Читать книгу - "Комон, стьюпид! Или Африканское сафари по-русски - Наталия Доманчук"

Теперь она была больше похожа на королеву Великобритании Елизавету. Она глупо улыбалась, тыкала указкой в слова и ждала от нас ответа.

Анька села за свой стол и первой решила ответить на все ее вопросы:

– Комон! Ай – эм, ю – ар, ши, хи – из.

Эрика, довольная, качала головой и улыбалась Аньке.

Контакт между учителем и учениками был установлен.

В два часа, когда наши уроки закончились и мы направлялись к парковке, нас догнала Линда и предложила:

– Девочки, а как вы смотреть на то, чтобы вечером куда-нибудь поехать?

– Куда? – спросила Анька.

– На дискотеку, – предложила Линда.

– Я не против, – сказала я тихо.

– Да, я тоже не против. Давай ты приедешь к нам, и мы все решим. А сейчас я очень хочу есть.

Мы показали Линде по карте, где мы живем, а сами отправились в ближайший ресторан перекусить.

Мы присели за столик в первом попавшемся ресторане. Нам выдали меню.

– Какая прелесть, – воскликнула Анька, – у них меню в картинках! – Она пальцем подозвала официанта и указала сначала на одно блюдо, потом на другое, затем на третье.

– This, this and this? – спросил официант и округлил глаза.

– Е-е-ес, вис, вис анд вис. Андестенд? – спросила у него Анька.

Слово «андестенд» она взяла из нового лексикона Эрики. Старым его синонимом было «Are you stupid»?

– Understand, – ответил официант и покосился на меня.

– Вис, – указала я только на одно блюдо и улыбнулась ему.

Официант очень обрадовался и, веселый, направился на кухню.

– Ты решила стать такой, как Эрика? – спросила я у Аньки.

– Я просто есть хочу, – был мне ответ.

– Да, я так и поняла, что ты просто голодна, – согласилась я с ней.

Мои кальмары мне принес официант, который брал у нас заказ.

Анькин заказ принесли три других официанта.

Один поставил перед Анькой огромное блюдо, на котором было запеченное мясо с грибами, сыром, овощами и картошкой во фритюре. Второй рядом поставил блюдо чуть поменьше, где было штук десять-двенадцать свиных ребер, опять же с какими-то овощами, картошкой во фритюре и шпинатом. Третий официант глупо улыбался и искал место, куда бы пристроить третье блюдо, на котором были креветки, овощи, шпинат и отварной рис.

Анька спокойно составила рядом две тарелки, освобождая место для третьей, и произнесла свою коронную фразу: «Комон». Третий член делегации опустил на стол тарелку с креветками и с ужасом заглянул Аньке в глаза.

После этого официанты удалились, периодически оборачиваясь и с интересом глядя на Аньку.

Я делала вид, что ничего необычного не происходит, а наоборот, несколько раз одобрила Анькин выбор и даже попросила у нее попробовать шпинат.

– Дули тебе, а не шпинат! – заявила она мне и начала жадно есть из первого блюда.

Тут мое терпение стало выливаться наружу, как кипяченое молоко из кастрюли.

– Дура! Ты самая настоящая дура! Поправиться можно за пару дней, а скидывать ты будешь годами, как я. Да и ладно, был бы он хоть мужик какой-то достойный, а так… А с кем он общается? С Эрикой? Ее, по-твоему, можно называть женщиной? И ты хочешь быть на нее похожей?

Анька молчала как партизан и набивала щеки едой.

– Давай, давай, будем вместе носить чехлы для танков! – подбадривала я ее.

Она мне кивнула и начала пробовать еду со второго блюда.

– Да! – Тут я сделала небольшую паузу, прищурилась и продолжила: – Ты просто молодец!

Анька продолжала, не обращая на меня внимания.

– Если ты поправишься и понравишься этому Дугласу… вы поженитесь… у вас родятся маленькие Портосики… то я, – тут я опять сделала паузу, во время которой заметила, что Анька перестала жевать и повернулась ко мне, – то я… с чистой совестью уведу у тебя Альберта. Кстати, я тебе не говорила, что он мне очень нравится?

Моя лучшая подруга поперхнулась и стала кашлять.

Один из официантов тут же пришел на помощь.

Он открыл бутылку кока-колы и протянул Аньке.

Кашель моментально прошел, Анька отстранила от себя бутылку, как будто это был яд, и замотала головой.

И потом, показав мне дулю, встала и пошла в туалет.

Что она там делала, я прекрасно знала.

Вернулась она красная.

Я как раз доедала свои кальмары и пила апельсиновый сок.

– Какая я все-таки дура! – сказала она и уставилась на тарелки с едой.

– Точно! – согласилась я с ней.

– Что с этим всем делать?

– Как что? Взять домой, конечно!

Официанты внимательно следили за нами, и, как только я подняла руку, один из них метнулся к нашему столику и вопросительно посмотрел на меня.

Я обвела рукой все тарелки и приказала:

– Хоум!

Он кивнул, взял со стола сначала два блюда, отнес их на кухню, потом прибежал еще за одним и через некоторое время принес нам белый пакетик, в котором были три небольшие коробочки.

Анька заплатила за обед и, указав на пакетик, сказала:

– Это нам на неделю.

В машине, когда мы ехали домой, Анька спросила:

– Тебе правда нравится Альберт?

– Только как муж моей лучшей подруги, – ответила я и улыбнулась.

Анька засмеялась и набрала номер Альберта.

– Привет. Да, уже освободились. Сегодня? Да, давай, во сколько? Хорошо, буду ждать.

Она, довольная, бросила мобильник в сумочку и доложила мне:

– Он пригласил меня в ресторан.

Часов в шесть за Анькой заехал Альберт, а я осталась дома ждать Линду. Она приехала вовремя, на последней модели «мерседеса».

– Неплохо тебе платят за секретарскую работу! – воскликнула я.

– Что ты! Там я получаю очень мало!

– Ты еще где-то работаешь?

Линда засмущалась, покраснела, но все-таки ответила на мой вопрос:

– У меня есть несколько любовников.

– Круто! – сказала я. – И ты довольна жизнью или хочешь что-то поменять?

– Что ты! Я так довольна! Я просто счастлива!

Через полчаса мы с Линдой были в арабском ресторане, и Линда пыталась изложить мне свою политику в отношении мужчин:

– Я понять еще очень давно, что самые лучшие мужчины на свете – это арабы.

– А я не люблю арабов. Они все… камикадзе.

Линда с удивлением посмотрела на меня.