Читать книгу - "Пять мужей для попаданки - Тина Кэт"

Время летело незаметно. Я читала главу за главой, делая краткие конспекты и выделяя самое главное. Когда я наконец отложила книгу, за окном уже сгущались синие сумерки. Я моргнула, осознавая, что просидела за учебником несколько часов.

В коттедже было подозрительно тихо. Я встала, размяла затёкшие конечности и сладко потянулась. Мысли невольно вернулись к двум «истинным» и той неловкой сцене в столовой.

«Скоро пять вечера. Эвол должен скоро вернуться», — пронеслось в голове.

И словно в ответ на мои мысли, в дверь коротко постучали.

— Справилась с заданием? — спросил Эвол, когда я открыла. Голос его звучал ровно, но в глазах плясали радостные искорки.

Я кивнула, приглашая его войти.

— Первые две главы осилила. Даже конспектировать начала, как ты велел.

— Умница, — похвалил он, проходя к столу. — И как успехи? Не уснула?

— Нет! — возмутилась я и зачем-то добавила: — И даже шишек на голове не набила.

Эвол рассмеялся, рассматривая мои записи на столе.

— Отлично. Завтра продолжим практику. А пока… Может, поужинаем вместе?

— Давай. Здесь или пойдём в столовую? — поинтересовалась я.

— Давай здесь, — предложил он, уже вызывая магическое меню. — В столовой сейчас слишком шумно, не хочется лишних глаз.

Пока он делал заказ, я решила схитрить и узнать о нём побольше:

— А на что похож твой поток? Я читала, что у каждого он выглядит по-разному.

Эвол загадочно улыбнулся, глядя куда-то сквозь стены.

— Мой? Пожалуй, на рассвет в горах. Всегда меняется и всегда непредсказуем. — Он перевёл взгляд на меня. — Скоро ты и свой сможешь ощутить так же ясно.

Я кивнула с самым умным видом, на который была способна. Новый звонкий «чпоньк» оповестил о доставке, и вот мы уже уплетаем… То есть культурно вкушаем свой ужин.

Тишину прервал приглушённый, но настойчивый стук в дверь.

«И кого это принесло на мою голову в такое время?» — пронеслось в мыслях. Эвол, видимо, подумал о том же: лицо его стало непривычно серьёзным, а брови нахмурились.

Нехотя встав с удобного диванчика, я поплелась к двери. Втайне надеялась, что это не Ледышка пришёл снова трепать мне нервы. Распахнула створку — и замерла, встретившись с серыми, как грозовое небо, глазами своего препода по физре. Он же — мой внезапный истинный.

Взгляд Тэрсона тут же переместился за моё плечо, сканируя пространство, стол и своего потенциального соперника. Выглядело это так, будто титан вышел на тропу войны.

— Уже поужинала? — спросил он, глядя на меня, но я видела, как он напряжён: кожа даже стала на тон темнее, выдавая его настроение.

— Почти. Проходи, — я постаралась включить режим «максимальное спокойствие», чтобы не выдать, как у меня дрожат поджилки.

— С радостью, — хмыкнул он.

Прежде чем я успела что-то сообразить, он подцепил мой подбородок пальцем и коротко, по-хозяйски чмокнул в губы. Прямо при Эволе! И как тут прикажете сохранять дзен?! Нельзя такие приёмчики использовать, это неспортивно!

— Кхм… Вы ко всем адепткам в гости по вечерам заглядываете? — поинтересовался Эвол притворно-спокойным голосом.

Ну, началось…

— Мне все не нужны. Только моя истинная, — без тени стеснения выдал мой наречённый.

Я молча отошла в сторону. Вставлять слово в этот спор титанов расхотелось напрочь — напряжение в воздухе стало таким плотным, что его можно было резать ножом. В этот момент мне дико захотелось выйти из комнаты и пойти, например, попрепираться с Ледышкой — там хотя бы всё было понятно.

— Новой брачной метки на Анастасии ещё нет, — выдал Эвол на одном дыхании, пытаясь скрыть шок. — Так что вам, как преподавателю, находиться в комнате адептки в такое время запрещено.

— Как и адептам противоположного пола нельзя находиться в одной комнате в сумерки без брачной связи, — мгновенно парировал препод.

— Я наставник Насти! — Эвол сжал кулаки так, что побелели костяшки, и твёрдо закончил: — И она — моя истинная.

Тишина. Гробовая.

Нет, я, конечно, догадывалась, но не думала, что официальное признание от Эвола произойдёт вот так — в пылу ссоры, перед лицом соперника. Кажется, мой «гарем» официально перешёл в стадию открытого конфликта

Глава 21

Тэрсон

Ррр… Так и хочется прорычать в лицо этой эльфийской заднице и моему, как, видимо, побратиму по несчастью.

Да, я знал, что буду не первым истинным, но чтоб не последним — даже предположить не мог. В наше время истинную так долго ищешь, что шанс на то, что она у тебя будет не одна, максимально мал. И так же мал шанс, что ты у неё будешь не один. Но чтобы сразу трое! Моя маленькая ведьма не так проста и чертовски притягательна.

Я, как её в первый раз увидел там, на тренировочном поле, внутри сам неосознанно заинтересовался. Наблюдал, как она бежит, старается, хоть и выходит у неё плохо. Её форма, конечно, сглаживала ситуацию — превращала неуклюжую собачку в сексуальную собачку. И да, мне об этом думать было нельзя: отношения с адептами, даже временные, под запретом. Исключение — только истинные. Я даже не предполагал в тот момент, что все свободные адепты, у которых в штанах ещё ветер гуляет, пожирают взглядом мою истинную.

Только когда Настя споткнулась и начала падать, а моё тело действовало само собой, я начал сомневаться, что она просто так меня заинтересовала. А тут ещё этот вампир в неё вцепился и отпускать не хотел. Во мне от этого злость прям кипеть начала и желание отгородить эту малышку от предполагаемой угрозы. И вот я плотно прижал к себе адептку и почувствовал, как наши с ней магические потоки сплетаются, пульсируя. Ну и всё — осознание мгновенное. Моя. И точка.

А теперь ещё адепт Эвол заявляет, что тоже её истинный. И всё бы ничего, если бы не отсутствие наших меток на малышке. Пока их нету, мы будем друг друга воспринимать как чужаков, которые пытаются влезть на территорию, которую ты ещё не успел сделать полноценно своей.

— Эм… Уже поздно. Я бы хотела отдохнуть. И чтобы вы не ссорились, — немного помявшись, всё-таки вмешалась Настя.

Мы, побуравив друг друга взглядом, киваем ей и расходимся. Настя же, чтобы, видимо, не настроить нас против себя окончательно, привстав на носочки, целует сначала меня, даря непередаваемую волну теплоты, а затем и ушастого. Тем самым награждая нас обоих: сначала теплом, а затем — ревностной лавой.

Настя

— Спокойной ночи, — прошептала я, плотно закрывая дверь.

Думала, честное слово, помру от такого напряжения. Да