Читать книгу - "(не)бездушные - Мира Штеф"

спросить за этот должок! А заодно и представиться вам!

Я смотрела на него большими глазами и вообще не могла понять, что сейчас происходит! Мозг противился критически обдумывать поступающую информацию. Я просто смотрела в эти глаза и сжимала сильнее ладони, чтобы не закричать! Как же мне сейчас не хватало Назара рядом! И отец был бы нелишним!

— Ка-ко-й долг? — еле выговорила я.

Чудовище пристально смотрело на меня. Зрачки были расширены, а улыбка прямо выражала его превосходство! Он повернул голову набок и сузил глаза, словно что-то задумав. Уголок его рта пополз вверх, и он заговорил:

— Ты пойдешь со мной в качестве расплаты долга! И будешь моей! — Каждое слово прозвучало как раскат грома, вонзающийся в меня!

Он говорил это с таким удовольствием, словно смаковал! От него исходило такое самодовольство и чувство всевластия, что меня снова затошнило! Я даже не понимала, что должна на это сказать! Мозг не верил тому, что происходит, ведь такого просто не может быть!

— Я никуда не пойду с вами… — прошептала я, а затем во мне что-то проснулось и я закричала:

— Я не пойду с вами! Назар…

Я нащупала ручку двери и резко открыла ее, чуть не вывалившись на асфальт. Ноги путались, и я, не удержавшись, все равно упала на колено, не успев встать на обе ноги. Благо, снег смягчил падение, и я не почувствовала сильной боли.

— Ну куда же ты, малышка? — послышался басистый голос Петра, но я что есть мочи подорвалась с колена и рванула в сторону отца и Назара.

Охрана чудовища растерянно смотрела то на меня, то на вылезающего из машины хозяина и ждала распоряжения. Я же ничего не ждала. Подбежала к Назару, не обращая внимания на державшего его амбала, и схватила за ворот пальто, впечатываясь лицом в его грудь. Назар попытался сбросить руки амбала с себя, но тот еще крепче схватил его, оставляя все как есть.

— Что происходит, Назар? — с мольбой в голосе спросила я и посмотрела ему в глаза. В них были страх и злоба одновременно. А еще — отчаяние. Целый букет эмоций, сменяющих друг друга.

— Я предупреждал твоего отца, но он не слушал… Но все будет хорошо. Я обещаю… — быстро говорил Назар голосом, вселяющим веру в лучшее.

— Заткнись! — скомандовал амбал и ударил Назара в спину, что я еле не расцепила руки, хватаясь за пальто еще крепче.

Краем глаза я видела как к отцу размашистым шагом приближается Петр.

— Ты ублюдок! Это беспредел! Так нельзя! — орал отец. Я впервые слышала такой тон от него. В нем ощущались страх и отчаяние. Его держали двое за обе руки. Отец извивался, пытаясь высвободится, но у него ничего не получалось. — Ты за это заплатишь кровью! Зря я позволил тебе жить!

Петр подошел к отцу вплотную, резко занес руку к шее отца и сжал пальцы. Отец замер, и я впервые испугалась за него. Почувствовала жалость и некую связь, которую не ощущала ранее. Волнение захлестнуло, и я не сдержала слез.

— Тише… Успокойся… Не смотри туда, — шептал Назар мне в макушку, оставляя на волосах еле ощутимые поцелуи. Но меня это не успокаивало, а наоборот, еще больше наводило на мысль, что все плохо.

Я все равно смотрела на отца. Как его лицо покраснело, а глаза стали буквально вылазить из орбит. А Петр не отступал, сжимая пальцы все сильнее. Судя по его лицу, он получал истинное удовольствие, причиняя боль моему отцу.

— Я живу, потому что сам так решил! Я знал и ждал этого момента, когда смогу увидеть у тебя на лице ужас! Момент, когда ты сильно пожалеешь о том, что сделал тогда со мной! — Петр вычеканивал слова за словом, в его тоне сквозила ненависть! — Я заберу у тебя самое дорогое и сделаю ее своей, а ты будешь смотреть на это!

— Ты не посмеешь! — просипел отец еле слышно. Его лицо из красного становилось синим.

— Пожалуйста, не нужно! Оставьте его! Отец… — всхлипывая, сказала я. Меня словно разрывало изнутри. Я держалась на ногах только благодаря Назару. — Пожалуйста…

Петр зло отшвырнул отца на охранников, словно отбрасывая мусор, и тот упал на колени, не устояв на ногах. Испугавшись за отца, я тут же бросилась к нему, подбежала и упала на колени. Я взяла лицо отца в свои руки и стала его трясти, приводя в сознание.

— Отец… Прошу… Очнись… — слезы лились потоком. Я шептала и кричала, пытаясь хоть что-то сделать, но глаза его были закрыты. Я испугалась, что Петр его убил, но тут отец приоткрыл глаза и зашипел.

— О, боже… Ты живой… — с облегчением прошептала я, проводя большим пальцем по его щеке. — Я так испугалась…

За слезами я не заметила, что позади меня стоит Петр. Только когда крикнул Назар, чтобы чудовище ко мне не прикасалось, я повернула голову и увидела, как Петр смотрит на меня. В глазах не было жалости или сочувствия. В них был триумф!

— Колеса пробить, а эту, — Петр указал на меня, — в машину!

Я повернулась к отцу и увидела на его лице животный ужас и безысходность. Со спины меня рывком подхватили с асфальта и подняли на ноги. Я стала извиваться и отпихивать амбала, пытаясь сбросить с себя руки, но он цепко сжал пальцы на моем запястье, так что мне стало больно. Я искала помощи во всем. Пыталась найти взглядом Назара и увидела, как он пытается бороться с охранником, но тот, имея преимущество, одним ударом по затылку отправил Назара на снег. Я кричала и пыталась призвать Петра к благоразумию, но он даже не слушал, направляясь к машине.

Меня силком поволокли к высокой черной машине и, будто мешок, закинули в нее, не заботясь о том, как я в нее упаду.

Глава 25

Сидя на заднем сиденье, я видела в лобовое стекло страшную картину. Отец и Назар без сознания лежали на снегу. Наши ребята из охраны лежали кто возле машин, кто на обочине, чьи то ноги неестественно торчали из открытой машины. На снегу алыми цветами растекалась кровь. В моих глазах это было сплошное месиво, самое ужасное зрелище! Я качала головой из стороны в сторону, не веря глазам и своему разуму.

— Это неправда… Это сон… — шептала я себе, не отводя взгляд от Назара. Неужели он меня не спасет? Жив ли он вообще? Он ведь сильный и такой мужественный, а сейчас лежит без движения!

— Я надеюсь, тебя не сильно