Читать книгу - "Огонь в ее глазах - Руби Диксон"

тому, что нас окружает. Гнездо оказалось гораздо более открытым, чем я ожидала, потому что у меня остались смутные воспоминания о гнезде моей семьи — это уютные пещеры и солнечный выступ, на котором можно примоститься. Это просто еще один человеческий улей с сорванной крышей и разбросанными повсюду предметами человеческой мебели. Кажется, что это жилая зона под открытым небом, и из — за двери выходит женщина, закрывая ее за собой. У нее ярко — рыжие волосы, не уступающие моим, но лицо бледное и лишенное чешуи. На руках у нее большой сверток, завернутый в одеяло, и я ощущаю запах ребенка. Саллаватри. Ребенок моего брата.

Радость и томление переполняют меня при виде ее. Здесь не просто Кэйл, здесь ребенок, который стал моей семьей. Ребенок, с которым у меня общая кровь. Маленький, энергичный ребенок с сильным умом и гордым именем, и одно только осознание того, что такие вещи возможны даже в этом ужасном мире, наполняет меня странным чувством надежды.

Дракон приземляется на крышу, его разум закрыт для меня. Он меняет форму, а затем спрыгивает вниз и встает перед нами, между Гейбом, мной и своей парой. У него золотистая кожа и крепкие мускулы, он стоит между нами и человеческой женщиной. Несмотря на это, я узнаю этот аромат, и мое сердце снова поет от радости.

Однако мой дух воспрял лишь на мгновение. У незнакомца перед нами лицо моего брата, но он все равно чужой. В его глазах нет узнавания, когда он смотрит на меня. Он вдыхает мой запах, его разум закрыт, и он обращается со мной так, словно я незваный гость, угроза для его пары.

«Кэйл, — обращаюсь я к нему, протягивая руки в знак приветствия. — Я не могу поверить, что ты здесь. Брат мой, я одновременно рада и опечалена, когда вижу тебя».

Он посылает мысленный сигнал предупреждения, прежде чем я успеваю сделать шаг вперед.

«Я тебя не знаю, — снова заявляет он. — Ты уверена, что это не безумие дракони заставляет тебя думать, что я твой брат?»

«Я уверена. У меня остались воспоминания о тебе. Я знаю твой запах. Твое лицо. Ты действительно смотришь на меня и ничего не помнишь?»

Его глаза округляются, когда он смотрит на меня. Я открываю ему свой разум, выталкивая на первый план воспоминания о запахах нашего дома, о том, как мы вместе росли. Мои воспоминания — это разрозненные осколки, но я отдаю ему все, что у меня есть.

В них нет узнавания. «Мне жаль. Я этого не помню».

«Э то ты. Ты — Ар Кэйл!» — настаиваю я.

Услышав свое имя, он вздрагивает. Глаза мужчины — дракона расширяются. Я чувствую вспышку… что — то промелькнуло у него в голове, слишком быстрое и яростное, чтобы его можно было полностью заглушить. Однако это быстро проходит. «Ар Кэйл погиб в Разломе, — говорит он после долгой паузы. — Кэйл — единственный, кто остался. Я больше не тот дракони».

«Но я настаиваю, чтобы ты помнил свое имя. Е сли мы сложим кусочки наших воспоминаний воедино…»

«Теперь, когда ты мне это сказала, я вспомнил. Вот и все».

Мое сердце разрывается от боли, когда я это слышу. Я смотрю на Гейба, но он смотрит на меня с любопытством, ожидая. Конечно, он чувствует эмоции, которые сейчас переполняют обоих драконов, точно так же, как самка позади Кэйла с озабоченным видом смотрит на своего самца.

«Ты меня вообще помнишь?» — Я не могу удержаться, чтобы не спросить, хотя подозреваю, что знаю ответ.

Повисает долгая — предолгая пауза. Глаза Кэйла переливаются смесью черного и золотого, когда он сосредотачивается на моем лице. Затем, наконец, он отвечает: «Нет».

Я делаю глубокий вдох и закрываю глаза, поворачиваясь к нему спиной. Я чувствую себя такой одинокой и покинутой, как будто снова провалилась в Пропасть. Гейб обнимает меня, и я позволяю ему приподнять себя за подбородок, но я все еще чувствую, как взгляд Кэйла сверлит мою спину, такой пустой от воспоминаний, которые когда — то могли быть у нас с ним.

Это все равно что потерять свою семью во второй раз. Если у меня здесь нет семьи, то нет и причин оставаться.

«Ка Т ева. — Эта мысль, кажется, удивляет Кэйла почти так же сильно, как и меня. — Это твое полное имя, не так ли?»

Его подтверждение меня очень радует. Кэйл не так уж потерян, как ему кажется.

«Да. Значит, ты все — таки помнишь меня»,

Я чувствую, как его разочарование всплывает на поверхность. Его лицо остается бесстрастным, мрачным и непреклонным. Даже после этого он не приветствует меня. Возможно, по крупицам. Что я буду делать с этой информацией теперь, когда она у меня есть?

Я не готова к такому вопросу. Сначала это шокирует меня, а потом наполняет печалью. Он может и помнит мое имя, но в его глазах ничего не изменилось… и он этого не хочет. Признаюсь, я не знаю. Я надеялась, что он вспомнит, как меня зовут … И тут я останавливаюсь, потому что на что я надеялась? Я надеялась, что к нему мгновенно вернутся воспоминания? Что его разум будет цел? Этого не произойдет. Я сломлена. Он сломлен. Этот странный человеческий мир согнул нас и превратил в новых людей.

Может, у нас и общая кровь, но мы больше не семья. Он не должен быть моей связью с домом, с нашим миром и нашими людьми. Его не интересуют такие вещи.

Разум Кэйла снова соприкасается с моим, почти извиняясь. «Хотя я и не люблю этот мир, здесь у меня есть пара и ребенок. Я обрел новый дом, новую семью. Они для меня все. Даже если бы мне предложили вернуться на Р одину, я бы ни на секунду не оставил их, и я не могу рисковать их безопасностью, пытаясь забрать их с собой. Теперь это мой дом, и я такой, какой я есть».

«Я понимаю».

И я люблю. Правда люблю. Разве я не чувствовала бы то же самое, если бы Гейб смотрел на меня так, как смотрит на него пара Кэйла? Если бы у меня на руках был мой собственный ребенок? Если бы у меня был дом? Я бы тоже не хотела расставаться с этими вещами.

Гейб гладит меня по волосам, язык его тела напряжен. «Что он тебе говорит?» — спрашивает он, его мысли мягко проникают в мои. До сих пор он был молчалив,