Читать книгу - "Лекарство от разбитого сердца - Анна Сергеевна Платунова"

— Что же это, интересно, может случиться от диагностического заклинания? — возмутился Найт.

Целитель не сердился, он любил поболтать с пациентами и успокоить их хорошей шуткой.

— Откуда я знаю? Вот соседка моя намедни купила на базаре волшебные капли.

— И что произошло? — поинтересовалась Тесса, зайдя за спину орчихи и сплетая обезболивающие чары.

Женщине станет полегче — и она наверняка согласится на обследование.

— Застукала мужа на сеновале с какой-то человечкой, вот что!

— Безобразие, — покачал головой Найт. — А капли-то тут при чём?

— Так она ему в похлёбку их накапала. Сказано было — для мужской силы. А сила не туда повернулась. Не доверяю я никакому колдовству, от него одни только проблемы!

— Не беспокойтесь, мы здесь магию держим под строгим контролем, — улыбнулась Тереза. — У вас защемление поясничного нерва. В огороде любите копаться?

— Ха, любите! Как же мне не копаться, если у меня муж и шестеро детей? Всё время есть просят!

— Будем вас лечить, ложитесь на живот, — скомандовал дон Фери.

Пока Найт помогал орчихе принять горизонтальное положение, Тесса подошла к застывшему в нескольких шагах Дарену. Поправила тоненький локон, неизменно выбивающийся из строгой причёски. Тьер Мортенс напустил на себя суровый вид, а сам всё думал про её нежные руки, и про тихий уверенный голос, и про смелые слова, сказанные без раздумий: «Я с вами до конца».

— Сегодня у меня ночное дежурство, тьер Мортенс, — сказала Тереза. — Я хотела узнать, может, на этот случай есть какие-нибудь особые инструкции?

— Ночное дежурство? — переспросил Дарен. — Тогда почему вы здесь днём, дона Коллин? Вам следовало бы нормально выспаться и прийти на работу в конце дневной смены.

— Ничего, я потом отдохну, — пожала плечами она.

— Сегодня я закрою на это глаза, но в будущем имейте в виду: целители должны являться на службу полными сил, а не вымотанными. От нашего состояния зависят жизни пациентов.

— А вы? Вы перестали пить кофе на ночь?

— Вас это не касается, — нахмурился тьер Мортенс, но лёгкая улыбка Тессы не увяла. Юная целительница поняла, что он не сердится всерьёз.

— Так что там с инструкциями?

— Это ваше первое ночное дежурство, дона Коллин. Будет лучше, если я останусь в больнице с вами.

Тереза хотела что-то сказать, уже схватила ртом воздух, но отчего-то передумала и только поспешно кивнула. На её щеках проступили знакомые Дарену пятна румянца — они появлялись всегда, если целительница волновалась.

День прошёл словно в золотистом тумане. Собственно, за окнами и вправду поднимался струйками туман, испарялись нагретые солнцем лужи. Тьер Мортенс не мог избавиться от мысли, что, когда наступит ночь, они с Терезой останутся в отделении вместе.

Да, несомненно, с ними будет и Милена, будут пациенты, медсестра, будет убирать коридоры вечерняя уборщица. И всё же это дежурство волновало его — и вовсе не так, как должно волновать начальника отделения скорой помощи первое дежурство его юной подчинённой.

— Ух ты! А я тоже пойду на ночной обход по всей больнице? — обрадовалась Милена.

— Ни в коем случае, обход будет в полночь, когда ты будешь уже сладко спать!

Дарен привёл дочь в кабинет, где накормил её ужином и приготовил для неё раскладушку. Милена хотела спать «как дикие люди» — на сдвинутых стульях, но тьер Мортенс убедил её, что настоящие целители отдыхают в ночную смену только на раскладушках.

— Тогда на стульях будут спать Фуфи и его друзья.

— Вот и отлично, ты даже можешь почитать им на ночь сказку, — предложил Дарен.

В кабинет, тихонько постучавшись, заглянула Тереза. Она ждала распоряжений от начальника, пока в зале скорой помощи наступило затишье.

— А можно я спою Милене колыбельную? — вдруг спросила дона Коллин. — Вы же ей не поёте?

— Хорошо. В таком случае я подожду вас в зале. Проверю, всё ли готово к ночной смене.

Тьер Мортенс помахал обрадованной Милене рукой, та послала отцу воздушный поцелуй. Он вышел за дверь, прикрыл её снаружи и прислонился лбом к тёплому дереву. Ему очень хотелось послушать, какой у Терезы голос, когда она поёт.

Глава 27

Дарен

Сначала с той стороны двери слышались негромкие голоса и шорохи — и Дарен представлял, как Тереза укладывает Милену под одеяло, поправляет подушку. Дочь о чём-то расспрашивала дону Коллин, но слов было не разобрать, потом обе захихикали. Некромант невольно улыбнулся, так ему стало тепло.

Когда юная целительница тихонько запела, тьер Мортенс едва не выдал себя: он вцепился в дверную ручку, а та начала проворачиваться. Того и гляди раздастся металлический скрип и всё испортит! Дарен приказал себе не двигаться и закрыл глаза. Мелодия была смутно знакомой, нежный бархатный голос Тессы убаюкивал, словно мягкое сонное заклинание.

Спи моя хорошая,

Девочка моя.

Словно гость непрошенный

Дождь стучит с утра.

Все надежды сбудутся

Только не грусти

Спи моя хорошая

И скорей расти...

Он мог бы стоять так целую вечность, забыв о привычном напряжении, о предельной концентрации. Закрытая дверь кабинета надёжно оберегала тех, кто ему дорог, от его прикосновений. Да, будь Дарен внутри, его неизбежно потянуло бы поцеловать сладко зевающую дочь, коснуться руки Терезы.

Воображение, которое не сдерживали никакие двери, нарисовало продолжение: вот он сжимает пальцы доны Коллин, притягивает её к себе, обнимает за талию. Она сначала доверчиво подаётся вперёд, её руки скользят по его груди, ему горячо даже сквозь рубашку. Сердце пускается в галоп, а Тереза вдруг замирает, упрямо упирается ладонями ему в солнечное сплетение и смотрит ему в глаза. «Точно можно? Ты уверен?» — спрашивает её пытливый взгляд. «Точно». — И он тянется к её губам.

— Проклятье! — беззвучно выругался Дарен и стиснул кулаки.

В ушах шумела кровь, и тьер Мортенс несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, чтобы восстановить пульс. Как он мог так размечтаться, он ведь на работе?! Он начальник отделения, а сам затаился в коридоре и подслушивает под дверью, словно подросток. Тем временем в кабинете всё стихло. Дона Коллин уже не пела, но, наверное, ещё сидела возле раскладушки Милены, чтобы убедиться, что та заснула.

Стараясь ступать