Читать книгу - "Дневник Дерека Драммона. История моей проклятой жизни - Кейтлин Эмилия Новак"

интересуешься? Так приезжай к нам погостить! Посмотрим, придет ли дух Драммона познакомиться с тобой, если ты займешь спальню его бывшей невесты. Потом расскажешь нам, что он тебе поведает.

О, если бы она только согласилась! Да я бы сразу появился, мгновенно, в первую же ночь. И не просто как ворон, нет, а по всей программе – как лорд Драммон, с обязательным налетом таинственности, с драматическим полушепотом. Вот это было бы представление! Она бы сразу все вспомнила, если она и есть Маргарет. А потом я бы предложил ей расплатиться по счетам. Да, хотелось бы мне, чтобы Маргарет испытала такой же ужас, как я более ста лет назад, когда все, во что ты не веришь, все, что считаешь сказками – магия, проклятия, духи, легенды, – вдруг оживает. И происходит это не в книжке, не в фильме, а у тебя перед глазами, в твоей жизни. А потом становится частью твоего мира, точнее сказать – ты становишься частью того неизведанного мира. Увы, Мэган отказалась – пожалела свои нервы. А жаль…

После ужина супруги Мак-Кензи и Мэган пешком стали возвращаться в Касл Мэл. Опускались сумерки, и я поймал себя на мысли: а вдруг снова нападение? Если за этим стояли Уоррен и Гленн, сейчас был бы удобный момент – без свидетелей, только поле, дорога и ночь. Я парил над ними, пока не убедился, что они дошли до замка. В комнатах стал загораться свет – все в порядке. Я уже собирался улететь, как вдруг заметил, что Мэган подошла к окну и начала вглядываться в сторону холма, где я играл на волынке в предыдущие вечера. Она стояла так несколько минут, словно ожидала, что я появлюсь.

Я замер, едва успев отскочить в сторону, чтобы не попасть в поле ее зрения. Признаться, ее поведение меня удивило. Я остался наблюдать.

Мэган заметно нервничала. Взяла в руки папки с документами – и тут же отложила, попробовала открыть ноутбук – и закрыла крышку. Взгляд беспокойный, движения резкие. Она не могла сосредоточиться. Периодически подходила к окну, вглядываясь в темноту, искала меня, будто надеялась, что мы поговорим. Или она что-то скажет… Это было чертовски интригующе.

Я, конечно, мысленно выругал себя, но любопытство взяло верх. Вдруг она что-то вспомнила? Или почувствовала? Что же все-таки хочет сказать? Я не стал тянуть и прямо на холме, за деревом, обратился в человека. Встал под лунным светом с выражением лица между «я готов услышать тебя» и «надеюсь, я не зря здесь стою». Волынки с собой не было, увы, а значит, никаких сигналов о своем присутствии я подать не мог – не бросать же камушки ей в окно. Остался просто стоять.

Она не заставила себя долго ждать. Движение в окне, портьера дрогнула, появился мягкий силуэт и в ту же секунду отпрянул. Отлично! Значит, увидела. И я понял – она придет.

Честно говоря, я не был к этому готов. Все происходящее не входило ни в один из моих продуманных сценариев. У меня не было заранее составленного плана, эффектной речи. Но встреча случилась – живая, без репетиций.

Я стал спиной к замку и не оборачивался. Она шла медленно, словно крадучись, будто надеялась, что я не услышу шагов, утопающих в мягкой траве, но я слышал все. Я даже знал, на каком она расстоянии, словно видел ее. Шаг, еще шаг, замирание. Она остановилась всего в нескольких сантиметрах за моей спиной. И в этот момент я резко, эффектно развернулся – как в кино или в кошмаре.

Все случилось ровно так, как и должно было: она подпрыгнула на месте, будто я внезапно закричал «Бу!» у нее над ухом, глаза расширились, как у совы в свете фар, рукой зажала рот, чтобы не выдать крика. И вот в этот миг я не понял, что именно ее так напугало – мой поворот или мой внешний вид. Она меня узнала? Похоже, что нет. Мэган быстро собралась, закрыв свой испуг на засов, и заговорила. Голос – ровный, сдержанный, но я-то все равно чувствовал страх – сильный, густой, настоящий. Он стоял между нами как третий участник беседы.

– Кто ты? – спросила она прямо, без вступлений, без кокетства, даже без намека на вежливость.

Прекрасный вопрос, универсальный, подходит как для знакомства на приеме, так и для общения с воскресшим мертвецом. Я выдержал паузу – секунда, вторая, чтобы стало чуть некомфортно и холод пробежал по спине. Я смотрел на нее абсолютно без эмоций.

– Дерек, – сказал я. – Меня зовут Дерек.

Она кивнула, но, не отрывая своего взгляда от моих глаз, задала следующий вопрос:

– Почему ты приходишь сюда вечерами?

Вопрос прозвучал почти буднично, по-женски, как будто я ей мешал спать звуком волынки. Ни обвинения, ни ужаса, только попытка понять.

Ха! Хотелось, конечно, выпалить все: кто она и кто я и почему мы оба не должны быть в этом месте одновременно, но вместо этого я ответил первое, что пришло мне в голову:

– Я видел, как кто-то пытался убить тебя, по счастливой случайности оказался рядом. И теперь смотрю, чтобы этот кто-то не появился снова.

Она молчала, переваривала. А я в этот момент мысленно себе аплодировал. Браво, Дерек! Великолепная импровизация! Можно было, конечно, сказать: «Я и есть тот, кто хотел тебя убить. И если не уедешь – в следующий раз я не промахнусь». Но я не стал сгущать краски. Без полиции тогда бы точно не обошлось. Поэтому пришлось изобразить спасателя. Хотя волею судьбы я на самом деле им и являюсь. Поэтому получилась полуправда.

Мэган нахмурилась, глаза сузились, затем с легким сомнением в голосе она произнесла:

– Но это не ты спас меня, напавшего остановила птица.

Как мило! Птица – не ворон, просто птица. Прозвучало оскорбительно, поэтому я посмотрел на нее несколько холоднее, чем надо, и уточнил:

– После того как ты потеряла сознание, я отнес тебя в спальню.

– Да, я поняла, что это ты меня принес… Но как ты узнал, в какой из комнат я живу?

Хм, СООБРАЗИТЕЛЬНАЯ. И уже неплохо владеет голосом – говорит уверенно, с напором. А главное – перешла в наступление, почти допрашивает, причем быстро, четко, логично. Что любопытно – с другими она так не говорит. Я следил. Сдержанная, отстраненная, все по делу, а со мной вдруг – прямо поток: слова, вопросы, взгляды в упор. Меня это позабавило, даже лестно стало, но, естественно, виду я не подал. Все так же стоял перед ней – неподвижно,