Читать книгу - "Княгиня-служанка. Берегиня рода - Дия Семина"

— Что опять в нашем княжестве, ну ни минуты спокойной…

Горячев развёл руками, не зная, как подобрать слова.

— Там это, старик приехал из дома Федотовых, тех самых, у кого Василиса в батрачках ходила.

— И? — терпению князя резко наступил конец.

— Говорит, что княжеский воевода какой-то приезжал к ним только что, да саму Акулину и её дочек в свиней превратил. На четвереньках ходят и хрюкают не переставая…

— Что за дичь? Или это то самое преступление, за какое наш колдун теперь может головы лишиться?

— Похоже на то, княже. Но как?

— Старика запереть, после допросим, а сам отправляйся в этот дом и проверь дело. И мой тебе совет, возьми клетки, как для животных, кажется, что это не метафора, отправить их надо в монастырь, где буйнопомешанным помогают. Явно беса подсадил Ведагор в наказание Акулине.

— Тут уж не поспоришь, в кои-то веки, согласен с колдуном. Но если он так может, то в сто раз опаснее, чем мы думали?

— Выходит, что так. Но теперь он явно себя проявил, и пострадавшие есть. Не забудь в сопроводительной записке настоятельнице написать, что поделом этим бабам, и пусть монахини не проявляют усердие во спасении этих злыдней, они нам на суде против колдуна пригодятся! Поспеши, а то стемнеет…

Глава 36

— Ведой кличут? — колдун пристально посмотрел на деву, заставляя её едва заметно кивнуть и ещё ниже опустить голову. Она бы уже сбежала да провалилась, куда угодно забилась, в любую щель, только бы не испытывать на себе неприятный пронзительный взгляд.

Первые мгновения, пока протягивала ему записочки, да заикаясь передавала слова сестры о делах во дворце, ещё как-то держалась, даже рассмотреть его успела. Крепкий, сильный и на вид незнатный, да и не такой старый, как обычные ведуны. Нет, этот скорее похож на гридня лет сорока, но взгляд…

От такого взгляда у неё сердечко убежало в пятки, и дыхание постоянно сбивается. Отпустил бы он её подобру-поздорову с миром…

Но Ведогор не спешит, несколько раз прочитал послание Ганны, а записочку немой девки и того больше. Видно, что новости его озадачили, и даже разозлили.

Вот и стоит Веда перед своим тёзкой, шелохнуться боится.

— Первое, не от меня эта ведьма. Второе, она действительно страшна для нас. Странная у неё магия, бабская, потому скажи сестре, чтобы ещё присмотрелась. Ничего рассказывать, даже намёком никому не смейте. Ни про меня, но про меня у тебя и язык не повернётся сказать, ни про эту ведьму ником, чтобы вас не заподозрили.

— А делать что-то надо? — дрожащим голосом прошептала, очень надеясь, что он сейчас её и отпустит, сказав, что ничего им делать не нужно, раз такая сильная ведьма объявилась, кто они против неё.

Но у колдуна всё же нашлось задание для сестёр, и только с виду простое, а на деле…

— Надо, всегда надо что-то делать, или тебе сделают! Вот тебе два мешочка в них магические заговоры, один положите в кроватку ребёнка, а второй в кровать самого князя. Если кто-то обнаружит, то объявите, что видели, как немая ведьма подложила отраву магическую. Её нужно убрать из дворца любым способом.

— Она что, вас сильнее? — Веда, не подумавши, ляпнула, только лишь затем, чтобы оценить собственную безопасность, даже не поняла, что задела за живое самолюбие и самомнение колдуна. И тем его изрядно разозлила.

— Дура, чего болтаешь, сильнее меня никого нет! Она для вас опасна, большое дело начнётся, она и помешает. Поняла? — он резко встал и, подойдя к напуганной девице, поднял её голову, чтобы взглядом окончательно подчинить её волю. — Приказ услышала, сестре передай, что должно сделать, и проваливай.

— Слушаюсь! — дважды просить Веду не нужно. Как кошка вылетела за дверь и не оглядываясь помчалась во дворец князя Медведева, забыв, зайти к матери.

— Дурында стоеросовая, обе. Но что поделать, если никого не нашлось лучше, — проворчал Ведагор, поморщился и снова взял маленький обрывок серой бумаги, на котором уже слегка стёрлась угольная надпись.

— Чую тебя, дева. Чую… Как же так получилось, след Софьи есть и ещё один знакомый, очень знакомый, прям нашу кровь Волковых…

Резко встал, осмотрелся, нет ли поблизости невидимых помощников, один задохлик притаился, но посылать таких шпионов опасно к новой ведьме. Он уже несколько дней сам её чувствует, словно соперники они, не видя друг друга борьбу, начали. И она ему не уступает…

— Кто же ты такая, откуда?

Прошептал, зажимая записку, и вышел из своих покоев на просторное подворье князей Волковых, недолго искал кого-то нужного, попался под руку младший княжич Матвей Всеволодович, пригожий, крепкий и гонору в нём три пуда, не задень, да мимо не пройди…

— Постой, дай руку, не бойся, я лишь сверить…

Не спрашивая дозволения, взял руку княжича, не позволяя парню сопротивляться, и теперь совершенно точно учуял связь.

— Эта ведьма наша…

— Какая ведьма? Вы о чём, дядя Ведогор, — парень уж не чает, как от полоумного нового воеводы сбежать, но тот крепко держит руку, не позволяя уйти.

— Наша ведьма, нашей крови, вспомнил я грех один. Я сейчас с двумя гриднями уеду по важному делу, ежели отец спросит, скажи, что через пару часов вернусь.

— Да что случилось-то? Кого ты нашёл?

— Грешок рода нашего…

Странный ответ парня озадачил, удивительно от колдуна слышать про грехи, но предпочёл в дела взрослых не вдаваться, поскорее сбежал на конюшню.

Приказы нового воеводы исполняются стремительно, через несколько минут вороной конь, под дорогим седлом вывез таинственного седока за пределы княжеского подворья, за ним едва успевают двое бывалых гридней.

Вечереет, на улицах города стихает жизнь, летом бы по окраинам брели коровы с выпасов, а сейчас только уличные собаки, да редкие гуси, завидя колдуна, мчатся прочь в подворотню. Ведагор почему-то свернул на объездной тракт и проехал чуть не весь город, словно искал чего-то, несколько раз останавливался, закрывал глаза и принюхивался к ветру.

— Вот оно! Чую, за мной! — крикнул охранникам и заставил коня свернуть на широкий мост, потом несколько узких улиц, и внезапно остановился перед домом с высоким частоколом.

— Нам спешится? В ворота постучать? Мы сюда приехали?

— Сюда, сюда, стучи скорее, пусть отворяют, но вам можно не спешиваться, это моё личное дело.

— Как прикажете, ваше благородие, — довольно громко крикнул один из гридней и, тут же не спускаясь с коня несколько раз, пнул ворота сапогом с кованной набойкой на носу. И тут же пожалел, ворота зашатались, заскрипели и застонали уставшие