Читать книгу - "Пять мужей для попаданки - Тина Кэт"

талии. Тэрсон, стоявший чуть впереди, на мгновение задержал дыхание, а его глаза потемнели ещё сильнее.

Эйтор же, стоявший сбоку, занимался вообще непонятно чем. Ну честно, это даже на разминку не было похоже! Кто отжимается в стойке на руках вверх тормашками во время разогрева? При этом он умудрялся не сводить глаз с моих обнажённых рук (или куда он там смотрел с такого ракурса?) и нагло ухмыляться.

Так, пробуем снова абстрагироваться. Глубокий вдох и медленный выдох. И ещё пару раз, прежде чем я снова погрузилась в ритм разминки.

Теперь я перешла к наклонам. Когда я плавно ушла вниз, стараясь коснуться ладонями земли, ткань комбинезона предсказуемо натянулась на бёдрах.

— Спину ровнее, Анастасия, — раздался хриплый голос Тэрсона совсем рядом.

Он подошёл ближе и, видимо, не выдержав, коснулся ладонью моей поясницы, якобы поправляя осанку. От его руки по телу прошёл такой мощный разряд тока, что я едва не потеряла равновесие. Пальцы титана были обжигающе горячими даже через ткань.

— О, господин Тэрсон, какая самоотверженность, — тут же съязвил Эйтор, переходя к растяжке ног рядом со мной. — Я бы тоже с радостью помог адептке с… техникой.

Вампир опустился в глубокий боковой выпад, демонстрируя безупречную гибкость, но его взгляд при этом нагло скользил по моему вырезу. Я выпрямилась, стараясь не краснеть, и перешла к вертикальной растяжке: подняла ногу высоко вверх, прихватив рукой за носок.

Тэрсон замер. Он смотрел на то, как облегающая ткань подчёркивает каждую линию моих ног, и в воздухе буквально запахло озоном — магия титана пульсировала, сталкиваясь с холодным, насмешливым интересом вампира. Я видела, как у Тэрсона на шее дёрнулась жилка, когда я, полностью вытянув ногу, продемонстрировала свою идеальную гибкость.

— Достаточно растяжки, — внезапно перебил титан, и его голос стал ещё ниже, почти превратившись в рык. — Ты уже достаточно разогрета. Переходи к бегу. Три круга. Сейчас же.

Эйтор лишь тихо рассмеялся, поднимаясь на ноги.

— Действительно, — прошептал он, проходя мимо меня к беговой дорожке и обдав привычным холодом. — Тут стало слишком жарко, Червячок.

Все адепты приступили к выполнению задач. У первокурсников на повестке дня стоял спарринг, а вот у старших курсов — полоса препятствий. Выглядело это одновременно захватывающе и жутко: система там была хаотичная. Стоило зевнуть — и огненный шар в лоб или в попу был обеспечен. Моя нынешняя подготовка красноречиво намекала, что к такому экстриму я пока не готова, и если сунусь туда, то соберу коллекцию магических ожогов на всех мягких местах.

Я выдохнула, поправила тугие косы и сорвалась с места.

Бежала неспешно, стараясь беречь силы, но на третьем круге дыхание всё равно предательски сбилось. Я оглянулась и увидела Эйтора. Он уже проходил свою полосу препятствий — буквально летал над огненными ловушками и скользил по ледяным мостам. Он был слишком далеко и слишком занят, чтобы комментировать мой комбинезон, и это не могло не радовать — в душе я прямо-таки праздновала эту временную передышку.

Когда я закончила бег и перешла на шаг, Эйтор уже стоял на краю поля. Завершив свою полосу, он небрежно обтирал полотенцем шею и с нескрываемым интересом наблюдал за мной и Тэрсоном. Титан подошёл ко мне только тогда, когда я завершила пять кругов шагом и замерла, пытаясь восстановить дыхание.

— Хорошо, Анастасия, — кивнул он, и в его голосе промелькнула тень одобрения. — Теперь к матам. Эфа ждёт.

Эйтор демонстративно двинулся следом. Под недовольное ворчание Тэрсона он остановился на «безопасном» расстоянии — где-то в метре от нас. Вампир лишь осклабился и внезапно крикнул на всё поле:

— Эфа, не усердствуй! Не забудь, что у Червячка сегодня и так насыщенная программа!

Тэрсон так сжал челюсти, что, казалось, зубы заскрипели. Я же вспыхнула от смущения и почти побежала к матам. Вот обязательно было орать на всю округу? Теперь даже самый ленивый адепт заинтересованно покосился в мою сторону, гадая, что же это за «программа для „Червячка“» такая.

Глава 23

Настя

Я встала в стойку. Эфа, поправив свои эльфийские косички, лукаво подмигнула мне.

— Знаешь, Настя, — шепнула она, легко блокируя мой осторожный выпад, — если бы Эвол сейчас не торчал на лекции по высшей магии, он бы уже прямо здесь портал открыл. Просто чтобы закрыть тебя своим плащом. Мой братец — тот ещё зануда, когда дело касается «безопасности» истинной.

Я невольно улыбнулась, представляя суровое лицо эльфа, но тут же охнула: Эфа ловко сделала подножку. Я едва устояла на ногах, отчаянно взмахнув руками, и в этот момент кожей почувствовала, как с двух сторон на мне скрестились взгляды, полные напряжения.

Тэрсон, который в эту секунду отчитывал двух адептов за плохую технику, буквально замер на полуслове. Его рука непроизвольно дёрнулась в мою сторону, словно он хотел подхватить меня раньше, чем я коснусь мата. В его глазах-омутах на мгновение отразился такой страх за меня и такая ярость на Эфу, что воздух вокруг титана потяжелел, а кожа на его руках заметно потемнела от прилива магии.

— Аккуратней, адептка Эфа! — прогремел голос Тэрсона над полем, и мне внутри стало так тепло, что никакая магия не сравнится. — Спарринг — это не способ калечить неподготовленных студентов.

— Всё в порядке, господин Тэрсон! — крикнула Эфа, весело сверкнув глазами. Кажется, она ни капли не боялась грозного титана. — Мы просто проверяем фокусировку во время схватки с помощью отвлечения внимания!

В это время Эйтор на своей полосе препятствий как раз проходил участок с ледяными платформами. Услышав окрик Тэрсона, он затормозил прямо на скользком краю, опасно балансируя над пропастью.

— Эфа, если ты её хоть поцарапаешь — Эвол тебе уши оборвёт, а я добавлю! — выкрикнул вампир, перекрывая шум воды и магических ловушек.

Честно говоря, я ждала очередной подколки в свой адрес, а он, глядите-ка, Эфу запугивает! Ну, точнее, пытается, ведь у моей подруги от их коллективных переживаний за меня в глазах только азарт разгорается сильнее.

— Обойдёшься, Эйтор! — огрызнулась эльфийка, не прерывая спарринг. — Следи за собой, а то свалишься и провалишь лабиринт!

Тэрсон сжал кулаки так, что кожа перчаток хрустнула. Мне стало его искренне жаль. Тяжело это, наверное: тренировать свою истинную и смотреть, как она едва не падает. Посмотришь на него — и сама поверишь, что уже что-то себе сломала, хотя стою перед ним целёхонькая. По его глазам было видно: он мечтает разогнать всё это поле к чёртям, завернуть меня в одеяло и унести туда, где никто не увидит и не сможет навредить. Но преподавательский долг, увы,