Читать книгу - "Сладострастие. Книга 1 - Ева Муньос"

Против: секс мне нужен с Рейчел, а не с ней.

Поэтому я заключаю:

— Мне это неинтересно, иди работай.

Она имеет наглость положить руку мне на грудь.

— Ты уверен? — шепчет она.

Дверь распахивается, давая дорогу головной боли, которую я так ненавижу.

— Убери свои когти от моего мужа! — кричит Сабрина.

Ирина вздрагивает, как будто только что увидела дьявола.

— Убирайся! — снова кричит она.

Сержант уходит, а я возвращаюсь на свой пост.

— И долго я буду это терпеть?

— Пока ты не решишь дать мне развод. — Я пожимаю плечами. Если у тебя появятся угрозы самоубийства, я буду благодарен, если ты запишешь их и передашь моему секретарю. Я прочту их, когда у тебя хватит гребаного ума понять, что я хочу, чтобы ты не приближалась ко мне ближе чем на тысячу ярдов.

Она опирается руками на стул передо мной, сглатывая ярость.

Ромина, — говорит она чуть спокойнее, — устраивает званый ужин в честь дня рождения своего мужа.

— Да?

— Так во сколько ты сможешь за мной заехать?

— Когда, — я открываю MacBook, — без четверти час.

— Я сказала ему, что поеду с тобой.

— Ну, не стоило, мне не интересно идти на вечеринку с людьми, которые мне не нравятся, и притворяться теми, кем мы не являемся.

Она фыркает.

Я скажу Кэти, чтобы она приготовила для тебя горячий ужин, когда ты приедешь, — уклоняется она от темы, он делал то же самое на протяжении всего этого чертова брака.

Она не замечала моей нелюбви и интереса, моих измен и постоянных требований развода.

— Ты знаешь, что я не пойду в твой дом, Сабрина.

— Это не мой дом, это наш дом! — кричит она на меня. Есть другая женщина, не так ли? Это та проклятая, которая уводит тебя от меня....

— Нет никакой другой, их много, — говорю я чистую правду.

— Но на Гавайях...

Я подавляю желание признаться, что поехал на Гавайи, чтобы трахнуть Рейчел. Братт сказал мне, что Жозет планирует захватить ее, и я не собирался упускать возможность полакомиться киской, которую не смог попробовать в Бразилии.

— Убирайся отсюда и оставь меня в покое.

— Я не позволю тебе так просто уйти! — Когда-нибудь тебе придется смириться с этим браком, потому что я не собираюсь спускать тебя с крючка.

— У меня всегда это было. — Я нахально ухмыляюсь. А теперь убирайся, пока я не вызвал стражу, чтобы она тебя вывела.

Не проходит и дня, чтобы я не пожалел, что женился на ней. Не знаю, о чем, черт возьми, я думал, когда слушал ее в подростковом возрасте. Поцеловав ее, я обрек себя на мученичество, которое наступает, когда я терплю ее. Флирт был первой ошибкой, второй — женитьба, чтобы они перестали меня трахать.

Пять встреч занимают весь мой день. Оставшееся время я трачу на проверку прогресса Саймона Миллера, который сообщает мне, что Антони Маскерано будет в Москве через пару дней. Я не теряю времени и делаю все, что нужно, — я уже много лет охочусь за головой этого сукиного сына. Я разговариваю с капитаном, объясняю ему, как действовать, чтобы устроить засаду, которая позволит нам захватить его.

Дела идут лучше, когда их делаешь сам, но мое намерение лично участвовать в маневре — пустая трата времени, потому что министр Морган никогда не одобрит моего присутствия там. Он знает каждую деталь моего прошлого с Маскерано, а я все равно не могу пройти мимо министра, тем более когда этот человек — мой отец. Наступает ночь. После нескольких дней, проведенных взаперти, я собираю все вещи и отправляюсь отдыхать. Я переодеваюсь и спускаюсь на парковку.

В тусклом свете автостоянки я ищу ключи от машины.

— Чёрт! — Я слышу голос, а затем слышу, как кто-то хлопает дверью машины.

Я узнаю голос, это Рейчел Джеймс.

Мне начинает не нравиться, что мои обязанности не позволяют мне видеться с ней так часто, как хотелось бы. Она способна в считанные секунды возбудить меня, как сейчас, одетая в короткое серое платье и черные сапоги выше колена. Я определенно собираюсь приподнять это платье и позволить этим сапогам обхватить меня.

— Проблемы? — Я появляюсь в поле зрения.

Она выпрямляется.

— Да, но ничего серьезного.

Я подхожу ближе, но она не двигается.

— Я вам помогу?

Сомневаюсь, если только у вас нет галлона бензина в машине, — поворачивается она ко мне.

Я теперь не полковник? Это неважно, ведь Кристофер тоже хочет тебя трахнуть.

— Нет, но я могу тебя подвезти.

— Вы, наверное, устали, извините за беспокойство.

— Я не устал, — перебиваю я ее, желание трахнуть ее берет верх над всем. — Давай, мое предложение действует ограниченное время. Я не многим даю шанс сесть в мою машину.

— Как скромно! — пробормотала она.

У меня не вся ночь, — предупреждаю я. Так что поторопись.

Я иду вперед и позволяю ей взять все необходимое из машины, она не задерживается, и я сажусь в DB11, ожидая, пока она сядет. Она с улыбкой касается капота, прежде чем открыть дверь.

Она оценивает интерьер, пока я завожу машину.

У вас очень хороший вкус в автомобилях, — говорит она.

— Нравится?

— Очень.

Я ввожу обычный код и выезжаю на пустую дорогу. Она молчит, но это все равно отвлекает мой взгляд, который продолжает сканировать часть ее ног, не прикрытую сапогами.

— Скорость, с которой вы несетесь, может посоревноваться с ракетой.

— Вы агент FEMF, вы не должны бояться скорости.

— Я ее не боюсь, но время от времени мне хочется быть уверенной, что я доберусь до дома живой.

— Вы доберетесь. — Я поворачиваю машину на одну из пустых дорог.

Ты сказал, что отвезешь меня домой, — говорит она, глядя в окно, — и я уверена, что это не та дорога, которая ведет туда.

— Я сказал, что отвезу тебя, но я никогда не упоминал твой дом.

Она откидывается на спинку сиденья. В глубине души она понимает, что противоречить мне бессмысленно. Я сворачиваю с проселочной дороги в деревню, которая скрывается за горами, и продолжаю подниматься вверх по холму, пока не достигаю места назначения.

Она спускается вместе со мной, наблюдая за огнями деревни, которую мы оставили позади. Она следует за мной, когда я начинаю идти.

— Что мы здесь делаем?

— Я хочу есть.

— Полагаю, здесь очень вкусно кормят, раз ты проделал такой путь. — Она обнимает себя.

— Это не совсем блюда.

Мы покидаем зеленую зону. Смех людей и звук автоматов с попкорном говорят мне, что я не ошибся, когда поверил, что это место все еще существует.

Перед нами большая арка