Читать книгу - "Тайная семья моего мужа - Амелия Борн"

моей стороне. Оно лежало прямо передо мной, ясно отпечатанное черными буквами на белом листе бумаги…

Как поразительна все же бывает жизнь! Родная мать меня осуждала, не принимала, не поддерживала. А свекровь, которую я считала враждебно к себе настроенной, протягивала мне руку помощи в самый тяжелый, самый нужный момент…

И при этом она была абсолютно права в том, что с колен я должна была сейчас подняться самостоятельно. Не пытаясь найти новой опоры взамен той, за которую трусливо держалась годами…

Сделав глубокий вдох, я потянулась к старенькому ноутбуку, готовая действовать немедленно. Доказывать - всем тем, кто верил в меня и особенно тем - кто не верил, что смогу, что со всем справлюсь… Доказывать себе самой, что еще на что-то вообще способна.

Неожиданный звонок телефона заставил меня вздрогнуть, отвлечься на миг от своих планов…

Кинув взгляд на экран, я задумчиво нахмурилась…

Звонила моя мама.

Глава 27

Кровь резко прилила к щекам Агнии, затем так же стремительно от них отхлынула, оставляя после себя лишь чувство неприятного холода, пронзившего все тело.

К подобной встрече она совсем не была готова. Ее ресницы дрогнули, глаза метнулись в сторону - от накатившего стыда трудно было сделать даже вдох…

Несложно было догадаться, что перед ними была теща Славы, Евгения Анатольевна. Агния не видела, но чувствовала всем телом, что та внимательно всматривается в нее, словно сканируя, словно пытаясь самостоятельно отыскать ответ на своей вопрос, так и повисший в воздухе…

Когда молчание стало совсем невыносимым, Агния рискнула негромко произнести:

- Слав, мы, наверно, лучше поедем… ну… обратно.

- Никто никуда не поедет.

Его голос был спокоен, даже холоден. Он резко притянул ее, державшую на руках сына, к себе. Агния замерла в ожидании: того, что он скажет дальше. Того, как представит ее…

Она и сама не знала, что хочет услышать из его уст. Не была столь амбициозна, чтобы надеяться, что он смело скажет сейчас теще о своей любви к ней, Агнии. Но отчего-то ощущала: это важный момент, почти решающий. Только решающий что?.. Об этом она боялась даже думать.

- Евгения Анатольевна, - продолжил, тем временем, Слава. - Как вам, должно быть, известно, Лида ушла из дома…

- Как ушла? - потрясенно прошептала в ответ женщина.

- Вот так. Собрала вещи - и ушла. Бросила Алину… А вы ведь должны понимать - девочке нужна мать, нужна помощь…

Он крепче сжал рукой талию Агнии - так, что стало даже больно. Но она едва заметила эту боль - настолько ее поразило то, что он сказал. Алина осталась с ним?.. Ей придется… познакомиться с его дочерью?

Руки затряслись в приступе паники. Агния не понимала, зачем все это. Что ей делать? Как ее воспримет чужая дочь?.. Как ей найти общий язык с девочкой, перед чьей мамой она была так виновата?

И главное - почему Слава ни о чем ее не предупредил?

- Это ужасно, - ворвался в мысли голос Славиной тещи.

- Именно. Вам следует поговорить с дочерью, Евгения Анатольевна. А теперь извините нас… мы все очень устали и хотели бы отдохнуть.

Не добавляя больше ни слова, он открыл дверь в квартиру и твердой рукой направил Агнию внутрь. Она невольно оглянулась на пожилую женщину, так и оставшуюся стоять в коридоре, и все ее существо пронзила боль. Чувство чего-то мерзкого, неправильного…

Олицетворением чего была она сама.

Дверь за ними захлопнулась, отрезая их от потрясенно застывшей женщины, оставшейся там, за порогом. Агния отважилась поднять на Славу глаза и сказать:

- Слушай, это все как-то… очень неудобно… не стоило нам сюда приезжать.

Ее взгляд, не находя себе места, метался по прихожей. И, на чем бы он ни останавливался - любой предмет, обои, мебель - все это беспощадно давало ей осознать, что она находится в доме, что принадлежал другой женщине. Законной жене. И она, Лида, все еще была здесь - в каждой мелочи и самом воздухе…

Господи, о чем только она вообще думала, согласившись сюда приехать? И была вынуждена признаться себе самой: только о том, чтобы угодить ему. И лишь теперь понимала, как же было грязно все это. Как недопустимо одно лишь ее нахождение здесь. На чужой территории. В чужой… жизни.

- Не говори ерунды, - коротко отмахнулся Слава.

Она медленно опустила на пол Артема, который все это время испуганно молчал, и задала вопрос, который волновал ее сейчас больше всего.

- Почему ты мне не сказал, что Алина осталась с тобой?

Он наконец обратил на нее свой взгляд, свое внимание. Шагнул к ней, приобнял за плечи, провел ладонями по ее рукам вверх-вниз…

И все правильные мысли, вся зарождающаяся решимость вдруг начали стремительно таять под действием его прикосновений. Так было всегда: одно его присутствие рядом словно лишало ее силы воли… делало словно бы другим, подневольным человеком.

- Я не хотел, чтобы ты заранее волновалась.

Его губы коснулись ее лба - ласково, покровительственно. Ей нравилось, когда он словно бы укрывал ее собой, заслонял от всего мира, даря чувство, которого ей всегда так не хватало… чувство защищенности.

- Я так не могу…

Она и сама не поверила, что сумела вытолкнуть наружу эти слова. Особенно сейчас, когда он был так близко, а тяга к нему - непобедимая, необоримая - казалась еще сильнее и острее…

И все же откуда-то с глубин души поднимался протест. Чувство, что она здесь… не просто лишняя. Она - самозванка.

- Давай уедем, - прошептала ему почти в самые губы. - Ты можешь переехать к нам…

- Родная…

Он притянул ее к себе, прижал к груди, позволяя услышать, как громоподобно стучит его сердце.

- Ты нужна мне. Нужна именно здесь и сейчас.

За эти слова она когда-то готова была бы продать душу дьяволу.