Читать книгу - "Мои драконы. Император, князь и я - Татьяна Демидова"

встретила уже прямо взгляд этой высокородной нахалки. Потом взглянула на Алларда и заметила, как он одобрительно приподнял уголки своего рта.

Я вспомнила его недавний вопрос, про то кто он… и нарочито медленно, даже небрежно положила свою ладонь на стол, рядом с его рукой. Рукав скользнул вниз, оголив запястье и демонстрируя мою брачную метку. Девица заметно помрачнела, бросив тревожный взгляд на своих подружек.

Аллард же продолжил разговор, будто ничего не заметил, обратившись к ней.

— Финисса, ну так что? Мы можем прямо сейчас решить этот вопрос.

Я совершенно не понимала, что он задумал и к чему завел этот разговор. А вот Стейн похоже уже догадался о намерениях своего брата. Поэтому так хищно сверкнули его глаза и зрачок на мгновенье стал вертикальным.

— О, это было бы чудесно, — осторожно выразил свою радость советник.

— Всего одна проверка, — улыбнулся Аллард. — Она простая, ее проходят все кандидатки, перед основным отбором. В данном случае мы можем им пренебречь, так как я вижу здесь образцы настоящих достойных леди, которые только украсят ближний круг моей жены. Таким утонченным красавицам не обязательно проходить все эти скучные задания. Как считаешь, сокровище мое? — обратился он ко мне с улыбкой, но в глубине его зрачков мелькнула сталь.

Девицы разулыбались, восторженно млея от комплиментов, и расслабились, вслед за своими отцами.

Я же осторожно кивнула, продолжая наблюдать за разворачивающимся действием.

— Ну раз все согласны, тогда не будем откладывать, — с воодушевлением произнес император и как-то по-хитрому сложил пальцы. На наш столик сразу опустилась тишина. Будто что-то мгновенно отрезало все звуки вокруг.

— Ни к чему, чтобы нас слышали остальные, — пояснил Аллард. — Итак, Финисса… — он перевел взгляд на ее подруг.

— Аллатея. Равна, — тут же торопливо представил их отец, второй лорд с красивым хищным профилем.

— … Аллатея и Равна, — кивнув, продолжил император, а я ощутила как сгущается над нами какое-то очень мощное заклинание.

Ощутила только благодаря нашей связи. Остальные продолжали расслабленно сидеть в ожидании обещанной простой проверки.

— Я задам вам всего один вопрос, — медленно произнес Аллард. — Что вы говорили, когда обсуждали императрицу в парке?

Глава 33. Наказание

Финисса мгновенно побелела. Ее подруги тоже. Глаза их забегали в панике.

Но магия уже действовала и они никак не могли остановить свою откровенность.

Под тяжелеющим взглядом императора и испуганными своих отцов они принялись подробно рассказывать о своей недавней беседе касательно истинной правителя и его брата.

Я молча слушала повтор неприятных для себя реплик, а Стейн все сильнее сжимал мою руку под столом.

Его черты лица заострились, в глазах уже вовсю плескался яростный карающий огонь, зрачки вытянулись, как и у застывшего каменным жутким изваянием Алларда.

Даже мне стало страшно, что уж говорить о виновницах их гнева.

Магический допрос продолжался. Лорды рядом со своими кающимися дочерьми бледнели все больше.

Я не знала, что за наказание изберет для них император, но я вдруг перестала жалеть их. Потому что оказалось, что я слышала лишь крохотную часть разговора. А эти девицы обсуждали меня долго, на разные темы и со всех сторон обсмеяли меж собой.

А когда Аллард спросил, делились ли они этим разговором с кем-то еще, то оказалось, что глупые сплетницы болтали с подругами и даже хотели подстроить какую-нибудь компрометирующую ситуацию, чтобы высмеять меня еще больше перед всеми.

Только дальше разговоров у них пока дело не зашло.

Наконец, Аллард исчерпал список своих вопросов и они испуганно умолкли.

Пауза зловеще затянулась.

Один из лордов уже давно вытирал платком мокрый лоб дергаными хаотичными движениями. Второй сидел, опустив глаза.

Мои драконы тоже молчали. Но это было страшнее любой кары. Казалось, сейчас разразится смертоносная буря. Воздух опасно потрескивал, и запахло грозой.

— Умоляю, ваше величество, пощадите, — глухо простонал отец Финиссы. — Они же просто глупые дети. Не подумали, что болтают…

Все трое подруг сбились в дрожащую жалкую кучку и теперь мало напоминали тех горделивых леди, какими они были еще несколько минут назад.

— Дети? — еще больше нахмурился император. — Даже детей наказывают за их проступки. А здесь на лицо коронное преступление против императорского рода. Я прав, Стейн?

— Статья третья «О преступлениях против Короны и Порядка», пятый параграф «О защите чести и достоинства Императорского рода», — ледяным голосом отчеканил Стейн.

Князь, глядя в упор на съежившихся девиц, повысил голос:

— Часть первая. Оскорблением Императорского рода признаётся любое умышленное действие или бездействие, публичное или частное, словесное, письменное или символическое, целью или следствием которого является унижение чести и достоинства Его Императорского Величества, Ее Императорского Величества, Наследника Престола, а также умаление законности их власти.

В глазах девиц заплескался настоящий ужас. Статья была самая серьезная.

Стейн продолжал:

— Оскорбление может быть выражено в форме: публичной клеветы — распространения заведомо ложных, порочащих сведений. Злостного непочтения — умышленного искажения титулов, отказа от положенных почестей, надругательства над изображениями или гербами. Порочащей речи — употребления грубых, уничижительных или непристойных выражений в адрес Императорского рода.

— И наказание… — с ленивостью хищника спросил император, хотя я была уверена, что он знает текст этой статьи не хуже брата.

— Степени вины и меры наказания, — тут же с мстительным блеском в глазах откликнулся Стейн. — Наказание определяется степенью тяжести оскорбления и статусом оскорблённого лица. За оскорбление Его Императорского Величества или же Ее Императорского Величества виновный и все его прямые кровные родственники до третьего колена объявляются врагами Короны.

Новые и новые слова Стейна звучали всё жёстче и жёсче.

— Имущество виновного и его рода конфискуется в пользу казны, родовой герб предаётся забвению, а имя вычёркивается из всех летописей. Наказание для самого виновного — смертная казнь через сожжение, дабы очистить скверну его речей огнём. Члены семьи виновного подлежат вечному изгнанию в Пепельные земли.

Одна из девиц показательно всхлипнула и сползла в обморок.

А я уже по-настоящему испугалась. Неужели драконы их и вправду казнят? Глупые молодые дурочки вот так своими болтливыми языками просто сломали жизнь себе и своим семьям?

— Аллард… — совсем тихо позвала я своего истинного.

Император медленно повернул ко мне голову. Из его глаз глядел дракон. Разъяренный, почти готовый к трансформации.

Это было очень страшно, но я не отвела глаз. Просто смотрела на него и думала о том, как сильно я его люблю, как люблю Стейна. И как я доверяю им обоим.

Аллард моргнул несколько раз, и дракон отступил назад, на меня снова смотрел мой любимый, мой император.

— Советник, — мрачным холодным голосом произнес он, продолжая удерживать взглядом мои глаза. — Я всегда ценил