Читать книгу - "Хозяйка брошенного замка. Новая жизнь после развода - Анастасия Пенкина"

— Ну, — я пожала плечами. — Генерал здесь всего несколько дней. И вот, Фелисити тут как тут. Удобное совпадение, не находите?

— Ах, брось, — Кларисса отмахнулась. — Она же не знала, что он здесь! Письмо, где я спрашивала про его приезд, она не успела получить, ты же слышала, как она говорила об этом.

— Сказать можно что угодно, — заметила я.

Кларисса нахмурилась:

— Розалинда, ты что, подозреваешь ее в чем-то? Это же Фелисити! Она всегда была такой... такой милой, заботливой. Сирота, без приданого, без связей — только на нашу доброту и надеялась. И ты хочешь сказать, что она способна на что-то дурное?

— Я хочу сказать, что милые сироты иногда оказываются не такими уж безобидными.

Кларисса покачала головой:

— Ты просто устала. Столько событий за последние дни... Волк этот, генерал, рана... Тебе надо отдохнуть, а не искать врагов там, где их нет.

Кларисса замолчала, обдумывая мои слова.

— Помните, — продолжила я, — тот случай перед моим отъездом? Когда она хотела «размять плечи» генералу? Прямо в моей комнате, при всех? И судя по ее словам тогда, это уже происходило раньше.

Кларисса поморщилась. Видно было, что вспоминать ей об этом неприятно.

— Ну... это было неловко, конечно… но это могло быть просто... она хотела быть полезной...

— Матушка, — я посмотрела ей прямо в глаза. — Она терлась возле моего мужа, пока я сидела в темнице. Это не «быть полезной». Это называется иначе.

— Розалинда! — Кларисса даже привстала. — Что ты такое говоришь? Она же наша родственница! Мы ее приютили, я вырастила ее почти как дочь...

— Вот именно, — сказала я тихо. — Приютили. Вырастили. А она все это время смотрела на моего мужа и, кажется, не только как на благодетеля.

Кларисса отвела взгляд. Ее пальцы теребили край халата.

— Я не говорю, что она плохая, — смягчила я тон. Пока у меня доказательств нет. — Я просто прошу вас присмотреться. Замечали ли вы раньше, как она всегда оказывается рядом с ним? Как втирается в доверие? Как говорит сладкие слова, а глаза при этом... другие?

Кларисса молчала. Я видела, как в ее голове борются разные мысли. Привычная вера в «милую девочку» и мои слова, которые явно заставили пересмотреть привычные убеждения.

— Помню, — сказала она наконец тихо. — Помню, как она смотрела на Корвина, на его роскошный особняк, когда вы только поженились... я думала, это восхищение, он же генерал, даркон…

— А теперь? — спросила я.

Кларисса покачала головой:

— Она всегда была такой... тихой, — проговорила Кларисса неуверенно. — Такой незаметной...

— Тихие воды глубоки, матушка. — Я помолчала и добавила: — Как бы не оказалась наша кузина волком в овечьей шкуре.

Кларисса долго смотрела на меня. Потом вздохнула, поднялась, запахивая халат.

— Не знаю, Розалинда. Не знаю. Ты меня совсем запутала. — Она направилась к двери, но на пороге остановилась. — Но если у тебя есть доказательства... если ты что-то знаешь... ты скажешь мне?

— Обязательно, матушка. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Она вышла. Я осталась одна, глядя на колеблющееся пламя свечи.

Я легла, уставившись в потолок.

Волк в овечьей шкуре. Интересно, что еще за пазухой у этой тихони? И как долго она примеряла на себя роль невинной овечки? Покажет ли она свои зубы?

Я оделась к завтраку и спустилась на кухню, надеясь на тишину и одиночество. Но Фелисити уже была там.

Она стояла у плиты, склонившись над маленьким чайником, и что-то сосредоточенно помешивала. Увидев меня, подняла голову и улыбнулась:

— Ой, кузина! Доброе утро. А я тут тетушке воду грею.

Я кивнула и прошла к шкафу за своей кружкой. Фелисити засуетилась:

— У нее горло побаливает со вечера, она так кашляла ночью. Хочу меда развести с водой, она любит теплое с медом. Помню как в детстве она всегда давала мне воду с медом, когда я болела?

Я покосилась на нее. Просто греет воду, хочет сделать приятное. Ничего опасного.

— Да, теплое питье должно помочь, — коротко ответила я, наливая себе воды из кувшина.

Фелисити закивала, явно довольная, что ее идею одобрили. Метнулась к полке за медом, аккуратно положила ложку в чашку, залила горячей водой, размешала. Вся ее поза выражала искреннее желание угодить.

Странно, вчера она казалась такой... липкой. А сегодня обычная девушка, которая хочет позаботиться о пожилой родственнице.

В кухню вошла Кларисса, кутаясь в шаль и шмыгая носом. Фелисити тут же подскочила к ней с чашкой:

— Тетушка! Садитесь, я вам теплой воды с медом сделала. Пейте, горло быстрее пройдет.

Кларисса удивилась, но явно была тронута. Села, взяла чашку, отпила и зажмурилась.

— Какая ты заботливая, девочка моя, — сказала она, погладив Фелисити по руке.

Я смотрела на них и чувствовала, как мои подозрения начинают давать трещину. А потом вспомнила, что я вообще-то аптекарь и у меня есть отвар коры ивы. При простуде тоже помогает.

Из шкафчика с лекарствами я достала склянку из темного стекла. Поставила перед Клариссой.

— Матушка, добавьте в воду с медом десять капель. Отвар коры ивы, снимает воспаление и жар. Быстрее поправитесь.

Кларисса взяла склянку, повертела в руках и тепло улыбнулась:

— Спасибо, дочка.

Фелисити смотрела на это с каким-то странным выражением, которое я не могла разобрать. То ли уважение, то ли зависть, то ли смесь того и другого.

— Какая ты умница, Розалинда, — сказала она тихо. — Я бы никогда не научилась такому.

Фелисити поймала мой взгляд и улыбнулась.

— Ты тоже будь осторожна, кузина, — добавила она. — У тебя нога болела, столько всего... Если что-то нужно, ты только скажи.

Я кивнула и допила воду. В кухне стало как-то тесно от трех женщин.

— Пойду пройдусь до завтрака, — бросила я, поднимаясь. — Воздухом подышу.

— Я с тобой! — встрепенулась Фелисити. — Тетушка, вы не против? Я тоже хочу размяться с утра.

— Иди, конечно, — Кларисса махнула рукой.

Мы вышли во внутренний двор. Фелисити шла рядом, такая тихая и безобидная, щебетала о том, как здесь красиво, какой чистый воздух, как ей нравится замок, несмотря на запустение. Я слушала вполуха и почти поверила, что ошиблась.

У ворот она остановилась, залюбовавшись лесом:

— Как здесь хорошо... А можно за ворота выйти? Я никогда не была в таком настоящем диком лесу!

— Не сегодня, — ответила я. — Там иногда опасно. Волки.

— Ах да, — Фелисити поежилась. — Ты же вчера пострадала. Какая я бестактная... Прости.

Она посмотрела на меня такими виноватыми глазами, что я почти растаяла.

— Ничего, — сказала я. — Пойдем назад, Бендеикт уже должен приготовить завтрак.

Мы с Фелисити вернулись с прогулки.

На кухне уже было шумно. Бенедикт суетился у плиты, помешивая кашу в большом