Читать книгу - "Из могилы - Кресли Коул"

Обычно красная ведьма жадно желает заполучить их все, но символы Арика перестали её волновать. Больше она не шепчет мне убить его. Её отношение к нему изменилось, теперь она видит в нём достойного, смертоносного союзника. Честно говоря, у меня даже мелькала безумная мысль, что она признала его в качестве… своей пары.

— Ты права, — согласился он. — Это сложная задача, многое стоит на кону.

Большая часть переведённого им описывала способности Каланте, природу грехов и силу вины.

Хотя Арик обнаружил и любопытный момент:

— В первой игре был заключён союз между Всадником рассвета, Заклинательницей зверей, Бездной и Предателем.

— То есть между Солом, Ларк и Цирцеей. А Предатель — это, видимо, Повешенный. — Я нахмурилась. — В первой игре у меня был союз с Цирцеей и Ларк. Без Пола и Сола.

— Возможно, они объединились уже после твоей смерти. Но, несмотря на могущественный союз, их четвёрка не смогла одолеть Дурака.

— То есть в той игре он убил не только не меня?

Арик обеспокоенно пробормотал:

— Похоже, что так.

Я прочитала ту часть, что была написана на английском, но помимо более глубоко погружения в личность Джоуля (при всём его вызывающем поведении, внутри он нежный и ранимый), мне это ничего особо не дало.

— Нашёл ещё что-нибудь интересное?

— Как раз перевёл кусок про Младших Арканов.

Огонь в камине освещал его восторженное выражение лица.

Это же потрясающе!

— И что там говорится?

— Мы уже знаем, что у Младших три цели: скрыть следы существования Старших, приблизить конец игры и после этого привести человечество в новую прекрасную эпоху. Но в этих хрониках описана специфика роли каждой масти.

— Например?

— В прошлых играх Пентакли способствовали распространению торговли, а Кубки — развитию цивилизации и восстановлению численности населения. Муза истории Жезлов вдохновляла деятелей культуры и религии, они же ведут записи обо всех играх. Мечи сочетали мудрость и силу, возвращая тем самым порядок в мире.

— Такие прям хорошие и замечательные. Но в этой игре Кубки были агрессивны, а Пентакли торгуют женщинами. И не забывай, что бабушка предупреждала меня особенно остерегаться Мечей.

— Быть может, конец света отразился на мастях. Мне помнится, что в играх, начавшихся в мирное время, было намного меньше злых Арканов. Всего два или три.

И я была в их числе.

Я встала, чтобы взять с полки колоду карт Таро, а затем вернулась за свой стол. Я отделила Пентаклей — Младших Арканов, с которыми скоро встретится Джек, потому что никакие мои аргументы не убедят его отказаться от идеи наведаться туда. Упрямый кайджан.

На каждой их карте была изображена монетка с выгравированной пятиконечной звездой. Я перевернула одну карту и нахмурилась.

— Пентакли вверх ногами — это пентаграмма.

Такие рисуют хулиганы под мостами.

Арик взглянул на карту.

— Верно. Пентакль — это хороший знак, символизирующий гармонию между пятью элементами: воздухом, водой, огнём, землёй и духом. В перевёрнутом виде, когда одна из вершин направлена вниз, он означает состояние, когда земные блага или плотские желания берут верх над духовной составляющей. Только на карте Дьявола изображается перевёрнутая пентаграмма.

Я нашла Дьявола в колоде и скривилась, увидев огромного рогатого получеловека-полукозла, возвышающегося над закованными в цепи мужчиной и женщиной. Пентаграмма изображена между двумя его изогнутыми рогами. Перед глазами вспыхнули воспоминания, как Оген душил меня — он хотел продлить агонию, чтобы смерть была медленной и мучительной, но Арик успел прийти мне на помощь.

Порыв ветра ударил в стену; я вздрогнула, словно бы физически ощутив, как понизилась температура снаружи. Снегокалипсис явно не собирается отступать.

Арик передал мне слова Сола о том, что тот чувствует ежедневный восход солнца. Значит, оно всё ещё горит, но божественная магия скрывает его от нас. Неужели из-за этого земли стали бесплодны, а моря — безжизненны? Из-за этого животные не могут размножаться без магии Ларк?

Может ли желание Джека пойти к Пентаклям быть заранее срежиссировано?

— Мне не нравится, что Джек отправился в Форт-Колман.

Я больше не скрывала своих чувств к нему перед Ариком. Мой благородный рыцарь прекрасно улавливает моё настроение; это всё равно, что скрывать правду от самой себя.

— Во время нашего прошлого разговора ему ничего не угрожало.

Они созванивались несколько часов назад, Арик уговаривал Джека ещё раз подумать, точно ли ему это надо.

Из-за сильного снегопада Джек и его команда преодолели за день не больше мили.

— Только ты не начинай, — устало добавил Арик. Видимо, остальные уже вынесли ему мозг.

Я спросила Арика:

— А что, если сама игра заманивает Джека к макгаффину[3]?

— Возможно, что так. Но если они доберутся до Лазарета, то смогут узнать больше о той угрозе, которую представляют из себя Пентакли.

— Как думаешь, какими способностями обладают Пентакли?

— Можно только гадать. Надеюсь, в этих хрониках найдутся ответы.

— Кентарх может телепортироваться за нами, как только они доберутся до форта. А мы их подстрахуем.

Не то чтобы от меня сейчас много помощи. Мои силы всё ещё нестабильны. Хотя мне удалось вырастить пару лоз, у меня так и не вышло создать дозорные лианы или восстановить терновый лес вокруг замка.

Хмурый вид Арика заставил меня смутиться своей нелепой идеи.

— Ты не можешь подвергать опасности Ти.

У меня опустились руки. Арик прав, но это всё равно неприятно.

— Ладно. Тогда ты можешь пойти с ними.

— И оставить тебя одну с Ларк? Ни за что.

Он не стал переходить на французский — ему плевать, услышит она или нет.

Я перестала спорить с ним насчёт неё. Пока Арик занят переводами, а погода мешает разведке, мы с Ларк стали больше времени проводить вместе, восстанавливая былую дружбу. Но вынужденное безделье оставляло ей много времени на мысли о Финне, и она снова погрузилась в депрессию…

Ещё более сильный ветер обрушился на замок. На крыше скопился такой толстый слой снега, что вся конструкция заскрипела. Я подошла к окну и выглянула. Фонари на территории замка лихорадочно мигали от сильного мороза.

Арик заметил мою реакцию.

— Целый ряд инженеров подтвердили, что этот замок выдержит любую катастрофу. Он выстоит.

Этому Ноеву ковчегу не страшны никакие бури, ветра (в том числе со спорами растений Императрицы) и даже землетрясения — если только он не окажется в самом эпицентре. При нормальных обстоятельствах топлива хватило бы ещё на пятьдесят лет, но не в условиях вечной ночи и нескончаемой зимы.

Наш давний план отдать победу Цирцее в старости, пока мы с Ариком растим Ти, казался несбыточной мечтой. Но я всё