Читать книгу - "Потерянная пара Дракона - Инна Разина"

за действия, ошибки надо исправлять. Вам дали второй шанс. Твоя задача — правильно им воспользоваться. Думаю, Боги не случайно распорядились так, чтобы Эстер… точнее, Лея устроилась на работу именно сюда, в нашу академию. Но что из этого получится, покажет лишь время. Твоей паре и ее родным пришлось много вынести. И да, твоя задача — обеспечить им защиту и спокойную жизнь. Конечно, я готов в этом помочь. Давай обсудим, что мы можем сделать…

Пережив предательство самых близких, от кого не ждешь удара в спину, еще больше начинаешь ценить тех, на кого всегда можно положиться. И пусть у меня всего один надежный друг, я все равно счастлив. Потому что Нэйт стоит сотни.

— Спасибо, — произношу с чувством, глядя ему в глаза. Но быстро беру себя в руки. Сейчас не время поддаваться эмоциям.

Дальше мы обсуждаем разные меры по защите не только Леи, но также студентов и преподавателей академии. Мы с Нэйтаном отвечаем за всех, кто тут учится и работает. И оба сходимся во мнении, что наших собственных сил недостаточно. Территория слишком большая, вдвоем нам не прикрыть все бреши.

Прямо из кабинета Нэйтана связываюсь с начальником столичной полиции и прошу прислать дополнительную охрану в академию и в деревню, к родным Леи. Дракон сообщает, что как раз собирается лететь к ним, чтобы поговорить. А раз так, возьмет с собой пару помощников и оставит там, чтобы приглядели. Дальше мы обсуждаем разные моменты, а потом он сообщает:

— Кстати, мы выяснили, кого казнили вместо вашей пары. Оказалось, в ночь перед казнью из городской больницы исчезло тело девушки, умершей накануне от лихорадки. У нее не было родных, в больнице решали, что делать с телом. А наутро не досчитались его. И даже сообщили в полицию. Но на это никто не обратил внимания, посчитав незначительным происшествием. Вот эту неизвестную, имя которой уже не установить, дознаватель выдал за преступницу, подделав слепок ее ауры.

Вот и еще одна загадка разгадана. Я ведь тоже думал об этом. Мне жаль умершую девушку. Но хорошо, что вместо Леи никто не пострадал. Не хотелось бы ощущать свою причастность к еще чьей-то загубленной жизни.

— Позвольте еще один вопрос, мистер Уокер, — напоминает о себе начальник полиции. — Я тут заново разбираюсь в бумагах по делу. Заполняю пробелы. И не нашел сведений о том, что случилось с телом вашего брата. Где он похоронен — в фамильной усыпальнице?

— Мой брат? — переспрашиваю настороженно, ощущая неприятную тяжесть в груди. — Разве его не похоронили в безымянной могиле, как всех преступников?

— Нет. По крайней мере, таких сведений в документах нет, — раздается ответ. — Я думал, тело забрала семья. Но раз вы не знаете, проверю еще раз. Запрошу выписки из учетных книг в нашем ведомстве.

Отключив артефакт связи, пытаюсь понять, что меня так напрягает. В общем-то, какая разница, что случилось с телом Адриана. Я убил его в поединке и улетел в горное ущелье, где собирался покончить с собой. Мне не было дела до того, что станет с трупом брата. В семейной усыпальнице я бы точно не разрешил его хоронить. Не после того, что он сделал. Без меня такое решение могла принять только мать. Но ее сразу увезли в обитель. А больше некому.

И тут мне в голову приходит чудовищная мысль. А что, если?.. Нет, этого не может быть! Я сам видел его мертвым!

Глава 30

Грей

Всю ночь я попеременно склоняюсь то одной, то к другой версии. Напрягаю память, вспоминая по минутам день, когда свершил собственное правосудие над братом. Мог ли он остаться в живых? И если да, как я этого не заметил? Впрочем, в том состоянии я мог пропустить что угодно. Хотя точно помню одно — сердце Адриана не билось. Это я проверил, перед тем, как бросить его тело к ногам матери.

Утром с нетерпением жду вестей от начальника полиции. С ответом он не тянет, но ясности информация не приносит. Никаких сведений о том, куда делось тело, в их системе нет. В те дни в полицейском участке творился полный бардак. Присланные королем следователи полностью отстранили от работы старый состав сотрудников. Потом кого-то вернули с понижением должности, а часть отправили в отставку. Вот теперь и не найти концов.

Это значит, мне придется снова встретиться с той, кого я надеялся больше никогда не видеть. С женщиной, которая меня родила. Опять смотреть ей в глаза, полные ядовитой, разъедающей ненависти. Но только так я узнаю правду. Задам неожиданный вопрос и прочитаю ответ по ее лицу. У меня нет иллюзий, добровольно говорить мать не станет. Но скрыть эмоции вряд ли сможет.

Есть только одно но — я не хочу оставлять Лею даже на несколько часов. И так всю ночь постоянно проверял парный артефакт мгновенной связи и прислушивался к тишине за стеной. А обещанная охрана еще не прибыла, ждем ее только сегодня к вечеру. Но тащить девушку с собой в обитель тоже не вариант. Ее нечего там делать. Да и самое ее присутствие рядом со мной обязательно вызовет вопросы. А пока никому не нужно знать, что моя пара жива.

Делюсь своими опасениями с Нэйтаном. И он предлагает выход:

— Если хочешь, на время твоего отсутствия посажу мисс Нортон к себе в кабинет. У меня тут много книг, им тоже нужна инвентаризация, а некоторым не помешает реставрация. Пусть займется делом. Сам знаешь, на этот кабинет наложена защита. Без моего личного разрешения сюда никто не войдет.

Моему зверю не нравится перспектива оставить пару наедине с другим мужчиной. Он дает это понять глухим протестующим ворчанием. Дракону не объяснить, что Нэйтану я полностью доверяю. К тому же у него есть своя истинная. А у нас нет выхода. С предложением друга соглашаюсь. Осталось предупредить саму Лею. И сообщить, что мне придется ненадолго уехать.

Из ректорского кабинета отправляюсь в библиотеку. Моя истинная там. Я отслеживаю ее местонахождение с помощью того же артефакта. Эти меры хоть немного усмиряют мое желание быть с ней рядом каждую минуту.

Девушку нахожу в читальном зале. Будто чувствуя меня, она сразу поворачивает голову, встречает мой взгляд и слегка краснеет. Вспоминаю, как утром заглянул к ней узнать о самочувствии. И застал ее очень милой, сонной, с распущенными волосами, в домашнем платье. Она тогда смутилась, а я не мог налюбоваться на нее. Невыносимо прекрасную, такую близкую и такую далекую. Жадно разглядывал