Читать книгу - "Визитёр - brinar1992"

этого все равно никто не сказал. Впрочем, сама степнячка считала себя великолепной и неотразимой притворщицей, а потому не сомневалась в том, что остальные все видят могучую Хао-Сеахар с ученицей: красивых, желанных, безумно страстных и готовых обещать эту страсть в ответ. Да-да, именно это они и видят, бледнолицые чужеземцы, думающие своими бледными херами, стоит им только кинуть взгляд на развратное степное тело с большими, сочными таам-тат, едва не выпадающими из слишком уж облегающих одеяний. Ведущая их вперед служанка только указала на какой-то из уголков зала, уходя по своим делам и Маега, довольно улыбаясь, - выглядя при этом особенно глупой дикаркой, но она в то не поверила бы, даже если бы кто-то ей и сказал, - пошла в указанном направлении, одернув засмотревшуюся на красивые витражи Сингху.

Бросив мимоходом взгляд в зеркало на всю стену, она увидела двух разукрашенных степных красоток, чья нагота прикрыта только полосками ткани на огромных сиськах и крутых бедрах. Под этой тканью нет ничего, кроме их нежной кожи, да покрывающих тело бело-алых линий. Юбка достаточно коротка, что не может полностью скрыть жадные до траха и уже намокшие медком лона, украшенные треугольниками черных, словно вороньи перья, волос, а соски грозятся пробить тонкую и даже немного просвечивающуюся на груди обмотку. Помимо ткани и краски обеих красоток украшают еще и всевозможные перья, костяные талисманы и просто красивые речные камушки, создавая такой удачный образ степных шаманок. Образ, какой Маега играет без проигрыша уже столько лет и ни в чем себе не отказывает, даже Сингху научила, хотя та и тупая не в умную мать.

- О, какая встреча! - Сидящий за уставленным всякой снедью и выпивкой столом высокий и крепко сбитый жилистый мужчина в одеждах богатого торговца, кажется, искренне рад их обеих видеть. - Все никак не мог дождаться этой встречи, почтенная Маега, даже отказался поразвлечься в основном зале. Дорого мне приглашение сюда обошлось, но сейчас вижу, что каждая монета того стоила.

Окинув говорившего угрожающе-презрительным взглядом и чуть склонившись, выпячивая свои большие таам-тат под взгляд откровенно любующегося ею знакомого бледнолицего, она тоже решает поддержать беседу:

- Варман, Маега помнить тебя. - Она садиться за стул, садит послушную дочку на соседний, а сама закидывает босые ноги на этот стол, заодно широко их расставляя, понимая, что открывает тем вид на свою мокрую медком ханаал, но не имея ничего против того, чтобы на нее смотрели и желали. - И помнить, что Маега на тебя зла. Обманщик! Ты не уберечь тупая Сингха! Морской ханур ее похитить! Ханур мог нак-так ее медок, а Сингха очень тупая, она не отказать нак-так белый хер!

Обвинение, давно затаенное, но сейчас впервые высказанное в лицо, не пугает ранее всегда опасавшегося, если не сказать боявшегося ее гнева, бледнолицего, заставляя того только сильнее улыбаться, ощупывая взглядом как почти выпавшую грудь, так и раскрытое взору лоно, еще сильнее от того взора намокшее. Маега нахмурилась немного, но не расстроилась, просто тупой белолицый видит перед собой не страшную Хао-Сеахар, а желанную степную девку, потому забывает боятся. Это просто она сейчас особенно красивая, как и сидящая, скромно потупившись, Сингха, а потому нечего опасаться, ее обман длиной в долгие годы все так же не раскрыт.

- Ой, что ты, Маега, я ведь уже извинился, причем не раз. - Ничуть не смутившись парирует Варман, друг ее дурака-мужика, который так запал на ее, Маеги, громадные таам-тат и так готовый на все ради очередного нак-так. - Может бокал вина?

Он и вправду протянул ей наполненный алой жидкостью бокал, который женщина провела жадным взглядом, но тут же мотнула головой, прогоняя мимолетную слабость, снова хмуря лицо и гневно обращаясь к клятвопреступнику.

- Ты думать Маега совсем тупой? - С превосходством и насмешкой скалит улыбку степнячка. - Ты хотеть поить Маега огненная вода, а когда Маега пить и спать, ты делать нак-так ее тело, ее медок-ханаал, делать с ней аш-жаах! Маега тебя раскрыть и перехитрить!

- И как же ты меня обхитришь, могучая повелительница злых духов? - Вот, сразу вспомнил о том, как нужно к ней, ну, к ее обману, обращаться. - Раскрой эту страшную тайну.

Маега только шире расставила ноги, почти кончая от удовольствия и того, как перед ней стелется обманутый ею, простой похотливой степной девкой, видный белолицый мужчина. А после убрала со стола ножки, встала со стула, перешла поближе и села прямо на стол, снова раздвигая колени как можно шире, чтобы Варман смотрел лицом прямо в ее влажную ханаал.

- Маега делать нак-так сразу, а огненная вода не пить! - И с этими словами она ложиться спиной на стол, локтями сдвигая и частично скидывая всякие блюда, чтобы устроиться поудобнее. - Давай, глупый белый хер, делать нак-так могучий Хао-Сеахар.

С рычащим стоном он просто-таки набрасывается на нее, сжимает ее таам-тат, сдергивает и рвет прикрывающую их одежду, выкручивает соски, а следом, быстро сбросив штаны, входит в нее, заставляя сразу же сжимать ханаал вокруг его пылающего жаром халсар, тут же кончая от перевозбуждения. Он заставляет ее закинуть ноги за голову, раскрыть лоно как можно лучше, оставить полностью беззащитным и открытым его ласкам. Лоно брызгает соками раз за разом, пока Маега дает нак-так прямо на столе, не забывая косить взглядом на сидящую чуть в стороне Сингху.

Дочка опять показала, что она тупая, выложив на стол собственные ноги, раздвинула их и теребит теперь свою ханаал, тоже брызгая медом в самые сладкие моменты, неотрывно смотря при этом на мать и на ее трясущиеся таам-тат. Ну, что за дура, нужно же не показывать, как тебе хочется, чтобы хитростью брать всех тех, кто хотел бы взять тебя. А теперь любой белолицый дурак с большим хером сразу поймет, что вот эта степная блядь даст нак-так и за так вообще кому угодно! Ух, зла не хватает, как ее не учи!

Варман рычит прямо на ней, лапает все ее тело, даже позволяет себе шлепнуть ее по трясущейся полусфере и еще сильнее выкрутить сосок, но она не обращает внимания, когда она дает мужикам нак-так, то они становятся даже тупее Сингхи, то говоря всякое, то делая глупое. Вон, этот дурак с твердым халсаром что-то лопочет о том, как давно он мечтал заносчивую суку поставить на место, но она понимает, что он такие слова не контролирует, что никогда бы не позволил себе такое сказать про могучую Хао-Сеахар, какой