Читать книгу - "Акула в твидовом костюме и дело гениального шефа - Салли Минн"

— Мисс Вейл, если что — звоните в любое время.

Улыбнулся ей и пошёл к выходу, полностью игнорируя моё присутствие. Вообще-то это я тут живу. И ты у меня в квартире. Никакого уважения!

Наконец все ушли. Я снова взглянул на Ханну. Вместо привычного мягкого взгляда меня теперь прожигали двумя раскалёнными углями. Мне даже стало не по себе.

Она развернулась и, не сказав больше ни слова, пошла в сторону своей комнаты.

— Ханна, ты есть будешь? — крикнул я ей вслед.

— Буду, — крикнула она уже почти на пороге. И тут же добавила: — И не ты, а вы.

Дверь захлопнулась с такой силой, что картина на стене качнулась.

* * *

Готовить решил что-то овощное, чтобы не наедаться на ночь. Остановился на быстрой обжарке овощей на воке. Резал кабачки, перец, брокколи соломкой, готовя всё для сковороды, а мысли крутились по кругу: Мин Хо и его долги, Данн и его методы, грязные заголовки, перьевая ручка и лицо Ханны.

Точно, Ханна. Взглянул на часы. Она минут двадцать, наверное, как зашла в ванную отмыть чернильное пятно с лица — и так и не вышла.

В голове сама собой возникла картинка, от которой нож пошёл быстрее: как Сэм тянется к Ханне. Нравится она ему, что ли? Неуклюжая ведь — три блузки за неделю испортила… Зато милая. И симпатичная.

Отложил нож, посмотрел на сковороду с уже подрумянившимися овощами. Ну где она там?

Направился в сторону ванной.

— Ханна, всё в порядке? Помощь нужна?

Тишина.

— Ханна? Ты что, уснула?

Из-за двери донёсся стон, такой, какой вырывается, когда очень больно, но кричать нет сил, а молчать не получается.

Я схватился за ручку.

— Ханна, что случилось? Я зайду?

— Нет! Ай… не надо!

Не послушал, дёрнул ручку. Заперто.

— Ты дверь заперла? Ханна, открой!

— Не могу… ай… больно!

— Что там? — Я всё дёргал эту несчастную дверь.

— Нога! — крикнула она. — Ногу сводит… ай!..

Бросился на кухню, схватил нож, вернулся к двери. Уже третий раз за неделю эта женщина заставляет меня волноваться. Втиснул лезвие в щель у замка, поддел, надавил. Язычок с сухим щелчком отскочил.

— Я захожу, — крикнул я и толкнул дверь.

Внутри Ханна сначала испуганно вскрикнула: «Я не одета!» — но тут же забыла про смущение и снова схватилась за ногу.

— Сводит! Ногу сводит! Больно!

Я схватил полотенце и накрыл её. Стоило догадаться раньше, что ночь в холодильнике и удар по голове даром не проходят, а я отпустил её плескаться в ванной одну.

— Не впервой мне видеть тебя без одежды, — бросил я, перешагивая через бортик ванны как был, в джинсах и рубашке.

Быстрым движением выдернул пробку, чтобы вода начала уходить, перехватил её ледяную стопу и с усилием потянул носок на себя, упираясь ладонью в пятку.

Ханна вскрикнула от новой вспышки боли.

— Потерпи! Ещё десять секунд, и всё пройдёт, — уверенно сказал я.

Она притихла, зажмурилась. Через полминуты каменная мышца под моими ладонями начала медленно обмякать.

— Кажется… проходит, — прошептала Ханна, приоткрывая глаза.

Я облегчённо улыбнулся. И только теперь, когда паника отступила, осознал, в каком положении мы оба находимся. Вода почти полностью сошла. Ханна сидела, прикрываясь мокрым полотенцем. Я сам сидел в насквозь промокшей одежде. Опустил взгляд на её мокрые ноги и поймал себя на мысли, что они выглядят невероятно соблазнительно. Резко отвернулся, возвращая себе хоть какое-то самообладание.

— Мне неловко… — тихо выдохнула Ханна, заметив мою заминку. — Боль прошла, можно отпустить. — И добавила: — Спасибо.

Я молча поднялся. С джинсов и рубашки вода текла прямо на пол, оставляя мокрую дорожку. Нашарил на вешалке сухое полотенце, протянул ей и строго предупредил:

— Даже не думай вставать. Мышцу снова сведёт, и ты можешь упасть на кафель.

Ханна послушно убрала мокрое полотенце, закуталась в сухое. Я, не долго думая, принялся расстёгивать пуговицы на рубашке прямо перед ней. Она испуганно округлила глаза:

— Вы… вы чего это раздеваетесь?

— Не хочу ходить в мокром, — спокойно ответил я, стягивая тяжёлые от воды джинсы. — Тем более не хватало ещё наследить по всему полу.

Краем глаза заметил, как она изо всех сил старается смотреть куда угодно — на потолок, на мыльницу, на стену — только не на меня. Эта её скромность искренне позабавила. Повернулся спиной, сбросил мокрое бельё, быстро обмотал вокруг бёдер полотенце и снова повернулся к ней.

Ханна сидела в пустой ванне, пунцовая от ушей до самых ключиц. Я решительно шагнул вперёд, наклонился, просунул руки под её колени и спину и легко поднял вместе с полотенцем. Она ахнула, вцепившись мне в плечи.

— Считай, мы квиты, — усмехнулся я, глядя ей прямо в глаза. — Я видел тебя, ты — меня.

Вынес её из ванной, бережно донёс до спальни. Уложил на кровать, сразу накинул сверху одеяло, чтобы не продуло, а сам обошёл с другой стороны. Аккуратно освободил пострадавшую ногу из-под ткани. Ладони легли на её голень. Обхватив мышцу, я начал медленно и глубоко разминать её снизу вверх, плавными, выжимающими движениями от лодыжки к колену, выгоняя остатки спазма.

— Господин Кан… — начала она.

— Тэо, — ответил я. — Давай, когда мы одни, ты будешь звать меня Тэо. Как вчера.

Я не смотрел на неё: всё внимание было на её ноге, на мышце под ладонями. Через несколько секунд она тихо сказала:

— Тэо… нога прошла, правда. Спасибо.

Поднял взгляд. Ханна выглядывала из-под одеяла, а на лице так и красовалось неумытое чёрное пятно. Я невольно улыбнулся. Видимо, с этим пятном ей ходить весь завтрашний день.

— Если нога прошла, тогда одевайся и пойдём ужинать, — я поднялся.

Полотенце было завязано на скорую руку, узлом на боку, а не так, как надо, и, конечно же, соскользнуло вниз в тот самый момент, когда я вставал. Я успел поймать его на лету. Услышал сдавленный звук со стороны кровати, обернулся и увидел, как Ханна натягивает одеяло на самую макушку, лишь бы не смотреть на меня.

Повисла пауза. Мне стало смешно.

— Считай, что теперь уж точно квиты.

Вышел и закрыл за собой дверь.

* * *

К ужину приступили в полной тишине. Ханна смотрела только в тарелку и не набивала рот едой, как обычно. Неужели я разучился готовить?