Читать книгу - "Его искушение - Майер Кристина"

наверняка доложила, что я покинула особняк без сопровождения. Надо было самой позвонить и рассказать о встрече с бывшим мужем. Мне ведь не пятнадцать, чтобы включать юношеский максимализм и доказывать, что я самостоятельная и все могу. Кому я что доказала? В очередной раз села в лужу. Мне всей жизни не хватит, чтобы хоть что-то доказать Сергею.

Долго смотрю на экран, прежде чем решаюсь нажать на кнопку вызова.

«Абонент выключен или находится вне зоны действия сети…» — звучит в динамике. Набираю ещё раз, ответ тот же. Забравшись на диван, поджимаю ноги под себя, гипнотизирую потухший экран телефона. Я хочу, чтобы Сергей появился в сети и сам мне перезвонил.

Тишина давит на уставшие мысли. Уронив голову на подголовник, прикрываю глаза и на какое-то время отключаюсь. Моей голове нужен отдых. Просыпаюсь в третьем часу ночи. Тело затекло, шею болезненно тянет из-за того, что уснула в неудобной позе.

«Выпить бы чаю с темным шоколадом…» — возникает желание съесть что-нибудь сладкое, но, отложив чаепитие, я иду в душ. Хочется смыть с себя запах этого вечера, снять одежду, которую я надевала, чтобы заставить Стаса пожалеть о предательстве…

Теперь вот жалею себя.

Включая по дороге свет, добираюсь до спальни. Платье стаскиваю через боль в плече и ребре. Подхожу к зеркалу, любуюсь на отек с синяком и гематому на ребре. На моей белой коже это выглядит так, будто меня избили. Трогать не решаюсь, но утром нужно съездить в аптеку, купить какую-нибудь мазь. Лед, наверное, прикладывать поздно...

Из-за того, что руку поднимаю через боль, купание занимает больше времени, чем я рассчитывала. Надеваю халат, завязываю пояс. Даже эти незначительные действия вызывают боль. Я всегда была сильной, но сейчас хочется расплакаться. Даже в браке не полагалась на Стаса, хотя он, конечно, мог меня пожалеть, поухаживать, если я болела…

С желанием спрятаться под одеяло и пожалеть себя я выхожу из душевой. Ещё до того, как вижу сидящего на краю кровати, устало склонившего голову мужчину, понимаю, что в комнате не одна. Страх не успевает заползти под кожу и отключить все когнитивные функции.

— Привет, — выдыхаю едва слышно.

— Привет, — произносит Сергей, поднимая на меня взгляд.

Между нами расстояние в пару метров, но ощущение, что мы застыли над пропастью через бездну. На меня давит чувство вины и его энергетика. Она у него густая, тяжелая, выжигающая кислород из воздуха.

— Я тебе звонила, — мое оправдание звучит так жалко, что хочется прикусить себе язык. Лучше бы молчала.

— Я тебе тоже звонил, — спокойно, без тени обвинения в голосе произносит Сергей, а мое чувство вины за него безжалостно кромсает меня изнутри. Лучше бы упрекнул.

— Ты не говорил, что прилетаешь сегодня, — делаю едва заметный шаг в его сторону.

— Собирался сделать сюрприз, — я замечаю, как он на миг прикрывает глаза, как втягивает чуть громче привычного носом воздух. Его спокойствие имеет трещины, которые он латает прямо у меня на глазах. — Иди ко мне, — протягивает руку.

У меня ноги ватные, подкашиваются, не слушаются, но разве меня это может остановить? Последний шаг, единственный, неуверенный, я на миг теряюсь, куда идти дальше. Сергей решает за меня, берет за руку и предлагает сесть на колено.

— Я скучал, — произносит он, зарываясь носом в мои влажные волосы.

Я все жду, что на мою голову посыплются обвинения и упреки, но их нет, и я ещё больше теряюсь. Я привыкла к другому типу мужского поведения. Можно было бы подумать, что ему безразлично, куда я ездила вечером, почему не отвечала на звонки, но я каждой клеткой своего организма чувствую, что в нем ни грамма безразличия.

— Прости, — прикрыв глаза, надрывно произношу. Он не ругает, не упрекает, а я просто тону под тяжестью вины.

— Мы об этом поговорим, когда ты отдохнешь, — целует в висок и водит кончиками пальцев по спине. Его действия носят успокаивающий характер.

— Я не усну, если мы не поговорим, — сейчас мне хочется максимальной открытости и откровенности. — Ты злишься на меня? — спрашиваю Сергея, заглядывая в глаза.

— Я не могу злиться на тебя, Ирина. Я зол на себя.

— На себя? — удивляюсь его логике.

— Я не донес до тебя, что ты в любой ситуации можешь положиться на меня. Мой прокол, исправлю, — я даже не замечаю, что по моей щеке течет слеза. Кайсынов сделан из сплава, который до сих пор не встречался в природе. По крайней мере, я о таком не слышала. — Рядом со мной безопасно, Ирина, — объясняет он, продолжая водить кончиками пальцев по спине. — Я всегда выслушаю и постараюсь понять. Я в любой ситуации буду на твоей стороне. Ты можешь совершать импульсивные поступки, Ира, на то ты и женщина. Но позволь мне обеспечивать твою безопасность, позволь мне защищать твои интересы. Мне, как твоему мужчине, это жизненно необходимо. Я хочу, чтобы ты делилась со мной своими проблемами, радостями, печалями, незначительными на твой взгляд мелочами, — слез в моих глазах становится больше. Только рядом с настоящим мужчиной ты понимаешь, что значит быть женщиной…

Глава 38

Сергей

Внутри меня тайфун, который сметает все блоки контроля, разворачивает душу и тело, крошит кости и рубит тупым ножом нервную систему. Наступив себе на горло кирзовым сапогом, запрещаю своим парням следовать за Ириной. Даю свободу, которую она так упрямо пытается отвоевать у ребят. Она не пленница, она моя женщина, пусть и не согласная с тем, что я заявляю на нее права.

Беспокоюсь. И мое беспокойство подкидывает мне разные картины развития событий. И в этих картинах ни одного светлого мазка. Обидит ведь. Тулинов та ещё гнида! Мужичонка с мелкой душонкой, который столько лет выезжал на порядочности, верности, жертвенности и терпимости своей жены. Мои ребята нарыли на него достаточно материала, чтобы пустить Тулинова по миру с протянутой рукой. Но я не хочу действовать за спиной Ирины. Пусть даст позволение, я его размажу…

Но сейчас не об этом. Там моя женщина с ним наедине. Без меня… без моих ребят. Злюсь на себя, потому что меня нет рядом. Не было времени донести до своей женщины, что она во всем может положиться на меня, но это меня не оправдывает. И за это я тоже злюсь на себя. Я старше, опытнее, в конце концов, я мужчина, поэтому вся ответственность на мне.

Не выдержав, сам звоню Ирине. Рассчитываю на откровенность и дозволение подстраховать ее во время встречи. Мы все дни моей командировки были на связи,