Читать книгу - "Беспощадный король - Айви Торн"

невыносимым, и прямо сейчас я не могу вынести её выражения лица. Даже на мгновение.

Итак, я забираюсь на заднее сиденье мотоцикла рядом с Джексоном, прижимаюсь к нему, когда он заводит двигатель, вдыхаю запах кожи и тепло его кожи, когда он включает фары и выезжает на улицу, чтобы увезти нас со склада. Я не знаю, куда он направляется, и не спрашиваю. Но по мере того, как дорога уходит под нами, я могу сказать, что мы всё ближе и ближе подъезжаем к окраине Блэкмура. Мой пульс подскакивает к горлу, заставляя меня задыхаться от беспокойства, когда Джексон ускоряет ход ещё больше.

Я никогда не выезжала за пределы Блэкмура, ни разу в жизни. Даже мысль об этом кажется ужасающей, хотя я мечтала уехать, потому что знаю о возможных последствиях. И то, что Джексон взял меня, только усиливает это, как для него, так и для меня.

Но он останавливается как раз перед тем, как мы въезжаем в городскую черту. Я чувствую, что снова могу дышать, когда он сворачивает на боковую дорогу, ведущую к тому, что выглядит как обшарпанный жилой район, расположенный очень близко к окраине города. Мотоцикл замедляет ход, и он сворачивает на узкую улочку, останавливаясь перед каменным зданием, которое, судя по неоновым вывескам в окнах, похоже на бар. Тем не менее, здесь довольно тихо, и я нервно смотрю на Джексона, когда он выключает фары и двигатель, паркуясь на обочине.

— Что мы здесь делаем? Я прикусываю нижнюю губу, глядя на него. — Джексон, я...

Он качает головой.

— Давай зайдём внутрь.

Я не уверена, что это хорошая идея, но всё равно следую за ним. Несмотря на все взлёты и падения между нами, я верю, что Джексон не допустит, чтобы со мной что-нибудь случилось. И я верю, что, что бы мы здесь ни делали, у него есть на это какая-то причина.

Внутри бара темно, он слабо освещён парой ламп, висящих над бильярдными столами в глубине зала, и светильником над стойкой бара. Бармен протирает стаканы, стоя к нам спиной, и Джексон едва замечает его, когда ведёт меня в угол, подальше от окна, где мы почти полностью погружены в темноту. Никто даже не удосуживается посмотреть в нашу сторону, что странно успокаивает, и я подозреваю, что это, по крайней мере, одна из причин, по которой Джексон привёл меня сюда.

— Подожди здесь. — Он бросает на меня взгляд, когда я сажусь на один из высоких стульев. — Пива?

— Что-нибудь покрепче. Мне всё равно, что. — Моё сердце немного успокоилось, но нервы всё ещё на пределе, а желудок скручивается в узел. Я действительно не знаю, зачем мы здесь, но я рада быть подальше от склада, подальше от той девушки, хоть как-то отделяющей меня от худшей ночи в моей жизни. Это место на самом деле даже не похоже на Блэкмур, и я рада этому, потому что сейчас мне меньше всего хочется быть там.

Джексон возвращается с двумя бутылками пива и двумя бокалами, до краёв наполненными какой-то темной жидкостью.

— Это всего лишь «Джеймсон», но этого будет достаточно, — говорит он, пододвигая стакан ко мне. — Выпей это, это поможет.

Обжигающий вкус виски, попадающего мне в горло, напоминает о той вечеринке, и я чуть не захлёбываюсь, кашляя, когда проглатываю его. Оно обжигает мой желудок, и я тянусь за пивом, делаю большой глоток и ощущаю на языке дрожжевую сладость, скрывающую жгучий вкус напитка.

— Почему мы здесь? — Спрашиваю я, когда делаю ещё один глоток пива. Джексон тоже выпил свою порцию виски и теперь небрежно держит бутылку пива за горлышко, оглядывая комнату. Будучи одним из наследников Блэкмура, он, как ни странно, выглядит так, словно вписывается сюда больше, чем где-либо ещё, кого я когда-либо видела. Он, кажется, создан для тёмных углов баров, прокуренных комнат для того, чтобы наклоняться над бильярдными столами и пить виски, с тёмными глазами, кожаной курткой и острыми чертами лица.

Я хочу его. Алкоголь начинает смягчать чувство паники во мне, и я остаюсь с отчаянной потребностью почувствовать что-то другое, что-то лучшее. Что-то хорошее. Что-то, что заставит меня забыть всю боль и весь страх.

Джексон, кажется, этого не замечает.

— Я подумал, что мы могли бы уединиться и поговорить, — медленно произносит он, делая глоток пива. — Где-нибудь, где нас никто не побеспокоит. На самом деле сюда никто не приходит. Честно говоря, я даже не совсем уверен, как это место до сих пор остаётся открытым.

Я ковыряю этикетку на своей бутылке.

— О чем ты хочешь поговорить?

Он медленно выдыхает.

— Я не хочу давить на тебя, Афина. Но если тебя похитили «Сыны Дьявола», то всё ещё хуже, чем мы думали. Ты живёшь в доме Блэкмур, находишься под защитой семей, это должно было работать именно так... защищать тебя. Происходит что-то более глубокое, если они осмелились напасть на тебя.

— Я знаю, — мой голос звучит напряженно и приглушённо. Я делаю ещё один большой глоток пива не потому, что мне это нравится, а скорее потому, что это вызывает у меня приятные ощущения. — Эта девушка, Джексон, что с ней на самом деле произошло? Что она сделала? Или сказала?

— Её зовут Пикси. — Джексон, кажется, избегает встречаться со мной взглядом, когда произносит это.

— Пикси. Чертовски глупое имя, — выпаливаю я, и его рот дёргается от смеха, больше похожего на короткое, резкое фырканье, чем на что-либо ещё.

— Да, это так, — соглашается он, а затем вздыхает, допивая пиво. — Я сказал тебе правду, Афина. Она попросила меня пойти к ней, сказала, что поможет мне оправиться после драки. Я согласился, потому что мне было одиноко, а она была симпатичной, и я хотел отвлечься. Я не собирался ничего с ней делать. Мы просто выпили, покурили травки, и на этом всё должно было закончиться. А когда она попыталась перейти к чему-то большему, я буквально оттолкнул её от себя и ушёл. Она разозлилась из-за этого.

— Так вы, ребята, ничего не делали?

Выражение лица Джексона подсказывает мне, что что-то случилось. У меня внутри всё переворачивается от приступа ревности, на который, я знаю, я не имею права.

— Она сняла с меня полотенце и взяла в рот мой член, — наконец неохотно произносит он. — Она как бы вцепилась в меня, прежде чем я смог её остановить. Но я не позволил этому продолжаться слишком долго, — быстро добавляет Джексон. — Как только я пришёл в себя, я ушёл оттуда.

У меня нет причин так себя чувствовать. Нет причин смаргивать