает.

Первый, надрывный всхлип прорывается сквозь стиснутые зубы. Колени подкашиваются, я опираюсь ладонями о пластиковую стенку кабинки, низко опускаю голову и плачу.

Навзрыд.

Глава 8

Господи, за что мне все это?

Как мы умудрились свернуть на эту дорогу?

Вода льется по голове и плечам, смешиваясь со слезами, а перед глазами вспышками проносятся воспоминания.

Я помню себя восемнадцатилетней девчонкой. Глупой, наивной, влюбленной в Игоря до беспамятства. Он казался таким сильным, самым лучшим. Сделал мне предложение практически сразу.

Свадьба, белое платье, которое мы покупали на рынке.

Какое-то время жили у моих родителей, ютясь в двушке. А потом эта победа — взяли ипотеку.

Своя квартира!

Пустые бетонные стены, которые казались дворцом. Игорь тогда пахал на износ, чтобы сделать ремонт.

Он был заботливым. Да, со своими слабостями — любил зависнуть за компом допоздна, убивая виртуальных монстров, или уехать на все выходные на рыбалку с приятелями.

Но я рассуждала как миллионы других женщин: любому мужчине нужна разрядка. Он же не пил до потери пульса, приносил деньги в дом, никогда не поднимал на меня руку.

Десять лет мы жили... нормально.

Ни плохо, ни прекрасно. Просто стабильно.

Как все.

Я хотела второго ребенка, мечтала о сыне, но Игорь был категоричен.

«Нам надо Дашку на ноги поставить, Лен. Ипотека еще висит. Не потянем».

И я соглашалась. Он был прав.

Где-то тогда, в этой рутине, начали исчезать наши чувства. Потухли, как некачественные лампочки.

Начались проблемы в постели. Я с ужасом поняла, что больше его не хочу, что прикосновения мужа вызывают во мне лишь глухое раздражение.

Но я терпела. Супружеский долг, мать его.

Это казалось такими мелочами на фоне стабильной жизни!

А два года назад начались проблемы посерьезнее.

Сначала у Игоря на работе сменилось руководство, порезали премии. Он стал раздражительным, стал огрызаться.

Потом отдел вовсе закрыли, а Игоря просто вышвырнули на улицу.

И все покатилось вниз так стремительно, что я просто не успевала подстраиваться.

Я перешла в режим выживания. Взяла дополнительные суточные дежурства, брала подработки.

Жила на автопилоте: больница — дом — плита — сон — больница.

Игорь тоже менялся, но в другую сторону.

Он не пытался выживать, а просто плыл по течению, сгрузив на меня большую часть забот.

Неудачи словно открыли в его душе какую-то потайную, гнилую дверь, выпустив наружу самое худшее, что в нем спало.

Лень, агрессию, эгоизм.

Все это можно было терпеть, но сегодня он безвозвратно перешел черту. И я не про открывшиеся измены и купленные на мои деньги букеты для своих девиц.

Он изнасиловал меня на нашей собственной кухне, унизив так, как не унижал еще никогда. А потом...

Я зажмуриваюсь, подставляя лицо под струи воды.

Потом он притащил в дом пьяное быдло.

Игорь никогда раньше не приводил в квартиру такие компании. Он мог сам ходить к кому-то на «мужские посиделки», пропадать за компом, курить на балконе, залипая в телефон.

Но устраивать из нашего жилья притон…

Этот раз был первым. И, я уверена на миллион процентов, — не последним.

Я все сделала правильно.

Ну, может, почти все… Наверное, стоило вызвать полицию еще по дороге из больницы домой, но все мои мысли были заняты только Дашей и ничем больше.

Я не думала наперед, не строила логически цепочки, а жила исключительно в моменте.

Зажмурившись и выдавив последние