Читать книгу - "Идеал - Катя Костина"

боясь испортить свой дорогущий костюм.

— Это когда и в чем?

— Это тогда, когда я у тебя спросил о Данииле Россе и в том, что ты не встречаешься, с ним, а сама с ним в это время уже во всю жила.

— Так я и не говорила, что я с ним не встречаюсь — беспечно пожимаю плечами, надеясь, что меня примут за тупую блондинку — вы меня тогда спросили, что я о нем думаю, а я вам честно ответила, все что я о нем реально думаю. Это было мое мнение.

— Ты сказала, что он конченный мудак и ушла.

— И где я ошиблась?!

— А сама с ним жила.

— Я пыталась дать ему шанс, сами понимаете, мужик он привлекательный, а я девушка одинокая.

— Ну и как? — поднимает брови мужчина, расценивая мой ответ. М да, за тупую не прокачу.

— Ну и никак. Он в который раз подтвердил тот факт, что он мудак и мы окончательно расстались.

— Вот прям расстались?

— Вот прям да.

— Ну и как тебе верить Вероника?

— Очень просто. Ваш пчеловод меня из моей квартиры забрал, а это означает, что?

— Что?

Что мы с Даниилом больше не вместе. Ну и сами у него спросить можете, телефон же есть.

— Пчеловод это кто? — с интересом смотрит на меня мужчина.

— Да откуда я знаю, кто у вас пасеку держит.

— Никита! — внезапно орет он куда-то, пока не появляется хорошенький татуированный паренек.

— Да Виктор Степанович — говорит тем голосом, что меня крысой назвал.

— Никита, а кто у нас пасеку держит?

— Никто — вытягивается его лицо.

— А кто девку сюда притащил?

— Ромочка.

— А ну зови его сюда.

Через время приходит тот жуткий мужик с накачанными губами.

— Вероника говорит, ты пасеку держишь? — с трудом сдерживает улыбку Виктор Степанович.

— Че? Че за хуйня?

Он поворачивается ко мне

— Я просто предположила — в ужасе пожимаю я плечами — у вас так опухли губы, что я подумала, что у вас аллергия на пчелиные укусы и вы пришли ко мне за помощью с отеком Квинке.

— Ты охуела? — его взгляд сквозил ненавистью.

— Ну извините, я не знала, что это не отек и у вас свои. От боженьки. Виктор Степанович — обращаюсь я к закрывшему рукой рот и тихонько ржущему в ладонь мужчине — я в туалет хочу, очень-очень. Отпустите меня пожалуйста, у вас тут, конечно, жутко, но уписаться от этого совсем не хочется. Сидеть потом в мокром не комильфо.

— Жутко? А этот дизайн разве не «лофт» называется? Максимка — обращается он к рыжему — отведи девушку, пусть посикает.

— Вон Рома есть, пусть он ее и ведет.

— Максимка, не кочевряжься, Рома ее не доведет, врежет ей повторно, и она обоссыт нам тут все на свете. Видишь он на девочку малость обижен, она ведь не оценила его апгрейд. Давай, своди.

— Пошли — подкатывает глаза рыжий и встает.

— Так вы меня развяжите — протягиваю руки и ноги — как же я пойду.

— Ромочка, развяжи девочку — он закидывает ногу на ногу и что-то увлеченно ищет в телефоне.

— Чтоб ты уссалась, овца — бурчит губастый, разрезая путы.

Иду за рыжим насколько это возможно сделать по грязному бетонному полу босиком. Хоть бы почки не застудить. Пол холодный. Да и вообще холодно, на мне пижама с длинным рукавом, но она тоненькая и совсем не греет.

— Ты быстрее идти можешь? — бурчит рыжий

— Да я же босиком, а вы тут подметали последний раз — никогда.

— Пиздец ты неженка.

— Давай ты мне свою обувь дашь? — начала просить я — ну или хотя бы носочки, а?

— Бля-я-я, иди давай.

Мы все идем и идем по каким-то грязным коридорам и наконец приходим к невероятно загаженному туалету с единственной чашей унитаза в полу. Я могла бы сказать, что это чаша Генуа, но судя по загаженности — это был портал в ад. Вот как можно не попасть в такую дырищу?! Более того вокруг по всему туалету не только кучи, но и моча, а соответственно и сумасшедший запах.

— Слушай, дай пожалуйста свою обувь, тут все в какашках, — оглядываюсь на туалет — я же это все потом на ногах вам туда понесу.

— А так я на своих кроссовках, да? Отличный расклад.

— Ну дай, ты же один нормальный среди этих странных мужиков, у тебя губы не накачанные и глаза не накрашенные, как у того Никиты. Вот нафига он их подвел?

— Бля — он начинает тихо ржать — это из-за тебя этого Рому «пасечником» будут называть. Пчеловод, блядь! У него еще на звонке стоит песня «Ты пчела, я пчеловод» Пиздец!

— А второй подвел глаза зачем? Еще бы ресницы накрасил. Тоже педик?

— Да он говорит, что это сурьма, типа от конъюнктивита помогает, так раньше моряки делали.

— А у него возле дома корабль пришвартован? Корсар, блин, Джек Воробей.

Парень ржет уже в голос.

— Ну дай кроссовки, ну пожалуйста — не теряю я надежды, и пользуюсь его хорошим настроением.

— Ладно, на. — Он снимает их и остается в одних носках запах от которых конкретно перебивает запах туалета.

Глава 23

Смотрю на невероятно вонючие кроссовки сорок седьмого размера и начинаю сомневаться, что мне нужно туда засунуть ноги. Да, мои ноги не чистые, ведь я шла по коридору, но там прям откровенно хуже. Атомная война просто.

Здраво рассудив, что человек со мной поделился сокровенным и сейчас смиренно стоит в одних носках, за одно проветривая их и ожидая, когда я наконец решусь и возьму его жутко пахнущее подношение. Немного поборовшись с собственной брезгливостью, прихожу к выводу, что несомненно, хуже наступить в чью-то какашку босой ногой, чем просто вонючие кроссовки. Беру себя в руки и стараясь не кривиться, засовываю ноги во влажную от пота обувь, естественно предварительно отряхнув ноги от налипшего мусора.

Бр-р-р, какое отвратительное ощущение, но я стараюсь об этом не думать и с большим трудом передвигая столь огромные кроссовки дую в туалет.

— Спасибо тебе большое, — искренне говорю я, прежде чем закрыть дверь — боженька тебе обязательно воздаст за твою доброту.

Ну что ж. Что мы имеем? А ничего! Кроме того, что я похоже нахожусь в каком-то огромном неотделанном подвале, никаких ощущений не появляется. Как отсюда бежать неизвестно, потому что тут одни коридоры. Туалет такая же бетонная коробка. Окон ни где не увидела, но они определенно где-то есть, потому что свежий воздух гуляет по