Читать книгу - "Запретная страсть для декана - Наталья Гордеевская"

ужасный, нервы начинали пошаливать, и меньше всего сейчас мне хотелось слушать про то, как... декан исчезнет из моей жизни.

Это осознание ударило по голове так, что даже в ушах зазвенело.

— Декан Морис, обещайте, что не рассердитесь, — начала я, тревожно сцепив руки в замок, — не назначите отработку, не будете ругаться и называть меня глупой наивной девчонкой.

— Говори смело, не бойся, — он замер напротив меня, сложив руки на груди. — Представь, что я сейчас не декан. Высказывай все, что наболело.

— Я и не боюсь, — покачала я головой. — И никогда вас по-настоящему не боялась. И не будет никакой прежней жизни, понимаете? Для этого мне надо забыть Кроувилл, Орден и вас. А я не хочу, да и не смогу.

Лицо Мориса окаменело, и он не шелохнулся, оставаясь неприступной скалой.

— И вы всегда были моим защитником, — голос дрогнул и сорвался хрипом, — можете не верить, но я всегда чувствовала себя очень спокойно рядом с вами. Да, вы делали что-то ужасное, о чем лучше не спрашивать.

Но и это было для защиты невинных жертв, которым не помогло правосудие.

— Осторожней, Эльза, — едва слышно прошипел Морис, делая шаг ко мне, — я могу и не отпустить тебя, когда все закончится. Оставлю себе, что тогда? У кого будешь просить защиты?

65

Даниэль Морис

— А мне нужна от вас защита, декан Морис? — ее голос дрожал, но она упрямо вздернула подбородок. — Не скажете, чего именно я должна бояться?

Удивительная храбрость для девушки, которая за один вечер едва не стала добычей Кайла и узнала обо мне всю правду. Немногие мужчины смогли бы похвастаться таким спокойствием.

Вызов. Эльза, как обычно, бросает вызов, ни на секунду, не подумав о последствиях.

«Давай проверим, как далеко она готова зайти? Поиграем? Загоним в угол, наслаждаясь охотой, пока страх не захватит добычу целиком, почти сведет с ума и заставит молить о пощаде! Наверное, только тогда она поймет, как жестоко ошибалась. Но будет поздно»

Не стоило мне вспоминать прежние дни!

Рукояти ножей так привычно легли в ладони, и я был готов нанести один единственный точный удар — больше не потребуется! — чтобы наконец избавиться от Кайла раз и навсегда!

Тихий жалобный всхлип, огромные зеленые глаза, в которых застыл смертельный ужас... Эльза, тонкая и прекрасная, дрожала на ветру не от холода. От того, что я был рядом.

Видеть это было невыносимо. И лучше бы Кайл перерезал мне горло!

— А ты думал, что сможешь выйти сухим из воды? — рассмеялся он мне в лицо. — «Жили они долго и счастливо» — не для нас! Наша участь — сдохнуть на эшафоте от руки палача! Высоко замахнулся, декан, больно будет падать! Сможешь жить, зная, что рядом с тобой она с ума сходит от страха?

А сейчас Эльза напротив меня, трясется, как заяц под кустом, и лжет мне и самой себе, что не боится!

Пытается оправдать, найти причины моим поступкам — зачем?

Бойся меня! Так тебе будет легче вернуться под папочкино крыло, забыть обо всем, жить той, жизнью, которую ты заслуживаешь.

Дай мне этот шанс, совсем маленький, чтобы суметь отпустить. Я буду знать, что ты в безопасности, и этого мне должно быть достаточно.

Острая боль в груди вспыхнула перед глазами белой пеленой, и я скрипнул зубами.

— Эльза, я даю тебе самый последний шанс, — процедил я. — Не вынуждай идти на крайние меры. Мы поговорили, ты все узнала. Теперь будь хорошей девочкой и иди к себе в комнату. И поскорей, пока есть такая возможность.

Она непонимающе заморгала, и ее губы дрогнули от обиды. А я еще помнил их вкус. Сладкий, как ванильная карамель. Запах нежной кожи, ощущение хрупкого податливого тела в моих руках, тихий стон.

Кровь зашумела в ушах, и голодное яростное желание вновь подняло голову. Я с трудом отступил, чувствуя, как жар расходится по телу огненной волной.

— Уходи, Эльза, — голос, на удивление, зазвучал с обычным холодом. — У тебя был сложный день. Завтра начнем работать с твоим даром.

Я закрыл глаза, чтобы не видеть ее. Слишком близко, стоит только руку протянуть, и пальцы наткнутся на теплоту кожи, мягкость длинных волос, и тогда уже ничто в этом мире не сможет меня остановить.

Так нечестно! — выпалила она, подскакивая с дивана. — Думаете, что раз во всем признались, то я смогу пойти спать как ни в чем не бывало? Что сумеете угрозами от меня избавиться?

Я посмотрел на нее, прищурившись, и сложил руки на груди.

— Именно так я и думаю, — кивнул я, чувствуя, как горят ладони от нестерпимого желания коснуться ее. — Беги, Эльза, спасайся! Запирайся на все замки и молись, чтобы мне не пришло в голову последовать за тобой.

Она растерянно отступила, но спохватилась и замерла, сжав кулаки.

— Я поняла, чего вы добиваетесь, — тяжело дыша, заявила она. — Вы хотите, чтобы я вас боялась, да? Вам это нужно! Зачем? Вы же не такой!

— Именно такой, Эльза! — прорычал я глухо. — Ты не поняла? Смелая стала? Появился дар, и ты решила, что море по колено? Тогда ты глупая, и мне жаль, что я потратил на тебя столько времени!

На ее щеках расцвел румянец, грудь вздымалась от негодования, и в зеленых глазах плескалась решимость.

— Хорошо, будь по-вашему! — Эльза замерла, глядя с вызовом. — Давайте, пугайте! Какие у вас еще козыри в рукаве? Будете угрожать отработкой или ножики свои достанете? Имейте в виду, вам придется постараться, потому что я вас не боюсь! Можете делать, что хотите — не страшно!

Теперь пришла моя очередь удивляться. И откуда в этой девчонке столько храбрости и нахальства?

Но вызов слишком соблазнительный, чтобы от него отказаться. Азарт забурлил по венам, и я медленно расстегнул несколько верхних пуговиц на рубашке.

Все, что хочу, говоришь? — ухмыльнулся я, направляясь к ней. — Тогда я помогу тебе раздеться!

66

Эльза Локвуд

— Раздеться? — севшим голосом повторила я. — А это зачем?

В груди сдавило жаром, и в горле зацарапало сухим песком. Декан приближался подчеркнуто медленно, заставляя отступать.

Так же медленно он расстегивал пуговицы на рубашке, одну за другой, и темная ткань неохотно расходилась в стороны, открывая широкую грудь и налитые мышцы.

Мысли в голове в панике побежали по кругу, как дурные кони на арене цирка. Разговор явно зашел не туда, и как теперь выкручиваться — я не знала.

— Ты же сказала, что не боишься, так чего побледнела, будто увидела перед собой убийцу? —