Читать книгу - "Список желаний - Хелен Харпер"

Брови Аделины сошлись на переносице.

— Они похитили наших людей. Они отрубили им пальцы! И как минимум одно ухо! Мы не можем допустить, чтобы подобные действия остались безнаказанными.

— Я уверена, что этого не произойдёт, — тихо сказала я. — Но мы не можем отрицать роль этого отдела в том, что тролли стали такими, какие они есть сегодня.

Она, похоже, была не в восторге от этого заявления.

— Нас нельзя винить в несчастном случае, произошедшем десятилетия назад. А похищения произошли в прошлом месяце!

Я прикусила губу, но не собиралась молчать, не тогда, когда дошло до этого.

— Я не знала, что у геноцида есть срок давности.

— Едва ли это был геноцид, Саффрон! Это была ошибка.

— Не уверена, что тролли так на это смотрят, — сказала я, ступая осторожно. — Особенно учитывая, что мы скрыли это и практически забыли, что они когда-либо существовали.

Она открыла рот, чтобы продолжить спор, но тут же закрыла его снова.

— Чёрт возьми, — пробормотала она. — Что за бардак.

Я кивнула.

— Да, — я вздохнула. — Мы должны найти их и поговорить с ними, прежде чем кто-нибудь сделает что-то, о чём мы все пожалеем.

Её плечи опустились.

— Хорошо. А что насчёт другого вопроса? Та твоя клиентка, из-за которой ты пришла ко мне на встречу.

Я удивлённо подняла брови.

— Я думала, ты хотела правдоподобно отрицать всё, что касается её.

— Да, — она ждала.

Ах.

— Но ты не хочешь, чтобы это выглядело так, будто ты не обращаешь внимания на то, чем я занимаюсь. Менеджмент среднего звена — это сложная задача.

На мгновение выражение её лица изменилось, и в нём появилось удивительно уязвимое выражение. Затем она встряхнулась.

— Да, это так, — сказала она. — Расскажи мне всё начистоту, без предосудительных подробностей, и я посмотрю, смогу ли я чем-нибудь помочь.

Я подумала об этом.

— Что ж, — сказала я наконец, — кажется, я выяснила, кто её ассасины. Ты слышала об Арте Эдвелле?

— Он какой-то политик, ведь так?

— Да. Он хочет убить мою клиентку, потому что, насколько я могу судить, у неё есть на него информация, которую он не хочет, чтобы кто-то ещё узнал.

Аделина сморщила носик.

— Так это просто. Исполни её желание и заставь его забыть о ней.

— Она уже умирает, — сказала я. — Не думаю, что её волнует, что он хочет её смерти.

— Ну, её должно волновать, — отрезала Аделина. — Вряд ли ты поступаешь плохо, заботясь о её интересах и не давая какому-то подлому политику убить её. Взмахни волшебной палочкой и покончи с этим. Не каждый клиент знает, чего он хочет, Саффрон. Иногда приходится принимать важные решения за них.

— Ммм, — это был самый простой выход. Я хотела убедиться, что делаю для Роуз всё, что в моих силах.

— Не надо мне «ммм», — предупредила Аделина. — Просто разберись с этим и двигайся дальше.

— Да, Аделина, — я дотронулась до воображаемой шляпы, затем поколебалась.

Она вздохнула.

— Что?

— «Лебединое озеро» тебе о чем-нибудь говорит? — спросила я.

Аделина выглядела сбитой с толку.

— Кроме балета?

Фигги вышла из зала Метафоры и прошла мимо нас.

— О, я обожаю балет, — выдохнула она, убрала свою волшебную палочку, кончик которой, как я заметила, был украшен прелестным маленьким красным бантиком, и сделала нам пируэт. — «Лебединое озеро» всегда было моим любимым, когда я была маленькой. По крайней мере, так было до тех пор, пока та женщина не погибла, упав с балкона Королевского Альберт-холла в то же самое время, что Зигфрид и Одетта. Даже сейчас я не могу смотреть его, не услышав её крика, — она выпятила нижнюю губу. — Она испортила мне всё. В последнее время я предпочитаю «Щелкунчика» и «Жизель». От лебедей у меня мурашки по коже.

Я замерла.

— Кто умер?

— Зигфрид и Одетта. Они герои, Саффрон. Я знаю, ты, наверное, никогда не была на балете, потому что там, откуда ты родом…

— Я не про них, — прошипела я. — Меня не интересуют вымышленные персонажи. Женщина, которая упала с балкона. Реальная женщина. Кто это был?

Фигги нахмурилась.

— Я не знаю. Какая-то чокнутая женщина-политик. Она очень громко кричала. И она чуть не убила билетёра, когда падала, — она щёлкнула зубами, давая понять, что мёртвой женщине следовало быть гораздо осторожнее.

Аделина посмотрела на меня.

— Я не совсем понимаю, что здесь происходит, но, похоже, тебе предстоит проделать ещё кое-какую работу, Саффрон.

Я глубоко вздохнула. Так и есть.

Глава 17

Я уставилась на экран своего компьютера с чашкой остывшего кофе в руке. Инцидент, описанный Фигги, произошёл на самом деле.

Шестнадцатью годами ранее, во время представления «Лебединого озера», многообещающая женщина-политик по имени София Твист упала с балкона, когда балет достигал своей кульминации. Была даже видеозапись; один из зрителей снимал сцену с заднего ряда.

Из-за яркого света фонарей было трудно разглядеть, что именно произошло, но движение тёмных теней, за которым последовал громкий крик, указывало на то, что это не было несчастным случаем. И это не было самоубийством, совершённым в неподходящий момент. Несмотря на потасовку, когда полиция допросила всех и не нашла очевидных подозреваемых, смерть Твист в конечном итоге была квалифицирована как несчастный случай. Учитывая то, что я услышала в коттедже Роуз, мне было невероятно трудно в это поверить.

Отбросив свои дурные предчувствия, я постаралась быть одновременно прагматичной и бесстрастной. Я сказала Джасперу не делать поспешных выводов; пока у меня не будет доказательств обратного, я собираюсь попытаться сделать то же самое.

Я ввела в поиск Софию Твист и просмотрела появившуюся информацию. Она была необычно молода для человека её положения, её избрали членом парламента от небольшого избирательного округа из числа графств, окружающих Лондон. Формально этого округа больше не существовало, поскольку он был объединён с другим округом. Перевес голосов за Твист был небольшим, но работа, которую она проделала после того, как за неё проголосовали, получила признание даже от её недоброжелателей. Она поддерживала работу местной больницы, несмотря на серьёзные сокращения, и боролась за репатриацию человека из Юго-Восточной Азии, после того как он угодил там в тюрьму по сомнительным обвинениям. Она также входила в состав какой-то умопомрачительно скучной парламентской комиссии, изучавшей пути улучшения железных дорог. Насколько я могла судить, её биография была на удивление лишена скандалов.

Я рассматривала её фотографии. Она была яркой женщиной; её каштановые волосы всегда были аккуратно собраны в тугой пучок, и она обычно носила сшитые на заказ бежевые костюмы. Бежевый цвет обычно не ассоциируется у меня с блеском, но он подходил к смуглому