Читать книгу - "Мой дорогой муж - Оксана Сергеевна Головина"

— Держись крепче, — скомандовала Виктория, и в её голосе заиграли озорные нотки.

Глухой, рокочущий звук заведённого мотора наполнил гараж, вибрируя и отдаваясь в груди. Девушка обернулась, и сквозь тёмное стекло визора Вадим увидел блеск её глаз.

— Я же сказала — крепче.

С этими словами Виктория резко выжала газ. Мотоцикл взревел и рванул с места с такой силой, что Вадим инстинктивно вжался в её спину, крепко обхватив руками. Ветер ударил, заглушая все звуки, кроме рёва мотора и стука его собственного сердца.

— Я повезу тебя любоваться закатом! — крикнула Виктория сквозь ветер. — Это лучшая награда за тяжёлый день!

Город проносился мимо размытыми пятнами света, а Вадим держался за неё и понимал, что впервые за этот бесконечный, тяжёлый день он наконец-то дышит полной грудью…

…Городской шум оставался где-то позади, заглушённый ровным рёвом мотора и свистом ветра в шлеме. Мотоцикл летел по вечернему городу, превращая улицы в калейдоскоп огней. Вадим крепче обхватил Викторию, чувствуя её спиной каждое движение, каждое ускорение. Он доверился ей полностью, отдавшись этому стремительному полёту. Это было странное, пьянящее чувство свободы, которого он не испытывал очень давно.

Стоило выехать из города, как пейзаж сменился. Вместо высоток и неоновых вывесок появились тёмные силуэты деревьев на фоне догорающего неба. Дорога петляла, уводя их всё выше. Виктория вела мотоцикл уверенно и легко, словно была единым целым со своей машиной. Наконец, она свернула на едва заметную грунтовую дорогу, уходившую в сторону от основного шоссе. Ещё несколько минут тряски по ухабам — и она заглушила мотор.

Они оказались на вершине холма. Тишина, нарушаемая лишь шелестом ветра в траве, оглушила после рёва двигателя. Перед ними, насколько хватало глаз, расстилался город. Отсюда он казался игрушечным, мерцающей россыпью бриллиантов на тёмном бархате земли. А над ним, на горизонте, догорал закат, окрашивая небо в невероятные оттенки — от огненно-оранжевого до нежно-лилового.

— Вот, — тихо сказала Виктория, снимая шлем. Ветер тут же растрепал её волосы, выбившиеся из хвоста. — Моё секретное место.

Вадим тоже снял шлем. Он смотрел на открывшуюся панораму, и ему казалось, что он видит нечто подобное впервые в жизни. Вся тяжесть дня, все мрачные мысли о брате, о семье, о прошлом — всё это вдруг стало мелким и незначительным по сравнению с этим безмолвным величием.

— Как ты его нашла? — спросил он, не отрывая взгляда от горизонта.

— Случайно, — она пожала плечами, подходя к самому краю обрыва. — Когда только училась ездить, часто каталась здесь по ночам, чтобы никому не мешать. Один раз заблудилась и выехала сюда. С тех пор это моё место силы. Когда совсем хреново, я приезжаю сюда. Смотрю на город и понимаю, что все проблемы там, внизу, — она махнула рукой в сторону огней, — а здесь только ты и небо. Помогает привести мысли в порядок.

Виктория села на траву, обхватив колени руками. Вадим сел рядом, на небольшом расстоянии. Они молчали, глядя, как солнце медленно погружается за горизонт, а город зажигает всё больше и больше огней.

— Спасибо, что привезла меня сюда, — наконец сказал Вадим. Его голос был тихим, почти сливался с шумом ветра.

— Тебе нужно было развеяться, — так же тихо ответила Виктория, не глядя на него. — У тебя был тяжёлый день.

Он удивился. Ведь ничего ей не говорил. Как она узнала?

— Ты очень хорошо умеешь прятать свои чувства, Вадим, — продолжила она, словно прочитав его мысли. — Но глаза… глаза тебя выдают. Сегодня утром было ясно, что ты станешь себя накручивать, как только мы все разбредёмся кто куда.

Виктория повернулась к нему. В полумраке её лицо казалось мягким и серьёзным одновременно.

— Знаешь, в моей жизни было достаточно того, о чём хотелось бы забыть и уж тем более не делиться этим. Чтобы не «пачкать» близких этими воспоминаниями. Поэтому, пусть я и не знаю, что у тебя произошло в прошлом, я не буду спрашивать. Но если тебе когда-нибудь понадобится просто помолчать рядом с кем-то, кто не будет задавать вопросов… Можешь считать, что у тебя теперь есть такое место. И такой человек.

Она снова отвернулась к городу, давая ему возможность не отвечать. Вадим смотрел на её профиль, очерченный последними отблесками заката, и чувствовал, как рушится последняя стена, которую он так старательно выстраивал вокруг себя. Эта девушка… она видела его насквозь, того, кто просто отчаянно пытался удержать свой мир от распада.

Вадим не знал, что сказать. Слова казались неуместными и лишними. Поэтому, вместо них, он просто протянул руку и накрыл своей ладонью её, лежавшую на траве.

Виктория вздрогнула от неожиданности, но руку не отняла. Её пальцы были холодными. Вадим осторожно сжал их, согревая своим теплом.

Они сидели так ещё очень долго, в полной тишине, и ему казалось, что мог бы задержаться здесь на вечность, если бы время остановилось.

Но всё же им предстояло вернуться в город. Обратная дорога была другой. Вадим по-прежнему крепко держался за Викторию, но теперь это был не инстинктивный жест, чтобы не упасть, а осознанное, почти собственническое прикосновение. Он чувствовал тепло её спины и лёгкую вибрацию мотоцикла.

Виктория вела его плавно, без прежней резкости. Она тоже чувствовала эту перемену. Чувствовала вес его рук на своей талии, его ровное дыхание у себя за спиной. Прикосновение его ладони на холме всё ещё горело на её коже, и это воспоминание было куда более реальным, чем шумный город вокруг.

Они заехали в гараж, и когда рёв мотора стих, тишина стала почти звенящей. Виктория сняла шлем, её волосы, собранные в хвост, скользнули по спине. Она не смотрела на Вадима, занятая тем, что ставила мотоцикл на подножку. Вадим тоже снял шлем, и какое-то время оба просто стояли в полумраке гаража, пахнущего бензином и пылью.

Виктория чувствовала его взгляд, и это сбивало с толку. Её сегодняшнее желание помочь развеяться было спонтанным. Просто порыв. И это не первый раз, когда кто-то сидел за её спиной на мотоцикле. Та же Ленка делала это неоднократно. Но ощущение катастрофически разнилось… Прикосновение рук, державших за талию… Сама его близость… И то, как внезапно Вадим накрыл её ладонь своей…

Отчего-то всю обратную дорогу слова Лены не выходили из головы. Все идиотские шутки подруги по поводу того, что она могла нравиться Вадиму… Но вдруг он просто был под влиянием эмоций из-за произошедшего