Читать книгу - "Операция «Кавказская пленница». Чужая. Бедовая. Моя - Ульяна Николаевна Романова"

— Не скажу, — отбрила я, осматриваясь по сторонам.

— Что писать будешь? — громыхнул Камал.

— А вы что, свое удостоверение на барана поменяли? Не знаете, какие законы нарушили? — захлопала я ресницами.

— На двух. Оптом на всю семью удостоверения брал, — сверкнул глазами Бармалей.

— И учились, видимо, в горно-юридическом, раз вас слову «цивилизация» и «светская страна» не научили, — важно согласилась я. — А с гор вы спустились только за мной, да?

— Да, — выдохнул он, отодвигая меня к кассе.

— Эй, я не все посмотрела. Подожди, сок хочу. Морковный.

Я встала у полки с соками и сделала вид, что увлеченно ищу. Я тянула время. Понимала, что это бесполезно, но пыталась хоть как-то замедлить путь к ненавистному Аслану.

— Яблочный тебе чем не угодил, женщина? — уточнил Хасан.

— Он невкусный. И сахара много. Я хочу морковный фреш. Со льдом.

Хасан закатил глаза, а Камал вздохнул и взял с полки томатный сок.

— Пойдем, принцесса, морковного фреша нет, я тебе помидоровый взял, — позвал меня Камал.

— Нет такого слова «помидоровый», есть слово «томатный», — сумничала я. — А лед? Забыл, да? И так мне окна не открываешь, я там сварюсь в вашей машине.

— Кондиционер работает.

— Он сушит кожу, вы же не хотите, чтобы я приехала к Аслану сморщенная, как запечённое яблоко?

На лицах моих похитителей появилась вся скорбь этого мира, а меня мягко, но очень настойчиво повели к кассе.

Перед нами в очереди было трое мужчин, на вид очень даже спортивные. Я смотрела в спину того, что стоял перед нами, и взгляд остановился на заднем кармане его джинсов, в котором лежало портмоне.

Недолго думая, я протянула руку, вытащила портмоне и быстро бросила в руки Хасана, а сама спряталась за спину Камала и стала ждать.

Лицо Хасана вытянулось, глаза удивленно округлились, а жертва моей мелкой пакости развернулась и с яростью уставилось на портмоне в руках Хасана.

Да, пожалуйста, затейте скандал, вызовите полицию, в конце концов!

Но мужчина посмотрел на Хасана, затем на Камала, вдохнул воздух и… выдохнул.

Трус!

— Простите моего брата, клептоман он, — встрял Камал.

Отобрал портмоне, вернул владельцу и со свистом выдохнул воздух через нос, косясь на меня. Я же сделала лицо «кирпичом» и захлопала ресницами.

А трус, стоящий перед нами, портмоне забрал, извинения принял и отвернулся, нервно поводя плечами.

В других обстоятельствах я бы с этими двумя тоже связываться побоялась, но на войне как на войне… Противника не выбирают!

Мужчина быстро расплатился и почти бегом вышел на улицу, а на кассе подошла наша очередь.

Камал положил на прилавок три бутерброда, сок, две бутылки минеральной воды и пакет с шоколадными конфетами.

— Дядя Камал, а можно мне тоже одну конфетку? Ну пожалуйста! — взмолилась я и пояснила для продавщицы: — Не кормят они меня.

Камал пошел пятнами, Хасан закашлялся, и оба, кажется, задымились.

— Вы что, бугаи, девчонку голодом морите? Сами жрете в три хари, а девчонка конфетку просит со слезами на глазах? — возмутилась продавец.

Я закивала и попыталась слезы на глазах изобразить, пока женщина бушевала за стойкой и собирала в пакет продукты.

— Совсем ошалели мужики, — свирепствовала она, — и так худая как спичка, ее ветром уносит, а эти… Морды бородатые!

«Бородатые морды», казалось, даже стали ниже ростом от такого качественного обслуживания. Два взгляда скрестились на мне, на корню обрубая мой план как-то намекнуть женщине вызвать полицию. Хасан, кажется, даже молитву изгнания шайтана читал, но не помогло.

А женщина бухнула на прилавок огромный пакет и рявкнула:

— Оплачивайте.

Камал без вопросов приложил карту к терминалу, Хасан взял пакет, оплатил полный бак бензина, и оба снова оттеснили меня к выходу. Мы вышли на улицу, а я решила, что лучшая защита — это нападение:

— Сами сказали, что кричать нельзя, я и не кричала. На все остальное запрета не было!

Камал открыл рот, поднял руку и стал перебирать пальцами бороду.

— Помогает от стресса, да? А мне дайте подергать, я тоже хочу от стресса избавиться.

— Сядь. В. Машину. Лия, — похоронным голосом велел Камал, разделяя каждое слово.

— Подумаешь, бороду подергать пожалел. Жмот! — фыркнула я.

Развернулась и пошла в машину. Села на заднее сиденье и снова так хлопнула дверью, что Хасан все-таки не сдержал ругательства.

Он открыл двери с другой стороны, бухнул рядом со мной пакет с провизией, которую нам собрала сердобольная женщина, и рявкнул:

— Ешь!

— Не хочу, — уперлась я. — Сами ешьте!

Мужчины устроились впереди, а Хасан выругался:

— Шайтан, а не женщина!..

— Еще не поздно развернуться и отвезти меня домой. Можете не домой, тут оставьте, сама доберусь. Или я вам петь начну.

Я вдохнула воздуха в грудь и во все горло завопила:

— А я не хочу, не хочу по расчету, а я по любви, по любви хочу! Свободу, свободу, мне дайте свободу…

Мужчины затрясли головами так, словно их только что контузило. Камал снова выкрутил громкость музыки на максимум, неандертальцы облегчено выдохнули и переглянулись.

Счет три — три.

Может, я сегодня их так достану, что они развернут машину домой и вернут меня папе?

Надо постараться получше…

Глава 5

Меня начало мутить от бесконечно мелькающих деревьев за окном, музыки и двоих на переднем сиденье, которые то одновременно, то по очереди косились на меня, пока я придумывала очередной злодейский план, как довести до ручки двоих бородачей настолько, чтобы они извинились и развернули, наконец, машину.

Уверена, что на обратном пути я буду радоваться каждой мелькающей березке, а тошноту как рукой снимет.

Мысль, что все мои жалкие потуги не сработают, мельтешила где-то на периферии сознания, но пока не укоренилась в голове.

Я напряглась, когда Камал сделал музыку тише и свернул на проселочную дорогу. Тишина в салоне стала звенящей, я же струхнула так, что затряслись поджилки, а в голове всплыли самые страшные факты из новостной хроники.

— Куда мы едем? — испуганно спросила я. — Бармалей, поворачивай обратно на шоссе. Имейте в виду: если вы меня там убьете, я вам до конца вашей жизни буду призраком являться и петь! Да что вы молчите, куда вы меня везете, неандертальцы? Остановите машину, живой не дамся, ясно вам? Лучше тут убейте…

Камал невозмутимо припарковал «Гелик» у кромки реки, которую ранее за стеной леса было не видно, повернулся, залез в бардачок и достал… Наручники он достал.

Кажется, я побледнела. Я даже почувствовала, как кровь от лица отливает.

— Значит, вы меня не замуж похитили, да? Извращенцы! Маньяки! Да