Читать книгу - "Тот, кто зовет тебя обратно - Дарья Александровна Крупкина"

не могла знать, что сестра этим вечером занималась тем же самым, она тоже перебирала вещицы из старой коробки. Устроившись в гостиной Уэйнфилдов, в тонкой длинной ночной рубашке, она решила перед сном разложить на столике свои сокровища. Девушка зажгла свечи, и их тонкие огоньки отражались в стеклянной поверхности стола.

Змеиную шкурку она забрала у школьной подруги — та держала дома змей и щедро делилась шкурками после линьки питомцев. Теперь выползок высох. Он и раньше казался невесомым, а теперь его пергаментная хрупкость того и гляди грозила рассыпаться в руках на маленькие кусочки плоти.

Много обрывков ткани, Офелии нравилось, какие они на ощупь: прохладный атлас, шероховатое кружево и дурацкая синтетика, но завораживающего цвета осенних сумерек.

Жидкость в нескольких склянках давно высохла, но Офелия и не думала, что она будет храниться вечно. Тем более, ее привлекали сами флаконы, витиеватые, изящные, из гладкого дутого стекла. Когда-то Офелия хотела настоящий хрустальный шар, потому что слышала, что он — самое сложное для стеклодува. Идеальный шар без пузырьков воздуха внутри.

И маленький светящийся камушек. Офелия хорошо помнила, как «заряжала» его на солнце, а ночами смотрела под одеялом на его свечение, пока не засыпала. Сейчас камень выглядел бездушным куском пластика, слишком долго пролежал в темноте. Но Офелия знала, если подержать его на солнце, он снова станет засияет.

Она еще некоторое время перебирала сокровища, пока вновь не убрала все в коробку. По комнате поплыл дурманящий запах только затушенных свечей, а Офелия прошелестела ночной рубашкой в свою комнату, чтобы поспать.

— Винс…

Он не спал, когда дверь его комнаты открылась, и привыкшими к полумраку глазами хорошо видел ее лицо. Без привычного выражения меланхолии, сейчас Офелия казалась испуганной.

— Винс, мне снова приснился горящий дом…

— Иди сюда, малышка.

Она залезла в тепло постели и прижалась к его телу, ощущая его кожу, его шрамы. Винсент обнял ее.

— Будем охранять сны друг друга.

9

Они пришли с дождем. Капли расплавленного свинца падали с небес, скользили по оконному стеклу, прикасались к моим венам, проникали в них, заставляя кровь закипать. Я ощущала прикосновения холодных губ на коже, могла разглядеть безглазые лица в дожде. Я слышала их голоса, такие невесомые, будто вуали на ветру.

Я хотел кричать, хотела убежать прочь. «За мной придут!», кричала я. «Я не одна!»

«Ты одна», спокойно возражали они. «У тебя есть только наши благословения».

И я чувствовала, как безжизненный яд проникает в мои вены вместе с их иголками.

Я слышала шелестящий дождь за окном — но он больше не был моим.

из дневника Лиллиан

— Похоже, опять начинается дождь, — сказал Винсент, поглядывая в окно.

Фредерик тоже заметил жирные капли, начавшие падать на ветровое стекло, и включил «дворники». Они ехали сквозь ночной мокрый Лондон на вечеринку Элеоноры, Фредерик сосредоточенно вел машину, Винсент глазел по сторонам, а Офелия и Фэй устроились на задних сидениях.

— Ты ничьих лиц в дожде не видишь?

Фредерик приподнял бровь:

— А ты видишь?

— Нет. Но решил уточнить.

— Похоже, у тебя хорошее настроение.

— Ну, это ведь не скучный прием.

— Главное, спокойно появится и спокойно уйти.

Они быстро переглянулись, и Офелия спросила:

— Есть какой-то тайный смысл?

— Да нет, — ответил Фредерик. — Но как-то раз Винсент явился к Элеоноре на мотоцикле. В гостиную.

— Я был молод и неразумен, не бузи.

Фредерик не стал возражать, что это произошло всего год назад, и наверняка Винсент был готов повторить, дай только волю. Правда, в тот вечер он стал звездой Инстаграма, что ему не очень понравилось.

— Кстати, — сказал Винсент, — помнишь тех ребят, у которых упали наши продажи?

— Ну?

— Я выяснил. Все у них отлично. Эти засранцы просто тихонько нас задвинули и занялись более активным продвижением Ройса.

— Что ты предлагаешь?

— Я сам ими займусь. Или пусть возвращают прежние условия, или катятся к черту.

— Ты не найдешь так быстро новую компанию.

— Они об этом не знают. «Бизнес, сказал я, хотя это было обыкновенное сумасшествие».

— Кажется, ты что-то цитируешь, но я не знаю что.

— Ты просто не читал Гибсона.

Особняк Элеонры можно было заметить издалека: по громкой музыке и ярким огням. Они как раз парковались, когда со двора взлетел яркий фейерверк под чьи-то крики.

— Похоже, мы опоздали к началу веселья, — Винсент выглянул из окна. — Давайте-ка не пойдем через главный вход.

— Почему? — удивилась Фэй.

— Если ты хоть немного знаешь Элеонору, то никогда не пойдешь в разгар вечеринки через главный вход. Еще какой-нибудь слон задавит, а она скажет, что так и было.

— Слон?

— Да, — улыбнувшись, Фредерик глянул на девушек в зеркало. — И он имеет ввиду настоящего слона.

На заднем дворе было относительно тихо и безлюдно — похоже, никто не хотел пропускать вечеринку. Возможно, именно поэтому трава газона до сих пор оставалась аккуратной, точную геометрическую форму цветников еще никто не нарушил, а вода в прудах, отделанных бордюром, оставалась спокойной.

Один такой как раз заинтересовал Винсента. Он присел на корточки и потрогал воду.

— Бр, ледяная. И мутная.

— Что, не поплаваешь тут голышом? — Фредерик не удержался, чтобы его не поддеть.

— Если я захочу искупаться голышом, то найду где!

Стоило им войти в дом с заднего входа, как они в полной мере окунулись в шумную и разнузданную вечеринку. Территория особняка, да и сам дом, оказались огромными, но они не успели пройти и половины, а им уже дважды попытались всучить какой-нибудь алкоголь.

Винсент надел очки — сегодня он, как и всегда, был в черном, а пиджак покрывали принты с мертвыми мотыльками. В отличие от него, Фредерик предпочел обычную белую рубашку.

— Я за коктейлями, — сказал он. —