Читать книгу - "Я вылечу тебя - Джиджи Стикс"

Тревога пронзает меня, заставляя аппараты вокруг меня издавать пронзительные звуки. Ужас сдавливает мне грудь, и я с криком вырываюсь. Дельта расширяет глаза и отступает, видимо, за шприцем.

Я бьюсь в своих оковах, опираясь на последние остатки сил. Я не могу допустить, чтобы это повторилось. Нет, пока я еще в сознании. Не в то время, как я все еще дышу полной грудью.

Дверь с грохотом распахивается. В комнату врывается темноволосая женщина в белом халате, совсем не похожая на Долли. Она невысокого роста, как и я, но все же кладет руки на Дельту, хватается за грудь и умудряется вытолкнуть его из комнаты.

Как только за ним закрывается дверь, давление на мою грудь ослабевает, и я шумно втягиваю воздух. Дрожь пробегает по моему телу и отдается в дрожащих кончиках пальцев. Прежде чем я успеваю осознать, что только что произошло, она возвращается ко мне.

— Аметист? — спрашивает женщина.

Она хорошенькая, с лицом в форме сердечка, мягкими чертами и свободными волнами, ниспадающими каскадом на плечи. Что-то в ней мне знакомо, но мне не хватает ума, чтобы определить, что именно. Хотя черты ее лица вызывают симпатию, я невольно отшатываюсь от ее прикосновения. Что, если Долли переоделась медиком? Когда я смотрю в ее глубокие карие глаза, я не испытываю обычного страха. Это кто-то другой. Может быть, еще одна сотрудница Дельты?

— Меня зовут Изабель, — говорит она. — И ты в безопасном месте на окраине Бомонт-Сити. Я здесь, чтобы помочь тебе восстановиться. Можешь рассказать мне, как ты себя чувствуешь?

Я морщу лоб. Как я могу быть в безопасности, если я с Дельтой?

Ее взгляд смягчается.

— Аметист, ты вернулась в Нью-Олдерни.

Я с трудом сглатываю, не веря ни единому слову. Дельта — убийца, торговец людьми, растлитель малолетних, насильник и еще тысяча других злодеев, что не делает его безопасным.

Пока аппараты продолжают пищать и жужжать, она проверяет мониторы, ослабляя ремни на моей груди.

— Нам пришлось связать тебя и дать успокоительное, потому что ты могла навредить себе и другим, — бормочет она. — Мы сделали это, чтобы защитить тебя.

— Мне уже лучше, — вру я сквозь стиснутые зубы. — Не могли бы вы расстегнуть ремни? Пожалуйста.

Она смотрит мне в глаза на мгновение дольше, чем нужно, и изучает мое лицо, словно пытаясь понять, в своем ли я уме. Я смотрю в ответ, делая все возможное, чтобы показать, что я не представляю угрозы.

Наконец, она говорит:

— Мне нужно убедиться, что отпускать тебя безопасно. Не могли бы ты рассказать мне подробнее о том, что ты сейчас чувствуешь?

Я сжимаю зубы. Это что, новая форма психологической пытки? Что, черт возьми, Дельта хочет от меня теперь?

— Дельта? — переспрашивает она, и ее лицо мрачнеет.

— Вы ведь работаете на него, верно? Это его новый способ вбить мне в голову клин?

Ее глаза расширяются, и она качает головой.

— Нет, нет! Аметист, ты так далеко от него. Ксеро вернул тебя.

Его имя — как нож в сердце. Оно пронзает меня, заставляя истекать кровью от чувства вины. Я зажмуриваюсь, пытаясь отгородиться от невыносимой правды, и из глаз льются слезы. Его больше нет. Все, что от него осталось, — это груз на моей совести.

— Ксеро умер, — выдавливаю я сквозь рыдания, дрожа всем телом от горя.

— Он был здесь минуту назад, — говорит она.

— Думаешь, я не знаю, что это был Дельта без бороды? А ты — одна из его прихвостней. Это что, очередная съемка?

Вздохнув, она кладет руку мне на плечо.

— Я вернусь через минуту.

Шаги Изабель стихают в другом конце комнаты, затем дверь распахивается. Как только она захлопывается, я приоткрываю один глаз. Пора бежать, пока она не сменила тактику. Дельта по-прежнему хочет, чтобы я была жива и выдала секреты Ксеро. Как только он обнаружит их базу в катакомбах, он запишет на камеру мою мучительную смерть.

Напрягаясь, чтобы ослабить ремни, я высвобождаю одну руку. Я тянусь к краю койки, мои пальцы скользят по прохладному металлическому каркасу, пока я нащупываю что-нибудь — хоть что-нибудь, — что могло бы дать мне преимущество.

Мои пальцы находят пряжку на ремне, стягивающем грудь.

Дрожащими руками я вожусь с металлическими застежками и наконец освобождаю вторую руку. На то, чтобы освободить плечи, уходят секунды. Как только я освобождаюсь, я принимаюсь за ремень на талии.

Я сажусь, перед глазами все плывет, кровь отливает от головы. Пока я освобождаю ноги, дверь снова распахивается, и входит Ксеро с мокрыми платиновыми волосами, прилипшими к лицу.

45. ИЗ ДНЕВНИКА МЕЛОНИ КРОУЛИ

Пятница, 14 августа 2010 года

Зачем я это пишу? Ничто не могло облегчить это горе.

Я потеряла все, и во всем виновата моя слепота.

Безумие продолжилось и после того, как Эми ударила меня ножом. Ее все еще преследовала Шарлотта, которая требовала либо прядь волос Хита, либо его жизнь. Надо было собрать несколько волосков, чтобы ее удовлетворить, но в тот момент я думала, что она потребует чего-то большего, например крови.

Той ночью я спала с запертой дверью, чтобы защитить ребенка от психоза моей дочери. Лайл смотрел на меня так, будто я веду себя нелепо, но не вмешивался. Все было хорошо, пока Эми не разбудила нас душераздирающим криком.

Мы с Лайлом выбежали из комнаты, чтобы посмотреть, что случилось. Моя маленькая девочка сидела на корточках в углу комнаты, вся в крови, и умоляла Шарлотту о прощении.

Я промыла раны, переодела ее в чистую ночную рубашку и убаюкала Эми, успокаивая ее и уверяя, что все будет хорошо. Шарлотта была ненастоящей. Утром мы дадим ей какое-нибудь лекарство, чтобы прогнать видения.

К тому времени, как я забралась в постель и уснула, я была полумертвая от усталости.

Когда я проснулась на следующее утро, Хит не дышал. Лайл делал ребенку искусственное дыхание, пока я вызывала скорую. После этого я впала в ступор. Сирены, медики, полиция и крошечный мешок для трупов.

Лайл был безутешен. Он винил себя за то, что не вмешался раньше, за то, что не увидел, что Эми представляет опасность для Хита. Я спросила, что он имеет в виду. Больше всего меня беспокоило то, что я могу родить раньше срока и подвергнуть ребенка повышенному риску синдрома внезапной смерти младенца. Если бы Шарлотта не отравила меня дважды, я бы