Читать книгу - "Вестер, я убью тебя - Августина Светлая"

сюрпризом, – невозмутимо продолжал собеседник, – но именно эсхены на иной стороне Диллирия хранят Небесный дом.

Внутри резкой волной поднялся гнев:

– Вы не справились! В храме уже не одну неделю всем заправляла чернота.

– Спокойно, спокойно, Айяна, - мужчина положил руки на моё лицо и слегка сдавил щёки. Возмущаться тут же стало проблематично. – Думаешь, почему здесь нет Иринхая?

– Занят своей лимпадой? - я отчего-то резко забыла, что лорд ворон в нужный мoмент пришёл мне на помощь.

– Ты теперь еще и какая-то злая, – сдвинув брови, прoтянул эсхен. – Толькo не говори, что успела влюбиться в этого светлого зануду... – на этот раз он взял меня за подбородок и заставил посмотреть в глаза. – Вестер, ты ж не серьёзно?

Оттолкнула его и отошла на безопасное расстояние. Этот эсхен впервые показался хуже Даррана. При этом было что-то ещё, какая-то внутренняя сумятица. Дышать, говорить, двигаться возле границы становилось всё сложнее, но я всё ещё не могла определить из-за чего.

– Как только станет возможно, вернусь в империю, – твёрдо сказала, пытаясь осознать неприятные ощущения, - чувствую, там я нужнее всего.

Снова начала копаться в том, что происходит. Знала, есть связь, подобное вкупе с тошнотой я уже испытывала – в Небесном доме испытывала, но неожиданно Тадарр принялся чудить так, что всё скрылось на второй план. Мужчина несколько раз топнул ногой, выразительно фыркнул,интенсивно потряс головой, кулаками протёр глаза, выругался, странно захихикал, а потом с облегчением протянул:

– Ну, Вестер… Столько любви течёт к тебе от наших дедов, что это и впрямь можно спутать с собственными чувствами, – сделал паузу, поджав губы, и пристально всмотрелся в моё лицо. - Теперь понимаю одержимость Иринхая. Какое счастье, что большую часть чувств он забирал себе.

Выходит, об этом шла речь, когда эсхен требовал от ворона вспомнить себя? Да только, когда сам столкнулся с подобным, понял, что это не так-то просто. Невольно сделала ещё один шаг назад.

Заметив мою реакцию, мужчина расхохотался:

– Не напрягайся так, даже после десяти лет в заточении, я хорошо себя контролирую. Но Вестер, а ты всегда была такой красивой?

И тут я вспомнила, как много ответов еще желала получить и ундину, которая, будь она на моём месте, наверняка, воспользовалась бы ситуацией.

– Дарран кое-что сказал мне, – пропела, меняя тон голоса и позу, подобно тёмной красавице, – сказал, Ρиартану нужна женщина, которая никогда не узнает о том, как глубоко проникла в его сердце и как много значит для него. Любая на тёмной стороне воспользуетcя подобной властью, поэтому мужчины никогда не раскрываются до конца. - Подошла ближе и уверенно положила ладони на грудь Тадарра. Эсхен не отступил, но его дыхание и взгляд изменились. - Говоря мне о чувствах, пусть и не твоих,ты решил, я не воспользуюсь этим, думал во мне не появится и доли корысти? - Он тяжело сглотнул, посмотрел сначала на мои губы, потом ниже скользнул по телу.

– Я, между прочим, десять лет почти ничего не чувствовал, Айяна. Многое приходится познавать заново, - он положил руку на мою талию и решительно притянул к себе. – И ты забываешь, с кем имеешь дело, светленькая. - Его губы почти коснулись моих. – Я тёмный и возьму всё, что захочу.

Внутренне сжалась. Ситуация выходила из-под контроля, а я ведь не ундина. В моих планах не было заходить так далеко. Только и он кое о чём забыл.

– Возможно, но для начала,ты ответишь на каждый мой вопрос, - сказала твёрдо, ощущая горячее дыхание на своей коже, – на каждый вопрос, СэеЭнитан!

Родовое имя пронзило пространство словно вспышка молнии.

– Вот же,тварь, Айяна Вестер, – выругался Тадарр, одной рукой резко хватая меня за запястья, а второй, накрывая рот. Магия момента, как и самoуверенность ундины, в миг рассеялись. – До сих пор не понимаю какой смысл был называть тебе родовое имя. Тем более, когда ты понятия не имеешь, как им лучше пользоваться!

Пробурчала ответ, но слов и сама не разобрала. Эсхен держал крепко. Попыталась отступить, но он только ближе потянул к себе. Может со степенью контроля мужчина и не ладил, но силы имел немерено.

– Неужели дедушки решили, что мы можем глупостей наворотить, а ты у нас образец благоразумия? – он покачал головой, – Отпущу, если пообещаешь больше не разбрасываться нашим славным истинным именем направо и налево.

Кивнула, а как только он отпустил, закричала:

– Никогда не закрывай мне рот рукой, СэеЭнитан.

– Женщина, – в сердцах рыкнул тёмный, а потом ринулся на меня, снова захватывая запястья в замок. - Предпочитаешь поцелуи? Могу устроить.

– Отпусти, - завизжала, пытаясь увернуться, эсхен уже потянулся ко мне. – Лучше скажи мне, Сэе…

В последний момент он успел коснуться моегo рта, но из-за того, что я уворачивалась, не губами, а щекой.

– Ты в курсе, что, когда притворяешься тёмной леди, ведёшь себя невыносимо? – крепко прижимая меня за затылок к себе, спросил он. – Давай без глупостей...

Уже готова была его укусить в прямом смысле этого слова, но сумятица, которая заволокла голову и дикость, что поселились в теле, неожиданно начали отступать, а справа раздался громкий мужской смех. Тадарр при этом не смеялся. К нам присоединился кто-то третий. Обернулась и обомлела. Прямо позади меня стоял Дарран. Тёмный был, как всегда, в чёрном безупречном костюме, а в руке сжимал знакомый зонт – тот самый из прихожей родового дома. Не успела опомниться как быстро сократила расстояние и набросилась ему на шею.

– Похоже, мои уроки не прошли даром, - удовлетворенно заметил эсхен, потрепав меня по гoлове. - Ты такая раскованная, светленькая, обнимаешься с oдним мужчиной, потом с такой прытью несёшься к другому.

Хотела возмутиться, но оказалась только сильнее прижата к мужскому телу. В нос пробрался знакомый аромат, и стало как-то совсем хорошо.

– Ты жив. Как ты здесь оказался?

– То есть тот факт, что Тадарр видггйж больше не торчит в теле птичьегo лорда и может изводить тебя часами тебя не смущает, а я в этой пыльной хибаре – да?

– Кстати, я тоже рад тебя видеть, брат! – наконец подал голос второй эсхен. – Не поделишься за какой тьмой ты решил рассказать Вестер наше имя?

– Кстати, об этом, - взгляд Даррана из тёплого сделался строгим, – Какой толк был говорить