Читать книгу - "Вестер, я убью тебя - Августина Светлая"

его Риартану? Неужели вместо того, чтобы вскружить голову ему, ты и свою умудрилась потерять?

Опустила взгляд и начала внимательно разглядывать носки собственных туфель. Не объяснять же ему, что рассчитывала на благородство тёмного? С другой стороны, эсхен жив и стоит сейчас прямо передо мной,так может тот расчет не лишён был смысла?

– И ведь даже не убьёшь тебя…

– Да уж, - подтвердил Тадарр, – дедулям она нравится. Даже не представляю, как ты сумел отделить их чувства от собственных. Иринхай чуть с ума не сошёл. Я и сам, признаться, поплутал какое-то время.

Они оба усмехнулись, а потом подошли друг к другу и обнялись.

– Десять лет разлуки, брат, а ощущение, что мы и не расставались вовсе, – признался столичный эсхен.

– Крах границы и провал для эсхенов – это моя свобода, - развёл руками Тадарр, – во всём стоит видеть хорoшее.

– Это уж точно! – Дарран рассмеялся, – У вас здесь кормят?

Через полчаса ристарцы, которые до этого не один год прожили в местном поваре, накрыли для нас ужин. Стол водрузили на улице перед столовой. Стулья поставили так, чтобы в течение трапезы мы могли любоваться постепенно растворяющейся завесой горы Асэ. Магия растекалась медленно, уходила глубоко в землю и одному Всевышнему ведомо куда направлялась теперь.

– Почему кроме нас здесь никого нет? – озвучила вопрос, который волновал меня с прибытия.

– Все светлые ушли вглубь страны, поближе к столице, - обнажая клыки, сообщил Тадарр. – Они, знаешь, опасаются, что как только остатки магии уйдут – тёмные вырвутся на свободу и начнут крушить всё направо и налево.

– Говори ей как есть, – строго сказал Дарран, нанизывая на вилку кусок говядины. Ристарцы расстарались – картофель с мясом, овощи на гриле. Даже какой-то ягодный морс. Сам Лортырь, как заявил местный эсхен, так никого не кормил.

– Какие вопросы, – обрадовался Тадарр, будто только этого предложения и ждал. - Буквальнo, пожирать ваших светлых детей и портить женщин!

Я вздрогнула и отложила приборы:

– Что нам делать?

– Тебе больше ничего, - у мужчин в отличие от меня аппетит не пропал, - Предполагаю, король и ковен жрецов найдут в тебе виновную и пожелают твоей смерти.

– Риартан захочет новых владений, – поддержал эсхен Иринхая.

– Точно, с зелёным лесом и парой рек, – добавил Дарран и отчего-то рассмеялся. - Мне бы сейчас купание не помешало. Будем надеяться,император не погонит гнилые тучи и сюда.

– Мёртвая вода, – страшным гoлосом прoговорил Тадарр и хохотнул.

– Почему вам так весело? – спросила с подозрением.

– Вестер, – Дарран выдохнул, отложил вилку и, сложив руки на груди, поддался телом вперёд, - ты в курсе какая задача у эсхенов?

– Хранить Небесный дом, - ответила, чувствуя себя точно на экзаменационной скамье.

– Верно! Это, между прочим, огромный труд, нервы и всё такое, - он по началу начал загибать пальцы, а потом, очевидно передумав, сжал всю ладонь целиком. – А что с Небесным домом теперь?

– Чернoта.

– Верно! – задорно произнёс мужчина.

– И это не наше упущение, – вставил Тадарр, продолжая с энтузиазмом поглощать пищу, словно светлый лорд его не докармливал.

– Верно! Мы должны были удержать границу...

– Слишком либерально, если ты меня спросишь, - снова влез брат.

– Тебе известно почему! – обозлился Дарран. – Это не моя инициатива.

– А чья? - меня давно волновал этот вопрос, но только сейчас мы подошли к нему достаточно близко.

– Как же я голоден! – как-то излишне громко вскричал Тадарр, а ристарцы тут же поставили на стол новые блюда с едой. – Ты что не кормил их все эти годы?

Дарран поджал губы и, качая голoвой, похлопал брата по плечу.

– О ком вы? - снова попыталась вытащить из эсхенов хоть какие-то ответы. Мужчины принялись подшучивать друг над другом и смеяться, делая вид, что меня не замечают. – Дарран, Дарран, скажи мне. Дарран СэеЭнитан!

Оба одновременно вздрогнули.

– Неужели дедули и впрямь нас так подставили? - задумчиво протянул Тадарр, пока по лицу его брата прошла судорога, будто он делал над собой какое-то невероятное усилие. - Она занудней птичьего лорда.

– Предки. Предки, Вестер! – тем временем зарычал Дарран. Всё его самообладаниe разом испарилось. - И больше никогда! Никогда так не делай!

Он гулко выдохнул, хватая себя за виски.

– Прости, – шепнула я и тут же опустила взор. Стало невероятно стыдно. Пауза позволила почувствовать, что всю спину вновь жгло огнём. Пламя при упоминании предков словно живое обняло меня за плечи и талию. Тадарр, наконец, отложил вилку:

– Итак, мы имеем: рушащуюся границу; армию светлых, которые встанут защищать свой дом от захватчиков; Небесный дом, опутанный чёрной энергией; мой голод, потому что Дарран плохо кормил орду наших дедушек.

– Это, кстати, светленькая, – задрав брови, поделился столичный эсхен, а я удостоилась очередного осуждающего взгляда сразу от обоих. - Говорил я ей, мясо есть.

– Ну Вестер, - протянул Тадарр и пoдвинул ко мне тарелку с внушительным куском говядины. – Пока не съешь, о деле больше не разговариваем. Дай, вообще, понаслаждаться свободой от обязательств. И, где Иринхай? Его нет уже вторые сутки, и я начинаю скучать!

Пришлось есть. Молча.

***

Срединное королевство. Зал заседаний.

Все словно обезумели. Падение границы немыслимо. Страх застилал людям глаза. И ладно людям обычным, но Иринхай сидел на заседании совета, и от споров государственные мудрецы перешли чуть ли не к кулачной битве, а всё потому, что страшно было всем.

– Они вoт-вот ринутся в атаку! – кричал советник с севера, – и пока мы здесь сидим те тёмные, что были на территории королевства очистят им дорогу!

– Вы бредите! Мы всех высылали к Асэ, – вальяжно откинувшись на спинку кресла, прокомментировал советник с юга.

– В таком случае, те тёмные, что сидят в клетках, здесь как, по–вашему, очутились?

– Вы мне и скажите, лорд Жарес, - дело приобретало неприятный оборот,и Иринхай невольно окинул взглядом количество воинов в зале. Если всех носителей тёмных соберутся взять под стражу, ему тоже перепадёт. - Или вы полагаете, что наши граждане делили тела с тёмными по собственной воле?

По рядам присутствующих прошли сразу две волны. Одна из них – испуга, вторая – возмущения.

– Хотите сказать,