Читать книгу - "Чайная госпожи Тельмы - Дора Коуст"

Зал суда к этому времени покинули абсолютно все. Охрана заняла посты у дверей снаружи, приглашенные наблюдатели временно отправились по своим делам, а судьи — на обед. И только Робиан остался рядом со мной, прежде получив предупреждение, что будет сожжен на месте, если попытается помочь мне сбежать.

— А ты хотела, чтобы я самолично проводил тебя на костер? — ответил он строго вопросом на вопрос.

Старался держаться невозмутимо — это было хорошо заметно по выражению его лица, но взгляд не обманывал. В нем читалась решимость получить свое любым путем, даже если придется переступить через закон.

Кажется, я огрела его бревном слишком сильно, раз у него мозги напрочь отключились!

— По крайней мере, я отправилась бы туда одна. А теперь что?

— Что? — спросил он слегка насмешливо.

— А теперь нас обоих сожгут — вот что! — рявкнула я от всей души.

Еще и ногой топнула от злости. Или чтобы придать веса своим словам. В любом случае этот дохлый инквизитор не убоялся. Его улыбка стала еще шире.

И только я собиралась найти для него аргументы повесомее, чтобы немедленно бежал куда глаза глядят, как в нашу информативную беседу вмешался третий голос:

— Извините. Я тут стул принес для госпожи Тельмы…

Мы оба как по команде посмотрели в сторону дверей. Там, надрывно краснея, юноша лет восемнадцати на вид удерживал в руках старый потертый стул. Парня я видела уже дважды: второй — сегодня, когда он присутствовал среди наблюдателей, а первый — вчера. Точно так же краснея до ярких пятен, он приходил под покровом ночи, чтобы спросить у меня способ излечить срамную болезнь. Видимо, помогло.

— Ну я тут поставлю, а вы уже сами разберетесь, да? — с грохотом обрушил он деревянные ножки на пол и спешно скрылся за дверью, на миг запутавшись, в какую сторону она открывается.

— На чем мы остановились? — поинтересовался Робиан, еще не успев справиться с проступившим на лице удивлением.

Его брови как взметнулись выше, так и не опускались до сих пор.

— На том, что ты сумасшедший! — воскликнула я, пытаясь поймать утраченное чувство злости.

— А ты нет? Ты огрела бревном черного инквизитора, а потом самовольно отправилась в застенки Святой…

— Извините, — вновь отвлекли нас от выяснения отношений.

Замявшись от наших испепеляющих взглядов, в дверях с конструкцией из тарелок, завернутых в полотенце, обнаружился Янтер. Он смотрел на лорда Страйкса исподлобья, все с тем же упрямством в глазах, как если бы собирался настаивать на своем.

— С кухни обед подсудимой просили передать, — попытался парень выглядеть убедительным.

Но у него совершенно не получалось. Даже я поняла, что он лжет.

— Ну я на стул поставлю, да? А вы уже сами разберетесь, — почти дословно повторил он речь предыдущего визитера.

— И много вас там таких еще за дверью? — полюбопытствовал Робиан, двинувшись в сторону провизии.

— Один остался, — смутившись, признался Янтер и почти шепотом поинтересовался: — А это правда, что вы госпожу Тельму защищаете?

— А тебе какое дело? — забрал черный инквизитор мой обед вместе со стулом.

— Да я-то чего? Я ничего, — пожал парень плечами, засобиравшись на выход. — Просто там, в коридоре, напарник мой стоит. Ему бы руку госпоже Тельме показать…

— А госпожа Тельма у нас уже и инквизиторов лечит? Почему твой напарник к целителям не идет? — еще сильнее удивился Робиан.

— Так там это. Рана совсем плоха стала. Как раз после похода в целительский корпус…

Господин упрямый инквизитор ни в какую не хотел соглашаться, чтобы я прямо в зале суда кому-то там помогала. Но в споре со мной выиграть не получалось, и уже через несколько минут я осматривала подгнившую рану, которую срочно требовалось вскрывать и вычищать.

Пришлось Янтеру искать все необходимое для этой процедуры. Я не знала, что именно использовали целители перед тем, как рана стала такой, но походило это месиво на ожог, который запустили. Ожог не от огня, нет. Скорее от яда какого-то растения.

Прочистив рану, я нанесла на нее толстый слой заживляющего крема. Он был изготовлен не мной, но, оценив аромат, ощутив текстуру между пальцами, я убедилась, что в нем присутствуют необходимые травы и вытяжки. Теперь под повязкой рану следовало продержать целые сутки.

— И много их таких к тебе за три дня приходило? — сухо поинтересовался Робиан, все еще злясь, что я поступила по-своему.

— Да так. Один или два, — смущенно солгала я, не желая сдавать инквизитору его коллег.

Но он, кажется, мне все равно не поверил.

Открыв дверь моей камеры, магией перенес внутрь стул. Позволить мне выйти наружу мужчина не мог: это могли расценить как попытку побега. Зайти внутрь — тоже, а иначе наложенные на клетку чары подействовали бы и на его магическую силу, которая могла понадобиться ему при худшем раскладе.

Собственно, из-за этих чар рану напарнику Янтера я и обрабатывала, просунув руки сквозь прутья. Насколько могла. Мои запястья по-прежнему сдерживали антимагические наручники.

Отобедав горячим супом и овощами с мясом — обе тарелки Робиан, как параноик со стажем, прежде проверил на яды, магию и недопустимые ингредиенты, — я сыто сидела на стуле и улыбалась. Жизнь определенно налаживалась, пусть и для одной конкретной ведьмы в моем лице. Нет, я хорошо понимала, что с большей вероятностью после того, как заседание продолжится, меня сопроводят на костер, но все же…

Все же хоть у кого-то из инквизиторов в головах появится понимание, что не все ведьмы злые.

— И чему же ты улыбаешься, Тельма? — опершись на прутья решетки плечом, Робиан тоже улыбался, глядя на меня.

— День-то какой сегодня чудесный, — кивнула я в сторону окон, за которыми проглядывало яркое синее небо. — Если меня сегодня ждет костер…

— Тебя не ждет костер. Ни сегодня, ни через время, — с нажимом произнес черный инквизитор, перебивая меня.

— Какой же вы все-таки невоспитанный, господин Страйкс, — пожурила я его, а сама старалась, чтобы голос не дрожал. — Так вот, если меня сегодня ждет костер, а тебя арестуют за помощь ведьме…

— И меня тоже не арестуют. Я действую ровно в рамках закона, — вставил он свои пять монет в мою речь.

— А можно я уже договорю? — возмущенно насупилась я, сверля его въедливым взглядом. Получив милостивый кивок, продолжила со всей серьезностью: — Так вот, если все это случится, у меня будет последнее желание — так написано в моем гримуаре. Вся имеющаяся сила ведьмы будет направлена на выполнение этого желания. Не смотри на меня так, себя спасти я не смогу. Но тебя — запросто. Как только тебя перенесет куда-то, не